Инженер. Система против монстров 8 - Сергей Шиленко

тянулся длинный полуприцеп, на борту которого виднелась выцветшая надпись «Продукты». За рулём сидел Борис. Его широченная довольная улыбка была видна даже через лобовое стекло. Рядом с ним, прямой как палка, сидел профессор Геннадьев.

Следом, рыча и выпуская облака сизого дыма, въехал старый МАЗ-5440. Настоящий работяга, кондовый и надёжный, как кувалда. Его кабина была выкрашена в выцветший оранжевый цвет. Он тащил за собой стандартный морской контейнер. В кабине сидел Медведь. Он вёл машину одной рукой, положив вторую на открытое окно. Его лицо было абсолютно спокойным, словно он всю жизнь водил контейнеровозы.

Замыкал колонну тягач Scania. За рулём сидел Тень. Рядом виднелся Женя. Очевидно, что стрелка взяли с собой в качестве охраны, чтобы стоял на стрёме, пока профессор-инженер чинил двигатели и вливал в аккумуляторы новую жизнь.

Колонна остановилась в центре двора. Двигатели, чихнув в последний раз, заглохли. Воцарившуюся тишину тут же нарушил скрип открывающихся дверей. Первым из Volvo выпрыгнул Борис. Он хлопнул дверью так, что грузовик качнулся, и победно вскинул руку.

— А вот и кукуруза! — громогласно объявил он на весь двор. — Двадцать тонн отборных зёрен! Будем делать попкорн до второго пришествия! А ещё муку! И самогон! Дядя Коля, готовь аппарат!

Из толпы рабочих донёсся одобрительный гул. Перспектива самогона воодушевляла больше, чем попкорн. Медведь молча выбрался из МАЗа, обошёл свой грузовик, похлопал по колесу, словно прощаясь с верным конём, и направился к Борису.

— Химия на месте, — коротко доложил он. — Мыло, порошки, шампуни. Всем хватит до конца дней.

Профессор Геннадьев выбрался из кабины Volvo с другой стороны.

— Алексей будет доволен! — возбуждённо заговорил он, поправляя очки. — Двигатели теперь в прекрасном состоянии! Немного повозились с форсунками у Volvo, но это мелочи. Классический дизель, надёжный, как швейцарские часы! А вот Scania… там пришлось поработать, она на боку лежала. При опрокидывании в топливную систему попал воздух, а масло залило цилиндры через вентиляцию. Пришлось повозиться, чтобы всё продуть и запустить двигатель, но теперь она в полном порядке! И вы бы видели, как эти два молодых человека её поднимали! — он уважительно покосился на берсерков. — Вот она, силушка богатырская!

Борис и Медведь сразу же приосанились от похвалы.

Ершов смотрел на эту сцену с кривой усмешкой. Вот он, результат. Чётко поставленная задача, и три фуры с бесценным грузом стоят во дворе. Логистика, исполнение, результат.

Тарас активировал интерфейс и быстро набрал сообщение.

«Хмурый — мутный тип. Связей с Гладиаторами не имеет, подтверждено Соколом. Но среди бывших рабов его никто не опознаёт. Врёт про прошлое. Рекомендую пристальное внимание».

Он нажал «Отправить». Ответ пришёл почти мгновенно. Словно Алексей только и ждал этого доклада, сидя в своей мастерской.

«Допроси его».

На губах Тараса Ершова появилась холодная, хищная улыбка. Ему нравилась лаконичность нового лидера. Он смахнул окно и не спеша направился в сторону строительной площадки.

Глава 4

Хозяин и его питомец (интерлюдия)

Леонид Филатов ненавидел это место. Бутовский лесопарк, некогда любимое место собачников и лыжников, теперь напоминал декорацию к дешёвому фильму ужасов, снятому на деньги безумного олигарха. Только вот декорации были настоящими, каменными и смердело от них не папье-маше, а могильной сыростью и вековым тленом.

Арчи, верный Крикун, приземлился на поляну перед Чёрной Башней с явной неохотой. Зверь нервно перебирал лапами, царапая когтями пожухлую траву, и тихо, жалобно сипел.

— Тише, мальчик, тише, — Леонид похлопал питомца по кожистой шее. — Я тоже не в восторге. Быстро заскочим, заберём причитающееся и свалим. Обещаю, на обратном пути поохотимся на мутантов.

Он спрыгнул на землю, поправил лямку автомата, хотя понимал всю бессмысленность огнестрела против хозяина этой недвижимости, и направился к воротам. В прошлый раз они открылись сами. В этот раз створки оставались неподвижны, словно каменные губы великана.

Леонид нахмурился. Неужели в приёмные часы не попал?

Внезапно прямо из каменной кладки стены выплыл крошечный, размером с грецкий орех, сгусток бледно-зелёного пламени. Огонёк завис перед лицом наёмника, мигнул пару раз, словно сканируя сетчатку, и юркнул в неприметную боковую дверь, о существовании которой Леонид раньше и не подозревал… а может, её и не было.

— ВИП-вход? — хмыкнул разведчик. — Ну, веди, светлячок.

Внутри было темно, хоть глаз выколи. Зелёный огонёк летел впереди, едва разгоняя мрак. Коридор петлял, уводил куда-то вглубь, а затем вверх по винтовой лестнице. Ступени были стёрты ногами неизвестных существ ещё до появления этой башни в Москве. Стены здесь не были украшены ничем, кроме сырости и редких, вмурованных в кладку костей. Никакого пафоса главного зала, только давящая, гулкая тишина.

«Что-то пошло не так, — понял Леонид, чувствуя, как между лопаток собирается липкий пот. — Если бы всё прошло гладко, лич встретил бы меня с фанфарами. Или вообще бы не встретил, сбросив склянку с опытом с крепостной стены».

Огонёк замер перед массивной дубовой дверью, окованной почерневшим серебром, и растворился в замочной скважине. Раздался тяжёлый щелчок. Дверь приоткрылась.

Леонид толкнул створку и вошёл.

Это были личные покои. Кабинет и лаборатория в одном флаконе. По стенам в глубоких нишах горели не факелы, а настоящие черепа, из глазниц и ртов которых вырывалось холодное зелёное пламя. Огня было мало, а вот теней с избытком. Полки ломились от пыльных фолиантов в переплётах, наверняка выполненных из человеческой кожи, и банок с заспиртованными уродцами.

В центре комнаты возвышалось массивное каменное кресло. Спинка его была вырезана в форме сплетённых позвоночников, а подлокотники украшали оскаленные черепа неизвестных тварей. На этом троне, сгорбившись, сидел Зултакар.

Могущественный лич, некромант 62-го уровня, повелитель мёртвых, выглядел сейчас как старик, у которого злые хулиганы отобрали пенсию и сожгли дачу. Он опирался костлявым локтем на подлокотник, подперев ладонью лоб. Вторая рука безвольно свисала. Посох валялся рядом, на шкуре какого-то демонического зверя, словно брошенная палка.

Леонид замер на пороге. Он никогда не видел нежить в таком состоянии. Это было похоже на скорбь. Или на глубочайшую депрессию.

— Кхм… — он кашлянул, чтобы обозначить своё присутствие.

Зултакар не шелохнулся. Лишь багровые огни в его глазницах чуть дрогнули, став на оттенок ярче.

— Ты снова опоздал, наёмник, — голос лича звучал глухо, словно из-под могильной плиты.

— Я прилетел, как только заметил сигнал, — осторожно ответил Леонид. — Что случилось, босс? Выглядишь… утомлённым.

Зултакар медленно поднял голову. В его взгляде плескалась такая вековая тоска пополам с яростью, что Леониду захотелось