Фантастика 2026-128 - Андрей Схемов

Руки дрожали, и я, опустив меч, вновь скорректировал стойку, уводя оружие за спину, лезвием вверх. Вдохнул, собрал ци в правой руке, перекачал в клинок и рубанул снизу вверх. Плотный поток энергии сорвался с лезвия меча и рассёк каменного болванчика надвое, осыпав меня мелкой крошкой. Стойка «Журавль на скале» оправдала своё название. Я опустил оружие, медленно выдыхая излишки энергии и закинул в рот пилюлю.

— Я и не знал, что ты продвинулся так далеко, мой ученик. — Раздался голос Чэна.

Мастер стоял на пороге, прислонившись к косяку. Он был одет в привычный тёмно-синий ханьфу с золотистой вышивкой во всю спину. Его волосы были аккуратно убраны в длинный хвост, а на лице играла лёгкая, почти отеческая улыбка.

— Спасибо, мастер. — произнёс я, утирая со лба пот и продолжая отыгрывать роль примерного ученика.

— Ты прогрессируешь быстрее, чем я ожидал. — сказал он, входя в комнату, — видимо тренировки Ши всё же пошли тебе на пользу. Признаюсь, его подходы к обучению никогда мне не нравились. Слишком грубые, слишком жестокие. Там, где нужны точные удары зубилом, он высекает топором, отрубая не только всё лишнее, но и то, что может понадобится в будущем. Правда в твоём случае это не так, да, мой ученик?

— Да, мастер. — я ответил поклонившись.

Чэн подошёл, ощупал мои плечи, спину, грудь и проверил твёрдость живота. Я сразу заметил, что он искал изъяны в моем теле. Места, которые могли неверно срастись после нечеловеческих тренировок Ши. Однако обнаружить таковы ему не удалось. Регенерация под невероятным насыщением ци, да ещё с помощью пилюль творила настоящие чудеса.

— Мы будем сегодня тренироваться? — Спросил я, когда заметил, что в глазах Чэна появился странный голод.

— М? — переспросил мужчина, поднимая голову, — Да… тренировка. Ты самостоятельно смог раскрыть меридианы без моей помощи, что и ожидалось от ученика двух магистров, но это только начало. Тебе придётся совершенствоваться и дальше, но для начала нужно определить твой тип ци. Ты ведь помнишь уроки наставила Лао?

— Круг У-Син? — повторил я, вырывая из памяти длинную и нудную лекцию, — Пять основных элементов: земля, огонь, воздух, вода и металл. Вы думаете я уже готов?

Чэн кивнул.

— Этим можно было заняться и раньше, но я решил, что результат будет лучше всего понятен, после того, как ты раскроешь меридианы. Конечно, склонность к элементу проявляется ещё на ранних стадиях культивации, но лучше подождать подольше, хотя в нашем случае затягивать нет смысла.

— Почему, мастер?

Он вновь посмотрел на меня странным взглядом, полным жажды и голода, а затем изменился в лице и ответил:

— Ты разве не хочешь стать сильнее?

— Хочу, мастер. — Ответил честно, сжимая в руке меч.

— Тогда нам поскорее нужно выяснить природу твоей ци. Понять на чём стоит сконцентрироваться и прописать твои тренировки на будущие десять лет.

— Десять лет? — Сорвалось у меня с языка, словно Чэн только что выдвинул мне вердикт.

— Конечно. — Он звонко рассмеялся и добавил. — Ты, конечно, талантлив, Ян, но это только начало твоего пути. Ты только ступил на Путь силы, а уже начинаешь мнить себя бывалым практиком? Пойдём, я тебе всё покажу.

Он подвёл меня к тем самым манекенам поверх которых находились духовные руны. Каждый из них обладал своей стихией, которая проявлялась соответствующим светом. Зелёный для земли, жёлтый для ветра, красный для огня, голубой для воды и белый для металла. Если Чэн был прав, то они должны будут определить стихию моей духовной энергии и позволить понять направление, в котором стоит двигаться.

— Подойди к первому, — сказал Чэн, подталкивая меня в саину.

Я шагнул к манекену с зелёными рунами и остановился в трёх шагах.

— Убери меч, здесь он тебе не понадобится. А теперь выпусти её так, как ты умеешь.

Я поднял руку и сосредоточился. Меридианы отозвались и ци потекла от груди к плечу, достигая кисти. Я направил её на кончики указательного и средних пальцев, сжатых в вместе, а затем разжал, будто отправил щелчком отправил монету в полёт. К моему удивлению, на этот раз ногти выдержали. Действительно прогресс.

Серпы чистой энергии сорвались с пальцев и ударили в манекен. Я приготовился лицезреть результат собственной силы, как они разбились о руны, словно волны о скалы и рассыпались в миллионы мелких кристаллов. Чэн удивлённо приподнял левую бровь и почесал идеально выбритый подбородок.

— Странно… мне почему-то казалось, что у тебя именно земля. — Прошептал он.

— Не реагирует, — сказал я, опуская руку.

— Переходим к следующему, — произнёс Чэн, но голос его прозвучал уже не так уверенно.

Я подошёл к красному, который должен был символизировать огонь и повторил. Ци ударила в камень, но руны и здесь не засветились. За последнее время я настолько привык пользоваться плодами таланта, что небольшое поражение заставило меня задуматься.

Металл, вода, ветер… каждый мой удар не вызывал отклика от рун манекенов, даже после десяток повторных попыток. Я опустил руку, сбрасывая накопившееся в них напряжение и выдохнул.

— Ни один, мастер. — Сказал я.

Чэн молчал. Он смотрел на манекены, периодически поглядывая на меня, словно пытался рассмотреть мои меридианы. Пускай его лицо и было спокойным, однако в глазах человека открыто читалось недоумение.

— Попробуй ещё раз, — сказал он наконец, — Только медленнее, вместо удара попробуй напитать манекен своей энергией.

Я подошёл к «Дереву» поднял руку и выпустил ци тонкой, едва заметной нитью. Они ленивой змейкой потянулась к рунам, облизывая их и пробуя на вкус. Нить коснулась шершавой поверхности, обвила плечо манекена и скользнула по груди.

Результат был ожидаем. Я повторил на Огне, Земле, Металле и Воде, но ничего так и не произошло.

— Может я что-то не так делаю? — Спросил я, вглядываясь в собственные ладони.

Чэн подошёл ко мне, взял мою руку и приложил два пальца к запястью. Его ци потекла по моим меридианам, останавливалась у каждой из девяти точек и наполняла их, проверяя на отсутствие повреждений. А я покорно ждал вердикта, стараясь даже не шевелиться.

— Меридианы в порядке, — сказал он, отпуская мою руку, — ци течёт правильно.

— Тогда почему манекены не реагируют?

Он не ответил. Вместо этого подошёл к болванчику Воды и коснулся его плеча. Синие руны засветились ярко, заливая комнату холодным, мерцающим светом. Потом подошёл к красному и повторил тоже самое. Руны вспыхнули ярким огнём, а по шероховатой поверхности забегали обжигающие языки пламени. Желтые засияли золотым отблеском ветра, белые засветились серебром, а зелёные искрились изумрудом.

— Значит дело в