Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

такие разные”, так вот для меня это не имеет никакого значения. Важно лишь то, что я чувствую, когда вы рядом, и что чувствуете вы, — Лестр сжал мои пальцы чуть крепче, таким простым прикосновением заставляя сбиться с дыхания. — Эля, позвольте мне ухаживать за вами. Не отказывайтесь, — с мольбой в глазах смотрел он на меня. — Давайте попробуем? Попробуем быть вместе. Вы согласны стать моей дамой сердца?

66. Хороший день

Лестр

Тишина затянулась. Она висела в воздухе, плотная и звенящая, заглушая шелест листвы и пение птиц.

Я стоял, не смея пошевелиться, и чувствовал, как по спине катится холодная капля пота. Впервые в жизни мне было настолько тяжело. Я смотрел в глаза Эли и понимал: признаваться в чувствах гораздо сложнее, чем отбиваться от десятка наёмников в тёмном переулке. Там всё просто: или ты, или тебя. Там работают рефлексы, сталь и ярость.

А здесь… Здесь я был безоружен. Моя броня, мой титул, мой опыт — всё это не имело никакого значения.

Сердце колотилось так, что я всерьёз начал опасаться, не выпрыгнет ли оно из груди прямо к её ногам. Каждый удар отдавался гулким эхом в висках. Мне казалось, что даже ранение от стрелы болело меньше, чем это томительное ожидание.

Эля молчала. Смотрела на меня своими огромными, бездонными глазами, в которых плескалось удивление, и молчала.

«Ну же, — молил я про себя. — Скажи хоть что-нибудь. Только не молчи!»

Мои нервы натянулись до предела, готовые лопнуть с минуты на минуту.

И тут губы Эли дрогнули. На них расцвела робкая, смущённая улыбка, озарившая её лицо внутренним светом. Она медленно опустила ресницы и едва заметно кивнула.

Кивнула!

В этот миг мне показалось, что с моих плеч свалилась гора, которую я тащил последние недели. В душе, где до этого царили сомнения и тревоги, вдруг запели птицы. Мир вокруг, казавшийся мне серым и привычным, вспыхнул яркими, тёплыми красками. Зелень травы стала изумрудной, небо — пронзительно голубым, а солнце — ласковым.

Эта молодая женщина… она словно вырвала меня из многолетнего сна. Раскрасила мою жизнь, наполнила её смыслом, которого мне так не хватало.

Я выдохнул, чувствуя, как губы сами собой растягиваются в улыбку — широкую, наверное, даже глупую, но абсолютно счастливую.

Осторожно, боясь спугнуть момент, я потянул её за руку, притягивая к себе. Эля не стала возражать. Она сделала шаг навстречу, сокращая дистанцию.

Я склонился к ней и нежно коснулся губами её виска. От неё пахло нежным, приятным ароматом, солнцем и чем-то неуловимо родным.

Несомненно, мне хотелось большего. Хотелось заключить её в крепкие объятия, но я не смел. Чёртов этикет, вбитый в меня с детства, держал крепче любых кандалов. Достаточно того, что я и так обошёл все правила, предлагая отношения без долгих ухаживаний и одобрения родственников.

По-хорошему, мне следовало бы сейчас отправиться к её отцу и просить у него дозволения ухаживать за дочерью. Но я знал, что Эля приехала в столицу одна, только с детьми. Жив ли её отец? Где он? Я не знал. И спрашивать сейчас, портя этот хрупкий момент расспросами, которые могут навеять печаль, мне совершенно не хотелось.

Мы стояли рядом, слишком близко для просто знакомых, но недостаточно близко для влюблённых.

— Ты даже представить себе не можешь, — зашептал я, глядя на её профиль, — насколько мне с тобой хорошо.

Время будто остановилось.

Эля подняла голову, посмотрела на меня и улыбнулась. В этой улыбке было столько тепла, что мне захотелось отдать ей всё, что у меня есть. Ей были приятны мои слова. Я видел это.

Не расцепляя рук, мы неспешно побрели вдоль берега.

Под ногами мягко пружинила трава, река лениво плескалась о камни. Мне казалось, что всё это — сон. Приятный, уютный сон, наполненный счастьем. В душе разливалось спокойное, уверенное тепло. Я больше не был одинок.

Мы гуляли, наслаждаясь молчанием, которое бывает только между близкими людьми, но настало время возвращаться.

Я так и не выпустил её ладонь из своей, когда мы повернули обратно к причалу.

Вдали показалась лодка. Она приближалась к берегу, разрезая воду острым носом. Я слышал звонкий смех Мая и довольный голос отца.

— Встретим их, — сказал я, увлекая Элю к воде.

Я почувствовал, как её пальцы дрогнули. Эля попыталась мягко, незаметно убрать руку из моей ладони — видимо, застеснялась отца или детей. Но я не позволил. Сжал её пальцы чуть крепче, не давая вырваться, и посмотрел на неё, улыбаясь. Подмигнул ей лукаво, давая понять: теперь мы вместе, и скрывать это я не намерен.

Лодка ткнулась носом в причал.

Май тут же выпрыгнул на берег, размахивая веткой, как мечом. Лила вышла следом, аккуратно придерживая юбку.

Отец поднялся последним, кряхтя скорее для вида, чем от усталости. Он выпрямился, посмотрел на нас…

Его взгляд скользнул по нашим лицам, а затем опустился ниже. На наши переплетённые руки.

Глаза старого лиса расширились, а затем на его лице расцвела такая широкая и довольная улыбка, что она могла бы осветить весь парк вместо солнца.

— Ну наконец-то! — гаркнул он, расхохотавшись так, что с ближайшего дерева взлетели птицы. — Свершилось! Теперь у меня не только сын, но и дочь с внуками! И, знаете что, дети мои… я несказанно этому рад! Давайте! — засуетился он. — Это нужно срочно отметить! Какой же сегодня всё-таки хороший день!

67. Приоткрытие тайной завесы

Эля

Остаток дня пролетел как один миг, похожий на яркий, счастливый сон. Напряжение, которое сковывало меня, исчезло, словно его сдуло свежим речным ветром.

Лестр был сама обходительность. Он ухаживал за мной, подкладывая лучшие кусочки, шутил с детьми, но при этом в каждом его жесте, в каждом взгляде сквозила та особенная нежность, от которой у меня сладко замирало сердце. Теперь между нами исчезла недосказанность. Мы были… вместе. И это ощущение окрыляло.

Лорд Арион, казалось, поставил себе цель очаровать моих детей окончательно и бесповоротно. После обеда он подмигнул Маю и громко объявил:

— А теперь, сэр рыцарь, пора переходить от теории к практике! Какой же герой без верного коня?

Май взвизгнул от восторга, когда старый лорд повёл его к конюшням.

Мы все вместе отправились понаблюдать. Отец Лестра усадил моего мальчика на смирную, по его словам, кобылу, которая, казалось, понимала важность момента и ступала осторожно, как кошка. Лорд шёл рядом, придерживая Мая за ногу, и что-то объяснял ему с серьёзным видом.

Май хохотал, запрокидывая голову к небу, его счастливый смех разносился по всему