Расследования Марка де Сегюра - Лариса Куницына

Марк обернулся к другу и взглянул на тонкий шрам на его щеке. Он совсем не портил внешность Танкреда, скорее, лишь подчёркивал мужественность его смуглого лица.

— Нам с тобой не понять, что он чувствует, и мы не знаем, что случилось, — произнёс Марк, поднимаясь. — Пойду, поговорю с ним. Может, от меня он не отвернётся.

Обойдя стол, он направился к де Нера, кивая на ходу приветствовавшим его рыцарям. Приблизившись, он сел на пустой стул рядом. Венсан обернулся с хмурым видом, чтоб узнать, кто снова побеспокоил его, но увидев барона де Сегюра, слегка расслабился.

— Мы давно не виделись, друг мой, — заметил Марк и кивнул слуге, поставившему перед ним полный кубок. — Я хочу выпить с тобой за наших погибших друзей и тех, кто должен был прибыть на этот праздник, но по какой-то причине не смог.

— Я готов выпить за это, — кивнул Венсан и взялся за чашу. — Только не стану пить ни за де Шамбле, ни за его приспешников.

— Я не их имел в виду. К тому же де Шамбле лишён всех наград и милостей, и при этом мёртв, а его приспешники… Они не осмелились явиться сюда.

Они звякнули кубками и выпили.

— Как ты жил все эти годы, Венсан? — спросил Марк. — Я не смог навестить тебя, а ты не давал знать о себе даже Ламберу.

— О чём мне было писать ему? — горько усмехнулся граф. — Жаловаться на жестокую судьбу? Искать сочувствия? К чему? Из-за своего уродства я стал изгоем среди людей и скрылся в своём замке, подобно сказочному чудовищу. Мои бывшие друзья и соседи избегают моего общества. Зачем им приглашать в свою компанию мрачного человека с лицом, которое оскорбляет их привередливый взгляд? Меня больше не зовут на пиры и турниры. Никто не приезжает в мой замок, чтоб узнать, жив ли я? Даже мои слуги бояться меня и шарахаются с пути, когда тёмными ночами я выхожу на крепостную стену без маски, чтоб подставить лицо ветру и вдохнуть полной грудью. Люди равнодушны к неудачникам и быстро забывают тех, кто больше не может быть им приятен и полезен. Такова цена дружбы в наши дни, — он пожал плечами. — Я даже не знаю, стоит ли мне благодарить тебя за то, что ты спас мою никчёмную жизнь, обрекая на одиночество и нескончаемые сожаления. Нет, конечно, я благодарен! Ты проявил благородство и искреннюю дружбу, и не мог поступить иначе. Но моя жизнь с тех пор разделилась на до и после. Я больше не люблю людей, у меня не осталось близких, и мои друзья, если они и есть, слишком далеко.

Марк заметил, что он бросил взгляд туда, где за столом сидели Ламбер, Клеман и Фонтейн.

— А твоя невеста? — спросил он. — Я помню, как ты восхвалял её красоту и преданное сердечко, и даже оправил её портрет в золото и самоцветы. Я забыл её имя. Анаис?

— Не напоминай мне о ней! — рыкнул Венсан, и его рука сжалась в кулак. — Я не хочу даже вспоминать, как её звали, а тот портрет я выбросил в замковый ров! Именно она нанесла мне самый тяжёлый удар! Увидев моё уродство, она просто выгнала меня, заверив, что оплакивает мою участь, но не может больше любить меня! Ей нужен был прекрасный рыцарь, а коль он превратился в урода, то и тратить на него время она не пожелала! — его красивый рот вдруг злобно искривился, став дополнением серебряной полумаске с демоническими чертами. — О, как же горько и обидно мне сознавать, что любовь, которая, казалось, была столь крепкой и искренней, внезапно угасла из-за моего несчастья! Я не понимаю, как она могла оставить меня в такой момент? Как она могла отказаться от меня из-за того, что моё лицо стало другим? Я словно оказался в тёмной бездне, где нет ни света, ни надежды.

Он схватил снова наполненный кубок и, осушив его одним глотком, со стуком поставил на место.

— Как жестоко она обошлась со мной! С какой лёгкостью она указала мне на дверь в тот тяжкий час, когда я нуждался в ней больше всего? Сердце моё наполнено обидой и горечью, ведь она клялась, что любит меня так сильно и, что бы ни случилось со мной: разорение, недуг или жестокие раны, она не бросит меня. И я, глупец, поверил! Раненный я метался в горячке, но ждал встречи, как путник ждёт рассвета в тёмной ночи. Я тосковал по её глазам, в которых когда-то читалась нежность. Я скучал по её речам, которые были для меня слаще мёда. А она прогнала меня и с тех пор не прислала даже весточки. Я стал недостоин её внимания! Видно, злой судьбе было мало нанесённого мне удара, она решила испытать меня этим предательством! Женщины! — он зло усмехнулся. — Разве можно им верить? Пока ты богат, здоров и благополучен, они обещают быть с тобой до конца своих дней, но стоит лишиться чего-то, и они тут же теряют к тебе интерес! Есть ли более вероломные создания, чем они?

— Не все женщины одинаковы, — возразил Марк. — Может, и тебе когда-то встретится…

— Оставь! — перебил его Венсан. — Если я, будучи красавцем, не смог возбудить в ней любовь, способную выдержать такое испытание, то разве смогу вызвать какие-то чувства, будучи уродом? Вот ты, говорят, удачно женат на редкой красавице. Но уверен ли ты, что она не бросила бы тебя, если б ты лишился глаза?

Марк задумался и решительно кивнул.

— Уверен.

— Не обманывай себя! Если конечно она не ангел во плоти! Хотя, возможно всё… — он устало покачал головой. — Может, это мне досталась такая бездушная кукла… Я устал от этих переживаний, от своего гнева, которому так долго не было выхода. Моя обида копилась, как снежный ком, и с каждым годом становилась всё больше и больше. Злость закипала в моей груди, словно раскалённый металл в тигле. В моей душе разгорелась жажда мести. Я не знаю более прощения и жалости. Я хочу, чтобы она почувствовала то же, что чувствую сейчас я. Я хочу, чтобы она поняла, как сильно ранила меня. Но