Пункт назначения — Дикий мир - Таша Ким

Полина шла замыкающей. Под жилеткой, в маленьком мешочке на поясе, она чувствовала холодную тяжесть газового баллончика. Она никому об этом не сказала. Это была её тайна, её страховка. На всякий случай.

Дорога заняла полдня. Лес начал редеть, послышались звуки: далёкий стук, похожий на топор, запахло дымом и ещё чем-то неуловимым, говоря о жилье. Ая остановилась и приложила палец к губам.

Впереди была долина. Внизу, у подножия холма, несла прозрачный воды неширокая река (наверно она впадал потом в их озеро), а за ним раскинулась стоянка племени.

Полина и Наташа замерли на краю леса, глядя вниз с замиранием сердца. Их ждал новый мир.

Стоянка племени открылась им как на ладони. Это было не хаотичное скопление шалашей, а организованное поселение, расположенное полумесяцем вдоль ручья. Воздух был наполнен запахами дыма, жареного мяса и выделанных шкур.

Шалаши были построены по единому принципу: каркас из согнутых и связанных вверху жердей, покрытый шкурами и ветками. У входа в некоторые жилища висели занавеси из грубого плетения. В центре поселения горел большой общий костёр, вокруг которого кипела жизнь.

Люди племени выглядели именно так, как их представляла Наташа: крепкие, жилистые, с кожей, выдубленной солнцем и ветром. Женщины носили одежду из шкур, украшенную костяными бусами и перьями. Мужчины были вооружены: у кого дротик, у кого каменный топор или нож на поясе. Их взгляды, направленные на чужаков, были настороженными, но не враждебными. Любопытство пересиливало страх.

В центре, у самого большого шалаша, на большом пне перевёрнутом отполированными корнями вверх, как на троне сидел вождь

С первого взгляда было понятно, что он полностью соответствовал своему статусу. Это был мужчина неопределённого возраста — ему могло быть и сорок, и шестьдесят. Его седые волосы были заплетены в тугую косу, спускавшуюся до лопаток, а лицо избороздили глубокие шрамы — следы битв или охоты. Он был одет в накидку из шкуры пещерного медведя (или кого-то очень похожего), а на его шее висело ожерелье из клыков хищников. Его взгляд был тяжёлым, пронизывающим насквозь.

Ая вышла вперёд и что-то быстро проговорила на своём языке, указывая на Полину и Наташу. Вождь молча кивнул и сделал едва заметный жест рукой. К девушкам подошли две женщины и жестами показали, что нужно следовать за ними. Их повели к вождю.

Мужчина не встал им навстречу. Он просто смотрел. Молча. Оценивающе.

Полина сделала шаг вперёд. Её сердце колотилось где-то в горле, но голос прозвучал на удивление твёрдо.

— Мы пришли с миром, — сказала она на русском, понимая, что он её не поймёт, но интонация была важна. Затем она медленно протянула вперёд руки с раскрытыми ладонями и положила подарки на колени вождя.

Тот опустил взгляд на дары. Он не спешил их трогать. Сначала он взял мешочек. Понюхал его. Затем развязал шнурок и вытащил пальцами на ладонь несколько белых кристаллов соли. Он коснулся их языком. Его лицо осталось непроницаемым, но в глазах мелькнул интерес.

Затем он взял деревянный гребень. Провёл пальцем по гладким зубцам. Это было что-то новое, непонятное, но искусно сделанное.

Последним он взял браслет Наташи. Долго рассматривал серебро и фиолетовые круглые бусины аметиста в свете костра. Затем он перевёл взгляд на Наташу, потом на не загорелую полоску на её запястье, где раньше был браслет. Он понял суть подарка — это была не просто вещь, это была жертва.

Он снова что-то сказал Ае.

— Тан Та-Гар говорит: «Вы принесли дары охотника (соль), мастера (дерево) и сердца (камень)», — перевела Ая дрожащим от волнения голосом.

Вождь кивнул. Это было одобрение.

Напряжение спало. Женщины из племени начали подходить ближе, трогать ткань их «леопардовых» жилеток, удивлённо переговариваться.

Внезапно все нарушил детский крик.

Из-за крайнего шалаша выбежала женщина, прижимая к себе маленького мальчика лет трёх. Мальчик плакал навзрыд и держался за руку. Сквозь его пальцы сочилась кровь.

К ним тут же подскочил пожилой мужчина с многочисленными птичьими перьями в волосах— видимо, лекарь или шаман. Он грубо отстранил мать и попытался осмотреть рану. Мальчик закричал ещё громче и стал вырываться.

Полина среагировала мгновенно. Она вспомнила про аптечку в машине... но машины здесь не было. Зато у неё был опыт первой помощи из курсов вождения.

— Пропустите! — крикнула она по-русски и решительно шагнула вперёд.

Она мягко, но уверенно отстранила «лекаря», присела перед мальчиком на корточки и заговорила с ним спокойным, ласковым голосом:

— Тише, маленький. Не бойся. Дай я посмотрю.

Она говорила на русском, но тон сделал своё дело. Мальчик перестал вырываться и только всхлипывал, смотря на красивую незнакомую женщину с ласковыми голосом.

Полина осторожно взяла его руку. Рана была глубокой — видимо, упал на острый камень или сломанную ветку. Грязь уже попала внутрь.

— Нужна чистая вода! — скомандовала она.

Наташа уже была тут как тут с кожаным бурдюком. Полина промыла рану так тщательно, как могла. Племя замерло в гробовой тишине, наблюдая за странным ритуалом чужачки.

Затем Полина достала из кармана жилетки свой последний козырь, взятый без обсуждения — маленький тюбик с антисептической мазью из её походной косметички (она всегда брала её от мозолей). Она выдавила немного геля на палец и аккуратно обработала рану.

Мальчик дёрнулся и посмотрел на неё огромными глазами. Боль утихала.

Полина оторвала чистую полоску ткани от своей юбки-шорт и умело наложила повязку.

Когда она закончила и подняла голову, то увидела перед собой абсолютно ошарашенные лица всего племени. Даже вождь встал со своего места и подошёл ближе. Он посмотрел на забинтованную руку ребенка, потом на тюбик мази в руке Полины, потом ей в глаза.

Ая подбежала к ней и быстро затараторила:

— Полина! Ты... ты Шаа-мун! (целительница).

Вождь Та-Гар медленно склонил голову. Это был жест глубочайшего уважения. Он что-то громко сказал племени. Раздался одобрительный гул.

Девушки поняли, их приняли в племя не просто как гостей.

Их приняли как своих.

Глава 8

День, проведённый в племени, пролетел как один миг. После того как Полина продемонстрировала свои навыки «целительницы», отношение к ним изменилось кардинально. Из подозрительных чужаков они превратились в гостей, которых уважал сам вождь.

Та-Гар, чьё полное имя девушки наконец-то узнали, оказался не просто суровым воином, но и мудрым лидером. Он пригласил их к своему костру, угостил вяленым мясом и через Аю, которая теперь была их бессменным переводчиком, начал расспрашивать об их мире. Девушки, как могли,