"Фантастика 2026-178". Компиляция. Книги 1-22 - Екатерина Насута

* * *

Андрей долго пытался составить какой-то план первого разговора, пока его не осенило: это же ученики! И неважно, сколько им лет: ученики — и всё тут. А он учитель и директор гимназии в одном лице. Значит, надо просто вспомнить, как директор говорил с новичками. А потом повторить то же самое с будущими курсантами.

В ангар набилось человек двадцать. Половину из них предстояло отсеять или, по крайней мере, отправить восвояси до следующего набора. Князь уверял, что здоровье кандидатов проверялось врачом и нервных расстройств, близорукости и физической неполноценности ни у кого нет. Сердце у всех здорово, психика крепка — что еще надо для пилота!

Шум стоял не сказать, чтобы сильный, но Андрею пришлось напрягать голос, чтобы его, наконец, услышали. Он поднялся на лесенку и почти что крикнул:

— Добрый день, дамы и господа!

Дамы среди собравшихся действительно были. Немного, но Андрею хватило. В Москве он повидал подобных особ: типичные эмансипэ. Короткая стрижка, бесформенная одежда, скрывающая фигуру, папироса в пожелтевших от табака пальцах с неухоженными ногтями, матюки по поводу и без повода и, вдобавок ко всему, неимоверный апломб. В общем, зрелище преотвратное.

Услышав голос и увидев говорящего, толпа довольно быстро утихомирилась. Взгляды обернулись на человека, стоящего на трибуне.

— Дамы и господа, — уже спокойнее повторил Веретенников, — как вы знаете, в первую группу курсантов будет зачислено десять человек. Связано это в первую очередь с тем, что двухместный аппарат, пригодный для обучения, существует в единственном экземпляре. Как только будет изготовлен еще один учебный самолёт, набор курсантов продолжится. И те из вас, кто не будет отобран сейчас, вполне могут войти в следующие группы.

Кандитаты зашумели. Кандидатки шумели громче всех.

— Тихо! — пришлось гаркнуть Андрею.

Он дождался относительной тишины и продолжил:

— Сейчас я по одному человеку буду поднимать в воздух каждого из претендентов и оценивать поведение в воздухе. Реакция тела и психики человека на первый полёт может быть совершенно непредсказуемой и не зависит от пола и силы мышц. Каждый полёт займёт примерно минут пятнадцать, так что если собрались отлучиться, рассчитывайте время. Вызывать буду по алфавитному списку. Надеюсь, у каждого имеется с собой комплект подходящей одежды. Вполне подходит экипировка гонщика. Первым будет… — Андрей раскрыл переданную Тенишевым тетрадь, — господин Авдеев Сергей Прокопьевич.

Вперед выскочил мужчина лет тридцати импозантной внешности со щегольскими усиками на смугловатом лице. Кожаная куртка уже была на нём, шлем и очки он держал в руках.

— Следующим будет господин Богданов.

Тщедушный молодой человек, очевидно из студентов, спросил, краснея и заикаясь:

— А если у меня нет экипировки, что делать?

— У вас есть пятнадцать минут для того, чтобы её раздобыть. В конце концов, здесь помимо вас восемнадцать человек. Не сумеете — придёте в следующий набор.

Андрей повернулся к Авдееву:

— Сергей Прокопьевич, пожалуйте к самолёту. Залезайте в заднюю кабину, застёгивайте ремни. Во время полёта изучайте приборы, смотрите по сторонам, но к ручке управления и педалям не прикасайтесь. Всё ясно?

— Так точно! — гаркнул Авдеев.

— Служили? — поинтересовался Веретенников.

— Так точно, служил. Подъесаул Донского казачьего войска.

— Стало быть, скорость любите, чтобы ветер в лицо?

— Люблю, господин Веретенников, — расплылся в улыбке подъесаул. — В степи, бывало, пустишь коня в галоп, и прямо как вы сказали: ветер в лицо, и скорость, и такое чувство, что будто бы вот-вот взлетишь.

— Ну что ж, вперёд, казак!

Андрей поднял самолёт в воздух, сделал на небольшой высоте круг над аэродромом. Кандидаты все как один высыпали на лётное поле, даже студент Богданов. Тот уже красовался в здоровенной, не по размеру, куртке и шлеме, сползавшем ему на глаза. Авдеев помахал своим конкурентам и принялся оглядываться по сторонам. Лицо его, весьма подвижное, без утайки отражало практически все эмоции, словно у ребёнка. В зеркальце, которое Веретенников установил в своей кабине, всё это было прекрасно видно.

В последний разворот Андрей дал побольше крена, и подъесаул тут же отреагировал:

— Ух ты!

Слишком высоко подниматься нужды не было. Едва высотомер показал двести метров, как Андрей перевёл аппарат в горизонтальный полёт и врубил пар на полную.

— Ого! — донеслось из задней кабины.

В зеркале отразилось совершенно очумелое лицо казака с пьяными от восхищения глазами. Кандидат на испытания скоростного самолёта практически был найден.

Андрей развернул аппарат и повёл его на посадку. И всё это время Авдеев глядел не по сторонам, а словно бы внутрь, заново переживая скоростной полёт, и не говоря ни слова.

И началось: один кандидат вылезал из кабины, Андрей фиксировал в тетради свои впечатления, осматривал самолёт, сажал следующего и вновь поднимался в воздух. Откатав первый десяток, почувствовал, что устал.

— Перерыв! — объявил он. — Желающие могут перекусить, рядом с треком есть неплохое кафе. Продолжим через сорок минут.

И сам отправился подкрепиться.

Ровно через сорок минут Веретенников вернулся в ангар. Мельком окинул взглядом поредевшую группу кандидатов. Раскрыл тетрадь и огласил следующее в списке имя:

— Соловьёва Вера Николаевна!

Прочёл и сам себе не поверил. В первую секунду подумалось: может, однофамилица, полная тёзка: Но во вторую секунду робкие надежды разбились вдребезги. Откуда-то из-за спин остальных претендентов появилась хрупкая фигурка в лётном комбинезоне, куртке и шлеме. Правда, на этот раз экипировка была в точности по размеру.

— Я здесь, Андрей Егорович! — лихо отрапортовала девушка, разве что ладонь к шлему не приложила.

— Ну что ж, — вздохнул Веретенников, — идёмте, Вера Николаевна. Только пусть сперва помощники уложат под сиденье мешок с песком.

Едва самолёт набрал высоту, как Вера тут же спросила:

— Андрей Егорович, а управление здесь такое же, как на планере?

— Такое же, — подтвердил тот.

— А можно мне немножечко попробовать? Вы ведь сами говорили, что у меня хорошо получилось.

Андрей усмехнулся:

— Действительно, получилось у вас хорошо. Но давайте сперва немного удалимся от аэродрома, чтобы не смущать прочих кандидатов.

Веретенников поднял самолёт на полкилометра.

— Ну что, Вера Николаевна, берите управление, — разрешил он.

Сзади донёсся восхищенный ах, и ручка чуть качнулась из стороны в сторону. Андрей практически не рисковал: самолёт был хорошо сбалансирован. Теоретически, для того, чтобы он летел по прямой, достаточно было лишь придерживать ручку, чтобы аппарат не рыскал от порывов ветра. А здесь, на высоте, задувало довольно сильно.

Вера вела машину словно