Фантастика 2026-71 - Юрий Иванович

Когда я выбирал заклинание для вызова, то специально выбирал атакующую схему. Отвлечь и даже убить, можно было и паучками, особенно если их много. Но Шершни, ооо, это совсем другое дело. Почти сантиметровое пиловидное жало, мощные челюсти и крайняя живучесть были сильным плюсом этих существ. В будущем, если у меня хватит навыков и усердия, они так же могут обзавестись высоко токсичным ядом. Но пока это мне недоступно.

Впрочем, противнику и этого хватало с лихвой. Он мотал головой, колотил по ней руками, стараясь вытряхнуть из ушей насекомых, с силой выдыхал воздух и даже чихал через нос. Выглядело это жутковато, но ощущалось сто крат хуже, могу поспорить. Главное же было, что во время всех этих операций он совершенно позабыл о нашем присутствии. Но мне тоже было не до повторного залпа. Крысы не скупились на воинов.

«Щит!» — едва успел я поднять кровавую завесу, которую за секунду до того выкачал из живой баррикады.

Проверка отражения. База: 16 (+2 отражение, +3 элита, +2 ловкость, +2 Жертвенный, +2 естественная броня, +2 отличный доспех, +1 щит, +2 подмастерье клинков). Бонус: −15 (-3 элита, −1 хорошее оружие, −3 родное оружие, −1 общий, −5 сила, −2 несколько противников). Бросок: 3. Требование: 2. Успех.

Толстый костяной клинок с легкостью разрубил мою кровавую пелену, но она и не должна была его остановить, лишь замедлить, чтобы я успел отразить удар копья и поднять меч. Времени мне хватило. Ослабленное белое лезвие было отброшено Жертвенным, и я сразу перешел в атаку на чемпиона. Теперь ни о каком отвлечении твари не могло быть и речи, драконид пожрал все наши ресурсы. И приходилось справляться тем, что есть.

Проверка атаки. База: 9 (+2 сила, +2 подмастерье клинков, +2 Жертвенный, +3 элита). Бонус: −10 (-3 элита, −1 хороший доспех, −5 ловкость, −1 общий). Бросок: 3. Требование: 2. Успех.

Отбросив оружие крысиного чемпиона вверх, я сам перешел в контратаку, достав его по груди кончиком пылающего меча. Надетые в несколько слоев ржавые нагрудники лопнули, словно спелые тыквы, но добраться до жизненно важных органов одним ударом мне не удалось. Был бы он один я, пожалуй, тут же добил бы раненого, но полчища обычных крысолюдов, так и целившихся в глаза, заставили вновь перейти в оборону.

Узкий проход не позволял как следует размахнуться, и мне приходилось орудовать двуручником, словно копьем. К счастью меч как-то различал хозяина и лезвие потухло в месте, выбранном мною для хвата. Девушки за моей спиной тоже не бездельничали. Эва, прикрывая остальных щитом, позволяла сосредоточится на атаках, чем они и пользовались.

Молниеносные уколы, проводимые Трией, сразили уже немало врагов, и теперь у меня снова было достаточно крови для использования. Лиска, отдавшая всех вызванных существ на атаке, не растерялась и уже создавала новых. Василиса била самых опасных, стараясь попасть в болевые точки или заставить их отвлечься. Даже почти бесполезная в бою Ксиулан, вызывая огонь на себя, давала больше времени остальным.

«Игла!» — скомандовал я, посылая вперед тонкую красную сосульку. Чемпион заслонился, отбивая ее рукой, и пропустил острие клинка, летящее следом. Это была последняя ошибка в его жизни. Жертвенный жадно вонзился в шею, с хлюпаньем впитывая бурлящую вонючую кровь. Черное лезвие покрылось венами, и двуручник значительно потяжелел, а затем с новыми силами разгорелся еще ярче.

Совмещая магию крови с ударами меча, я удерживал лавину врагов, позади которой ревел от боли и бессилия драконид. Магия Души. Так приятно звучит, и в то же время, как ужасна она на самом деле. Власть, Вызов и Внушение. Они же Призывание, Ужас и Подчинение. Аспекты буквально направленные на уничтожение силы воли противника. Его решимости сражаться. И зачастую не самыми приятными методами.

Что греха таить, я сам почти постоянно использую их, надеясь лишь на то, что мне самому не придется получить в ответ такое же нашествие. Смогу я отпугнуть стаю вызванных пауков? А взять под контроль шершня? Смогу почувствовать, как подсаженный муравей пробирается по доспеху к голове? Не знаю. Но я должен быть готов отреагировать. В книгах и фолиантах должно быть решение этой проблемы. Кроме как броситься в огонь или воду, надеясь, что насекомые погибнут быстрее.

Пока же мне ничего не оставалось, кроме как вновь влететь в толпу крыс, поражая одних клинком, а других кровью. Мелочь гибла толпами, но позволяла более сильным и опытным воинам атаковать наравне с нами, несмотря на явное отставание в обучении и качестве оружия. Последнее на мой взгляд играло решающую роль.

Конечно, нет разницы, чем тебе ткнут в глаз: костяным, железным или деревянным клинком. Но столь уязвимых мест было не так много. Хорошо подогнанное забрало позволяло устранить эту угрозу, лишь слегка подняв в последний момент голову. Сталь легко принимала на себя удары костью, крошащейся от сильного нажима. Броня же их вообще не шла ни в какое сравнение. Достаточно было как следует ударить и даже в несколько слоев наложенные ребра ломались.

И все равно, живая лавина заставляла отступить, продавливала ряды массой. Если бы не вовремя вернувшиеся Кровавые рыцари, нам пришлось бы не сладко. Используя магию, хорошо подготовленные бойцы барона выкачивали из павших и раненых живительную жидкость литрами, тут же используя ее в бою. Иглы, стрелы и даже копья пробивали тушки нападавших, давая новые ресурсы для продолжения атаки.

Чем больше врагов было, тем сильнее становились маги крови. В том числе и я. Вот только после отказа от усиления от «Разбитого сердца» выносливости не хватало. Физически чувствовалось, как после каждого нового заклинания силы уходят, а ведь это я использовал не свою кровь, а чужую. Что было бы если б не столь богато подкидываемый материал — даже представить страшно.

— Вахаша шахош иеу ашашс! — ревел драконид, раздирая собственную плоть когтями. Боже, столько вреда сколько он сам, никто ему пока нанести не мог. Однако каким-то неведомым способом, монстр уже умудрился уничтожить двух шершней из трех, и сейчас в строю оставался только один — в левом ухе. У меня был опосредованный доступ к насекомому, которого сейчас должна была контролировать Трия. Но нага со всей страстью сражалась, совершенно забыв об остальном, впрочем, она все так делала.

— Доклад! — крикнул я, ловя очередной костяной наконечник отражением.

— Трое совсем, пятеро раненых, —