Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

ловко цепляясь за выступы и водосточную трубу, спрыгнул человек в чёрном. Тот самый наблюдатель. Он приземлился перед Корном и выпрямился, стягивая капюшон. Обычное лицо, неприметное.

— Докладывай, — прогудел Корн.

— Всё тихо, командир. Магистр не появлялся. Дети в саду, госпожа ушла, — кивнул наблюдатель. — Собралась в парк!

Я шагнула из-за куста, сжимая в руке сумку со сковородкой.

— А госпожа здесь, — громко произнесла я.

Оба мужчины резко обернулись. Наблюдатель схватился за кинжал, но, увидев меня, замер. Корн же лишь удивлённо приподнял бровь, хотя в его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение.

— Госпожа Эля, — спокойно спросил он, словно мы встретились на светском рауте, а не в переулке. — Приветствую!

Я неспешно подошла ближе, глядя ему прямо в глаза. Страх ушёл, осталось только недоумение и куча вопросов.

— Господин Корн, — я скрестила руки на груди. — А вы ничего не хотите мне рассказать? Например, почему ваши люди сидят на крышах и пугают моих детей?

43. Неожиданная тайна

Эля

Корн, этот огромный, суровый воин, который одним взглядом мог заставить замолчать таверну полную пьяниц, сейчас выглядел как школьник, пойманный за списыванием. Он переступил с ноги на ногу, бросил быстрый взгляд на своего напарника (тот вообще старался слиться со стеной дома) и, наконец, нервно кашлянул, сделав ко мне шаг.

— Госпожа Эля, — начал он, и в его голосе, обычно командном и твёрдом, прозвучали непривычные просительные нотки. — Ситуация… деликатная.

— Деликатная? — переспросила я, всё ещё держа перед собой сумку с «боевой» сковородой. — Мой сын увидел на крыше человека и испугался. Я думала, это опять бандиты магистра Гроберта или ещё кто похуже.

— Простите, — Корн склонил голову. — Мой человек, — он кивнул на "ниндзя", — допустил оплошность. Мы не хотели пугать детей. И вас, — мужчина шагнул ближе, понизив голос до доверительного шёпота: — Госпожа, я… кхм… прошу вас… если позволите. Не говорите лорду Лестру, что мы были раскрыты.

Я удивлённо моргнула, не зная, что на это ответить.

— Милорд… — Корн помялся, подбирая слова, — приказал охранять вас, чтобы «ни одна муха не пролетела и ни одна тень не упала». Если он узнает, что мы позволили себя обнаружить, да ещё и ребёнку… Боюсь, моя шкура пойдёт на новые ножны, а этого парня отправят чистить конюшни до конца дней.

«Значит, лорд Лестр приставил к моему дому охрану. Тайную, — я смотрела на Корна и чувствовала, как внутри разливается странное, щемящее тепло. — Лестр не просто решил проблему с Гильдией, припугнув Гроберта. Он продолжил заботиться обо мне и детях, даже находясь на расстоянии. Опасался за нас? Думал о нас?»

Эти мысли вызвали в груди волну нежности и волнений, от которой перехватило дыхание. Я почувствовала, как к щекам приливает румянец. Никто и никогда не делал для меня ничего подобного. Дедушка, конечно, защищал в детстве, гонял дворовых мальчишек, но то было давно. А потом… потом я привыкла быть сама за себя. Мой бывший муж, с которым прожила пять лет, эгоист до мозга костей. Его забота заканчивалась там, где начинались его собственные неудобства. Других мужчин, не похожих на него, увы, в моей жизни не встречалось. А тут… Лорд. Влиятельный человек империи, у которого дел по горло, находит время и ресурсы, чтобы оберегать какую-то художницу с двумя чужими детьми.

«Стоп, Эля, — тут же одёрнула я себя, почувствовав легкое разочарование и обиду. — Не придумывай лишнего. Лорд делает это не потому, что ты ему нравишься как женщина. Он делает это из благородства. Ты спасла ему жизнь, вытащила стрелу. Лестр просто выплачивает свой долг. Для таких, как он, честь превыше всего».

Я посмотрела на свои руки, которые не боялись работы, на простое платье. Кто я? Простолюдинка без роду и племени, вдова с двумя детьми. А он — лорд, уважаемый человек и завидный жених. Между нами огромная пропасть. Эта мысль горчила, как полынь, но я заставила себя улыбнуться. Глупо обижаться на реальность. Лучше быть благодарной за то, что есть. У меня есть защита. Мои дети в безопасности. Это главное.

Я посмотрела на Корна, который всё ещё стоял с виноватым видом, ожидая моего приговора.

— Значит, он будет сердиться? — переспросила я с лукавой искоркой в глазах.

— Мягко сказано, госпожа, — вздохнул воин.

— Ну что ж… — я сделала паузу, наслаждаясь их напряжением, а потом широко улыбнулась. — Я не хочу быть причиной потери вашей шкуры. Так и быть, это останется нашей маленькой тайной.

Мужчины выдохнули синхронно, тем самым вызвав у меня смешок.

— Благодарю вас, госпожа Эля! — Корн прижал руку к сердцу. — Вы — само милосердие!

— Но у меня есть условие, — добавила я.

Они снова напряглись.

— Вы зайдёте в дом и пообедаете, — заявила я безапелляционным тоном. — Наверное, весь день тут дежурите, голодные.

Корн и его напарник переглянулись. На их лицах читалось искреннее изумление. Видимо, нечасто охраняемые объекты приглашали их за стол.

— Но, госпожа… это не положено… мы на службе…

— Глупости, — отмахнулась я. — Война войной, а обед по расписанию. Идёмте. У нас, конечно, нет изысканных блюд, как во дворце, но суп очень вкусный. С клецками.

Слово «клецки» победило устав, так как мужчины о таком ни разу не слышали и в них взыграл интерес.

— Мы… с радостью, — сдался Корн, и его живот предательски заурчал, подтверждая слова.

Обед прошёл на удивление душевно. Май, увидев Корна, пришёл в полный восторг. Он тут же притащил свой деревянный меч и начал показывать «дяде Корну» новые приёмы, которые выучил. Страж, забыв про суп, серьёзно комментировал выпады, поправлял локоть и хвалил мальчишку, отчего тот сиял, как начищенный медный таз.

Лила, смущаясь, подкладывала мужчинам добавки. Наблюдатель, которого звали Тик, оказался молчаливым, но очень вежливым парнем, который ел так быстро и аккуратно, словно боялся, что тарелку отберут.

Я смотрела на эту странную компанию за своим столом и чувствовала невероятное облегчение. Камень, давивший на плечи последние часы, свалился.

Это не враги. Не люди из игорного дома, пришедшие за долгом. Не наёмники Гроберта, жаждущие мести. Это друзья. Защитники.

— Спасибо за угощение, хозяйка, — сказал Корн, вставая из-за стола и аккуратно отодвигая пустую тарелку. — Суп был великолепен. Давно я не ел такой домашней еды.

— На здоровье, — улыбнулась я. — Заходите ещё.

Они ушли. Я закрыла за ними дверь и прислонилась к ней спиной, закрыв глаза. В доме пахло хлебом и спокойствием. Волноваться было не о чем. Нас берегли. И пусть это была лишь плата за спасение, но она грела мне душу сильнее, чем я готова была признать.

44. Визит без