Фантастика 2026-79 - Валерия Рашитовна Шаталова

Очень жаль, что меня не отговорили в этот момент от моего изобретательства. Поварят, что столько находилось при кухне после моей чудо-машины разогнали. Не нужно было столько помощников поварам. Всего-то двое стали справляться со своими обязанностями, а остальных жадный и ворчливый Вихор отправил по домам. Пришлось исправлять свою необдуманную революцию в механизации труда поваров. Создал для ребятишек от восьми до четырнадцати лет школу. Чтоб читать, писать и в арифметике соображать могли, а, чтобы родители их отпускали, стал их кормить. Утром, когда приходили им давали стакан молока и краюху хлеба, а после занятий наливали полную тарелку крутых щей. И дети были рады, что полдня они заняты не трудным физическим трудом и родители, которые знают, что детей накормят и уму разуму научат, а потом смотришь они и в люди выбьются.

Первые недели приходилось учительствовать самому, но я быстро выбился из сил, да и заняться у меня было чем. Так что, я быстро отыскал умевшего читать и писать дворового. А сам отослал письмо в институт с просьбой выделить мне учителя для ребятни. Не забыв повторно напомнить, что до сих пор жду лекаря. И как только пришла первая партия заказанных стеклянных бутылок, занялся обустройством мастеровой.

* * *

[1] Здесь и далее провидятся привычные названия овощей, фруктов и другого съестного.

Глава 7

— Опять уезжаете, уважаемый энц, — тихо радовался Вихор моему отъезду.

— Уезжаю к ювелиру. Знаешь же, что пришёл мой заказ. Теперь надо всё объяснить, что мне от него надо. Ты не забыл, что нужно присмотреть два места. Одно на отшибе, а второе для мастерской.

— Как же, помню. К вашему приезду всё будет сделано. Под, как вы сказали, «мастерскую», я думаю пустующую избу отыскать.

— Что, у нас есть такие?

— Мало, но пара имеется. Обычно дома не пустуют, всегда находится кому в них жить.

— Так почему в них никто не живёт? — насторожился словам улыбавшегося управляющего.

— Так померли все до пятого колена. Вот один дом так пустым который год и стоит. А из второго съехали все. Новый себе поставили, а тот изветшал сильно.

— Ладно. Приеду посмотрю, — ответил и отправился в путь.

Дорога к ювелиру была знакома, и я взял с собой всего лишь одного слугу. Чтоб погрузкой-разгрузкой занимался, да лошадью правил.

Разговор у ювелира затянулся. Я ему предоставил в качестве образца четыре бутылочки. Кстати, хороший у стеклодувов получился товар. Бутылка в форме цилиндра, с широким горлышком. Именно на горлышко ювелир мне и будет изготовлять конус с крышкой, а размеры по образцу делать, чтоб мои люди в мастерской могли их собирать. По крайней мере я так думал. Материал я пока заказал недорогой — серебро. Но для дорогих подарков попросил сделать тройку штук из золота. Именно для этого я к нему и приехал, чтобы обговорить наши дела. Я хотел его вообще переманить к себе в усадьбу, но он наотрез отказывался, несмотря на то, что я ему чуть ли не золотые горы обещал. Но что поделать — он свободный человек.

— Слушай Дани́с, — так звали недоювелира, который доказал, что может называться настоящим ювелиром. Я видел его работу. Такую тонкую, что глаз радовала, если конечно зрение хорошее. Он мне две чернильницы-непроливайки из чистого серебра сделал, да так всё красиво узорами украсил, что её только на полку ставить, чтобы глаз радовала. — Переезжай ко мне в усадьбу. Дом тебе дам, оклад положу хороший, или процент от каждого изделия, — предпринял последнюю попытку уговорить ювелира. Не хотел я чтоб он на сторону делал мои штуковины. — Я и помощников, учеников дам, чтоб помогали тебе, а то всё сам да сам делаешь.

— Благодарю, уважаемый энц, но у меня семья большая, куда я с ней с насиженного места уеду. А помогают мне мои сыновья. Малы, конечно ещё, но у старшо́го вполне получается несложный узор делать.

— Сыновья? — ухватился за пришедшую идею. Этот хитрый Данис не пускал меня в свою мастерскую, а принимал в другой комнате, где мы обсуждали наши дела, и он показывал свой товар. — Давай я твоего старшого к себе возьму. Дом ему поставим. Небось жениться скоро будет. А если женат, то пусть всю семью свою берёт, не обижу.

— Женат он и детишек у него двое.

Я знал, что в эти времена и жили недолго, лет до пятидесяти средний возраст среди крестьян, занимавшихся тяжёлым, изнурительным физическим трудом, и женились, выходили замуж рано, и детей старались не одного рожать, но сколько тогда его старшему сыну?

— Так нет проблем. Поди он засиделся у тебя в подмастерьях. Сам хочет дела делать, а ты ему не даёшь, не доверяешь, — наехал на Даниса, но как оказалось, что зря.

— Я! Не доверяю⁈ Это мой сын! И он не хуже меня научился, как мой дед, отец с благородным металлом обращаться. Именно он делал резьбу по серебру, тех штуковин, которые я тебе продал, и вы сами сказали, что работа отличная! — вскипел ювелир. Лицо у него покраснело, пальцы сжались в кулак. Не будь я дворянином, ударил бы он меня, или того лучше вызвал на дуэль. Вон как желваки играют и смотрит на меня исподлобья, как на зверя.

— Успокойся, Данис. Как ни как с дворянином говоришь, — извиняться за свои слова не стал. Правильно я всё сказал, если у него сын такой хороший и перерос подмастерье, так что он его не отпустит. Они же свободные, не привязаны по рождению к земле или к дворянину. — У тебя сколько детей? Можешь не отвечать, знаю, что много. И все они семейному мастерству обучаются и что будет, когда все они вырастут? Что, всех возле себя держать будешь? Одному, ладно, передашь свою мастерскую, но остальным, что? Брат у брата в подмастерьях ходить всю жизнь будет? Рано или поздно, но скорее сразу после твоей смерти, хорошо, если один твой потомок семейное дело продолжит. А разве тебе не хочется ещё при жизни увидеть, чего добьётся твоя кровинушка⁈ Ты подумай до завтра. Я в гостином дворе заночую. Дела у меня здесь ещё, — сказал и засобирался уходить.

— Не надо.

— Что не надо? — не понял, остановившись практически у дверей.

— Диса́л! Дисал! Иди сюда!

Из другой двери