Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

свое поражение, он частично списал на собственную самоуверенность и недооценку противника. И вот сейчас тот решил, что стоит меня вновь испытать, чтобы выяснить, насколько я достоин того, что стать защитником его ученицы.

Внезапно, наставник Юнны резко сменил тактику. Он перестал атаковать, а начал обороняться, выжидая моего промаха. Я почувствовал, как во мне растет чувство наслаждения. Хотелось броситься в атаку, обрушить на него всю свою мощь, но я сдержался. Знал, что это ловушка.

Набравшись терпения, я стал двигаться вокруг него, выискивая слабину. И вот, момент настал. Наставник Юнны допустил едва заметную ошибку, и я моментально воспользовался этим. Мой клинок пронзил воздух и коснулся его горла. Бой окончен. Наставник Юнны удивленно посмотрел на меня, а затем улыбнулся. В его глазах я увидел уважение и одобрение. Он был доволен. Я снова смог пройти его проверку… и теперь, судя по его взгляду, окончательно был им признан.

– Признаться, немного досадно проигрывать юнцу, – с кривой усмешкой произнес он. – Но теперь я спокоен за Юнну… Надеюсь, не откажешься позаниматься с ней индивидуально? – он вперил в меня серьезный взгляд.

– Я и так постоянно тренирую Нику… так что не вижу никаких препятствий для того, чтобы заниматься с Юнной вместе, – небрежно пожал я плечами.

Вновь в награду я получил одобрительную улыбку. Затем командир обвел взглядом своих офицеров и спросил:

– Ну что скажешь? – обратился он индивидуально к одному из них. – Какие выводы ты смог сделать из нашего поединка с князем Николаевым?

– Он несколько раз менял стиль боя, – выступил вперед самый молодой из этой компании офицеров. – Мгновенно адаптировался к меняющейся тактике… Дважды во время схватки он перебрасывал клинок из руки в руку, сбивая вас с толку, командир… Судя по всему, его наставник был непревзойденным мастером, владеющим множеством стилей клинкового боя.

Я был удивлен и даже озадачен. Не ожидал столь скрупулезного анализа. Черт, я даже не помнил, как перебрасывал клинок из руки в руку. Это произошло машинально, словно помимо моей воли.

– Позволь представить! – наставник Юнны указал на молодого лейтенанта. – Заир Русс! Он будет командовать охраной, обеспечивающей вашу безопасность на территории Академии. В случае чего, можешь в любой момент к нему обращаться… Да и вообще, вам часто придется общаться друг с другом.

– Рад знакомству! – я протянул руку парню, которому на вид было не больше двадцати.

– Взаимно! – он крепко пожал мою ладонь. – Рад наконец–то встретить того, кого госпожа Зинария официально нарекла своим сыном… Теперь я понимаю, почему она выбрала именно тебя!

Да нет, парень, – мысленно не согласился с ним я. – Все куда сложнее чем ты можешь себе представить... – вспомнил я о невероятном сходстве госпожи Зинарии с моей родной матерью. – Хотя пофиг... главное, что нас двоих все устраивает.

***

Ника.

Впервые я провожу столько времени с мамой, не разделенная расстоянием артефакта, а ощущая ее тепло на расстоянии вытянутой руки. Она может казаться строгой и властной, но в душе она – воплощение доброты и нежности. И когда она обнимает меня, прижимая к себе, от нее исходит такой приятный аромат, словно от цветущего сада после дождя.

– Я даже завидую и ревную, – с усмешкой, диссонирующей с ее словами, протянула Адель, наблюдая за нами из кресла, напротив.

– А что насчет моего братца? – лукаво взглянула я на сестру. – Должна ли я ревновать тебя к нему? Юнна столько мне нарассказывала… Вы, оказывается, еще те проказники!

Реакция превзошла все ожидания: щеки сестренки вспыхнули, словно спелые помидоры.

– Тсс! – мама приложила палец к моим губам. – Не стоит так смущать старшую сестру!.. Хотя, с другой стороны, мне грустно, что она предпочитает прятаться по углам, вместо того чтобы узаконить свои отношения… Таким образом скоро я стану бабушкой! – и она одарила старшую дочь загадочным взглядом.

– Ну, мам… – казалось, краснеть больше некуда, но Адель сумела превзойти себя. – И ничего мы не прячемся по углам.

– Да, прятаться вы и вправду перестали, – задумчиво произнесла мама. – В общем, о вашей помолвке объявят официально в ближайшие недели… Можешь обрадовать своего парня моим императорским решением!

– Мам, ты серьезно? – недоверчиво взглянула Адель на мать.

– Разве я похожа на шутницу? – спросила Сион, на этот раз без тени улыбки.

Адель тут же замотала головой.

– Готовься к помолвке… и со свадьбой тянуть не будем, обвенчаем вас до конца года, – решительно заявила мама.

– Не слишком ли быстро? – смущенно спросила Адель.

– Через восемь месяцев тебе будет не до помолвки и роскошной свадьбы, – отрезала мама. – Считай это императорским указом. – зачем-то повторилась.

– Не думала, что окажусь в эпицентре истории, – задумчиво протянула я. – Юнна обзавидуется, узнав, что пропустила!.. Ай! – воскликнула я от легкого маминого щепка по уху.

Адель вдруг напряглась и осторожно спросила:

– А что будет через восемь месяцев? Неужели наша провидица что-то увидела? Она же говорит, что перестала видеть вещие сны… вернее, они разбиты на осколки, которые невозможно сложить воедино.

– Кое-что она все еще видит отчетливо. Вчера она заявила мне, что через несколько месяцев твоя фигура начнет стремительно меняться, поэтому нужно поторопиться и узаконить отношения с твоим парнем.

– Ух ты! – выдохнула я, поняв, что это значит. – Полагаю, мне следует сказать: поздравляю! – и, на всякий случай, я закрыла уши ладонями, защищая их от новых щипков. Но на этот раз ничего не произошло.

А вот глядеть как меняется выражение лица сестренки было крайне забавно. От удивленного к восторженному, а потом растерянному и откровенно глупому.

И тут словно обухом по голове огрели. Осознание пришло внезапно и оглушительно: если у мамы есть такая провидица, заглядывающая в хрустальный мир снов будущего, то, возможно… она и мое будущее знает…

Внутри все сжалось в тугой комок тревоги.

– Мам, – прошептала я осторожно, – а что твой пророк говорит обо мне? – спрашивать было страшно до дрожи, но любопытство жгло изнутри.

Миг тянулся как вечность, прежде чем мама ответила:

– О тебе она, пожалуй, наговорила даже слишком много… Вот только не думаю, что сейчас подходящее время все это тебе рассказывать…

– Ну, мам! – Я демонстративно надула губы, изображая обиду, хотя в