Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

– Утес, – сказал он, и в его голосе прозвучали одновременно настороженность и облегчение. – Мы думали, ты еще не скоро вернешься. – Он мотнул головой в сторону Луна: – Он со двора Звездного Сияния?

Утес ответил не сразу. Его взгляд скользнул по собравшимся, ничего не выражая. Он сказал:

– Нет. Никто из них не согласился прийти. Я нашел его по пути домой. – Он обратил свой взор на говорившего. – Здесь Скверны.

В толпе смущенно замялись. Большинство мужчин опустили глаза. Одна из женщин сказала:

– Жемчужина впустила их. Они пробыли здесь два дня и ушли сегодня утром.

Утес склонил голову набок. Казалось, в зале похолодало, словно его гнев разогнал все тепло.

– А они, случайно, не упомянули, что не более двух дней назад уничтожили двор Медного Неба?

Кто-то ахнул, и все застыли на месте.

Говорившая женщина потрясенно сказала:

– Они сказали Жемчужине, что хотят заключить договор.

«Договор со Сквернами». – Лун едва сдержал усмешку. Земные расы тоже на это покупались. Владыки Сквернов приходили и притворялись вменяемыми существами, а земные обитатели думали, что смогут как-то умаслить их землями, или товарами, или обещаниями.

Утес принял эти сведения угрожающе молча. Он сказал Луну:

– Оставайся здесь, внизу, – и зашагал вперед. Толпа поспешно расступилась, пропуская его, и он исчез в дальнем проходе.

«Что?» – ошарашенно подумал Лун. Остальные пошли за Утесом или поспешили кто куда. Лун последовал за ними. Он понятия не имел, как устроено это место, куда ему идти и как себя вести. По крайней мере, в земных городах он хотя бы представлял, что ему делать.

А еще, судя по тому, что он видел снаружи, здесь проживало множество существ. Он не знал, у скольких были крылья, и, возможно, им действительно недоставало воинов. Но Луну становилось все труднее поверить в то, что один-единственный боец им как-то поможет. Утес явно что-то недоговаривал. Впрочем, это Луна особенно не удивило.

«А еще здесь Скверны».

Он вздохнул и провел обеими руками по волосам, почесывая голову. Он вообще весь чесался от грязи и пота. Ему нужно было поесть, умыться и отдохнуть.

«А уже потом можно переживать из-за Сквернов», – подумал он и побрел в соседнюю комнату, влекомый журчанием и запахом воды.

Он вышел в широкий коридор, вдоль которого проходил неглубокий бассейн. Вода в него лилась из трубы в стене и стекала по квадратным каменным ступеням. Другие стены были украшены резными орнаментами и барельефами, изображавшими гигантских земных обитателей в необычных доспехах из квадратных пластин. Они возвышались над деревьями и холмами и другими земными племенами, разбегавшимися прочь. Коридор вел в другой большой зал с выходом наружу, и по нему гулял прохладный ветерок, от которого пахло дождем. Оттуда открывался вид на джунгли, взбиравшиеся на скалу, и на реку, что протекала под пирамидой.

Климат в этих местах был умереннее, чем в речной долине корданцев. Деревья росли выше, их стволы были толще, с темно-серой корой и раскидистыми кронами. Многие из них в высоту достигали как минимум ста шагов. Их пытались потеснить древовидные папоротники, почти такие же высокие, с обманчиво тонкой листвой, а также более знакомые перистые и спиралевидные деревья. Река была неглубокой и такой чистой, что Лун видел ее дно, выложенное плоскими камнями и гравием. Как и говорил Утес, она была недостаточно глубокой, чтобы в ней можно было порыбачить.

Лун вернулся к внутренней двери, следуя за голосами. Он прошел по нескольким соединяющимся коридорам в большой просторный зал, который наверняка находился в центре здания. Посередине был виден открытый колодец, проходивший верхние и нижние этажи насквозь, и из отверстия наверху внутрь лился дневной свет. С верхних уровней свисали зеленые растения – лианы, увешанные маленькими желтыми фруктами. На противоположном конце зала стояли раксура, о чем-то взволнованно переговариваясь. Мимо пробежали несколько детишек, мальчики и девочки. Ростом они едва доходили Луну до локтя и меняли обличья, видимо, по прихоти.

Лун уставился на них, вдруг отчетливо вспомнив, как он играл с братьями и сестрами и как мог заставить их сменить облик, просто напугав. Эти дети, похоже, были бескрылыми. Да и смотреть на то, как все вокруг перевоплощаются, было непривычно. Он уже забыл, как это выглядит со стороны, как его зрение смазывается, а перевоплощающийся на миг будто окутывается темным туманом. У других это получалось не так внушительно, как у Утеса, но привыкнуть к такому снова все равно было непросто.

– А ты что здесь делаешь?

Лун медленно повернулся. Напротив него стояли два молодых мужчины, оба ниже него, но крепкие, с могучим телосложением. Их кожаные жилеты и штаны были потасканными, все в царапинах и пятнах. С поясов у них свисали длинные клинки, похожие на мачете, с резными костяными рукоятями. Оба мужчины смотрели на него недоброжелательно и заносчиво. Поскольку Лун не собирался говорить: «Я не знаю, что я здесь делаю», – он ничего не сказал, а просто смотрел на них, прищурившись.

Когда Лун не ответил, один мужчина сказал другому:

– Это дикий одиночка, которого притащил Утес.

Одиночка – пожалуй, но диким-то его назвать было нельзя. Лун сказал:

– И что?

Второй обнажил зубы:

– Ты должен уйти.

Лун раздраженно вздохнул. Драться ему сейчас хотелось меньше всего. Затем в арку за ними вошел еще один мужчина. Он был выше этих двоих, но чуть пониже Луна. У него была темно-бронзовая кожа, мягкие коричневые волосы и волевой подбородок. Недовольно зыркнув на этих двоих, он сказал:

– Оставьте его в покое.

То, что на его защиту встал незнакомец, было для Луна в новинку, хотя это и показалось ему забавным. Но двоих задир это, похоже, ни капли не впечатлило. Первый мужчина нарочито скучающим тоном сказал:

– Тебя это не касается, Звон.

Звон не отступил:

– А по-моему, касается. Кто вам сказал к нему приставать?

Второй косо посмотрел на него и прорычал:

– Никто нам ничего не говорил.

– Да ну? – Звон скептически поджал губы. – В ваших головах еще ни разу не рождалась мысль, если ее туда не подбрасывал кто-нибудь другой.

Двое перевоплотились. Они оба были арборами, один с медной чешуей, второй с темно-зеленой. Оба оскалились, глядя на Звона, и присели, словно готовясь прыгнуть на него. Звон в ответ тоже преобразился, сделав шаг назад. Его темно-синяя с золотистым отблеском чешуя сияла, а крылья были сложены за спиной.

Раз они все перевоплотились, значит, драки не миновать.

«Ну начинается», – устало подумал Лун. Он пробыл здесь всего ничего и даже не успел найти место, где можно присесть. Он переменился, расправил крылья, поднял гребни