Фантастика 2026-149 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

пару несложных манипуляций сканером, я попробовал, — и, о чудо, увидел гостеприимное зелёное подмигивание: заходите, имеете полное право. Всё очень просто: создатели действительно надёжных электронных замков либо хорошенько их экранируют, не позволяя записать слабое эхо происходящих внутри процессов, либо программируют так, чтобы код менялся после каждой попытки доступа…

Сигнализации не имелось, даже самой примитивной. Я вошёл внутрь, осмотрелся. Никого нет — чего, впрочем, и стоило ожидать. Не пятизвёздочный отель — спальня с двумя кроватями, небольшая гостиная, санузел. Апартаменты были рассчитаны на двоих, но я знал, что Яков Степанович Сульдин предпочитает занимать их в одиночку, обходясь в своих выездах на рыбалку без спутников и компаньонов. И без спутниц, хотя женщин отнюдь не чуждался.

Не изменил он своему правилу и на сей раз: всё свидетельствовало, что обитает здесь одинокий джентльмен, решивший развлечь себя рыбной ловлей. Причём в данный момент как раз занимается любимым спортом — городской костюм Якова Степановича висел в шкафу, аккуратно расправленный на плечиках, рыбацкое же снаряжение отсутствовало. Логично, где же ещё быть рыболову ранним утром…

Разыскивать господина Сульдина по всем здешним протокам и заливчикам возможности нет, и для серьёзного и вдумчивого разговора придётся ждать его возвращения… Но уже сейчас понятно: если подставил меня и конспиративную квартиру всё же Яков Степанович, то он и сам не ведал о том, — иначе не отправился бы, фактически не скрываясь, на рыболовную базу, где бывал неоднократно и где найти его легче лёгкого…

С такими мыслями я неторопливо отправился к лодочному причалу. Вдруг как раз сегодня случился резкий скачок давления, или магнитная буря, или что-то ещё, мешающее рыбьему клёву, — и Яков Степанович не засидится на ловле?

Место здесь было чудесное — никакого сравнения с окрестностями мегаполиса, где флора представлена в основном вездесущим борщевиком, а фауна — воронами да бродячими собаками.

Домики рыболовной базы едва проглядывали сквозь свежую, росой умытую зелень, птичий хор начал свой утренний концерт, деловито жужжали пчёлы, спеша к раскрывающим бутоны цветкам, неподалёку рассыпал дробь дятел… Идиллия.

Даже рыба тут водилась, по слухам, съедобная. Не то что в ближайших к Питеру водоёмах, где любители рыбалки (хоть сколько-то дорожащие здоровьем) могут отведать сваренной на берегу ушицы лишь из привезённой с собой рыбы, — и ловят по принципу: поймал, измерил-сфотографировал, отпустил…

…Наконец сквозь прибрежную поросль молодых берёзок показался причал — и там меня поджидал сюрприз. На воде застыли всего три невостребованные лодки — пластиковые, с прозрачным дном и бесшумным водомётным двигателем — и на носу одной из них была намалёвана красной краской цифра «7». Та же цифра украшала и коттеджик, где остановился Яков Степанович. Т-а-а-к…

Причин тому могло найтись множество: забарахлил двигатель, или коллега пригласил половить со своей лодки на уловистом, прикормленном месте, или…

Или всё гораздо хуже… Я двинулся вдоль берега, держась под прикрытием деревьев и кустов, — «горчичник» наготове, в руке… Легко и просто отыскать Якова Степановича мог кто угодно, в том числе и люди Пастушенко, и тогда… Мысль моя осталась незаконченной — я увидел Сульдина.

Он сидел на раскладном кресле, возле самого уреза воды. Две длинные удочки лежали на подставках, под рукой — эхолот с телескопической штангой и подсачек, садок наполовину утоплен в озере… Картина мирная и невинная, если не принимать в расчёт одну мелочь — полную неподвижность рыболова… Однако трудно сохранить резвость движений, когда прямо в сердце воткнут металлический предмет: судя по чёрной пластиковой рукояти, — обыкновенная отвёртка.

Голова мертвеца склонилась на грудь, из уголка губ тянулась струйка крови, уже подсохшая; несколько капель попали на камуфляжный жилет с множеством карманов, набитых всевозможными рыболовными мелочами.

Похоже, Сульдин провёл в кресле всю ночь — мёртвый. Тело холодное, одежда отсырела от росы… Надо понимать, дело обстояло так: Яков Степанович приехал вчера вечером, распаковал вещи в коттедже, времени на полноценную вечернюю рыбалку уже не оставалось — пошёл на часок посидеть с удочками поблизости… Расположился на берегу, и даже успел выловить первую рыбину — в садке поблёскивал золотистым боком «карабас» — не знаю уж, почему удильщики придумали такое прозвище для генно-модифицированных карасей.

А потом его убил человек, поджидавший здесь, на базе, или приехавший следом. Убил нагло, демонстративно, — ни малейшей попытки изобразить естественную смерть, либо ограбление, либо несчастный случай… Убийца явно спешил — ткнул отвёрткой и тут же укатил. И наверняка был полностью уверен в своей безнаказанности.

Меня же здесь не ждали… Мне полагалось взорваться вместе с «блохой», а если вдруг уцелею — угодить в засаду на Северном проспекте.

В любом случае, задерживаться в «Трёх пескарях» нельзя. Пастушенко вполне способен сообразить, что к чему, и снова отправить своих людей на рыболовную базу — отправить за моей головой.

Я перевернул над озером садок, и чудом избежавший сковородки «карабас» рванул в глубину золотистой молнией. А его избавитель пошагал к машине, по-прежнему стараясь оставаться под прикрытием деревьев. С «Дерринджером» пришлось расстаться сегодня ночью, и ездил я теперь на двухместной чёрной «гарпии». Комфорт, конечно, не тот, но скоростью почти не уступает, а маневренность и приёмистость даже выше. И не так бросается в глаза, хотя тоже вполне культовая тачка, — среди молодёжи, предпочитающей экстремальный отдых.

Подозреваю, что и у меня ближайшие сутки будут наполнены самым что ни есть экстримом.

Москва, ведомственный дом ФСР, 16 июня 2028 года, 06:30

Была у Стрельцова такая черта — проснувшись в незнакомом месте (даже после грандиозных пьянок в былые годы), моментально вспоминал: где он, как и зачем сюда попал… Вот и сейчас — открыл глаза, увидел чужой потолок, сообразил сразу: он у Людмилы. Ещё секунду, не дольше, вспоминал: было что-нибудь между ними? Да нет, обрубился самым позорным образом — так и лежит на диванчике в одежде, прикрытый лёгким пледом… М-да, где ж твои семнадцать лет… Прошло время, когда пахал по двое-трое суток без сна и отдыха. Старый боевой конь борозды, конечно, не испортит — но всё же лучше иногда давать ему передохнуть…

Он извлёк из кармана смарт — осторожно, стараясь не шуметь — половина седьмого, однако… И тут же очутился на ногах, не имел Стрельцов привычки нежиться по утрам в постели.

Как выяснилось, соблюдал тишину он напрасно — хозяйки в комнате не было, полутораспальная кровать аккуратно заправлена. И в кухоньке Людмилы не было, и вообще в квартире. Куда-то уже отправилась с утра пораньше, оставив гостя в одиночестве.

Стрельцов прошёл на кухню, осмотрел стол, панель холодильника, прочие горизонтальные и