Пункт назначения — Дикий мир - Таша Ким

Когда основная форма была готова, пришло время декора и обработки.

— Нужно выровнять стенки, — сказала Полина. Она взяла гладкий речной камень-голыш и начала аккуратно вращать его внутри своего горшка, прижимая к стенкам. Глина поддавалась, становясь идеально ровной.

Для украшения внешней поверхности они использовали всё, что было под рукой: палочку для нанесения узора, тонкую щепку для процарапывания линий, даже ракушку, чтобы придать поверхности шероховатый вид.

К обеду на просушке у костра стояло уже девять изделий: два горшка разной формы, три миски-тарелки и четыре пиалы. Они были ещё сырыми и хрупкими, но уже имели узнаваемую форму.

Пока глина сохла, девушки решили провести эксперимент с остатками материала. Полина вспомнила древнюю технику строительства.

— Глинобитные стены! — воскликнула она. — Это же гениально! Будет тепло зимой и прохладно летом.

Они набрали на берегу мелкого белого песка в пустую корзину из-под глины. Вернувшись к своему дому-корзине, они замесили в остатках глины песок. Получилась густая, вязкая масса, похожая на штукатурку.

Женщины племени, занимавшиеся своими делами неподалёку, с недоумением наблюдали за их действиями.

— Что они делают? — прошептала Лия Ае.

Ая только пожала плечами, её глаза были круглыми от любопытства.

Затем Полина попросила помочь собрать ей сухую траву, мелко порубить ее топориком и добавила в глиняное месиво.

Полина вооружилась топориком и аккуратно отколола от полена ровную, самую широкую щепку, зачерпнула ею глиняно-песчаную смесь и с силой шлепнула её на стену своего дома. Масса прилипла к плетёной основе неровным слоем.

— Теперь разравниваем! — скомандовала она Наташе.

Они начали размазывать «штукатурку» по стене руками и щепками, пытаясь создать ровный слой толщиной в палец. Грязь текла по рукам, капала на землю. Со стороны это выглядело как странный ритуал или коллективное помешательство.

Старый Хмер, который не пошел на охоту в силу возраста и остался в поселении, подошел к ним и замер в изумлении. Он смотрел то на испачканных по уши девушек, то на стену их дома, которая из плетёной превращалась в гладкую и монолитную.

— Это... защитит от ветра? — спросил он наконец у Аи.

Ая перевела вопрос.

— Да! — с энтузиазмом ответила Полина. — И от дождя! И от холода и снега! И... будет красиво!

Хмер почесал лохматый затылок, посмотрел на своих соплеменников, которые тоже начали подходить ближе, и вдруг улыбнулся:

— Делайте. Я принесу ещё песка.

Недоумение в глазах обречённых (как казалось девушкам) соплеменников сменилось живым интересом. Их странные идеи снова оказались не просто забавой, а чем-то полезным.

Глава 10

Следующие несколько дней превратились в гончарно-строительный марафон. Дом-корзина, который поначалу казался таким новаторским, теперь преображался на глазах. Стены, обмазанные глиняно-песчаной смесью, стали гладкими и прочными. Полина и Наташа работали с утра до вечера, их руки и лица были постоянно перепачканы, но результат того стоил.

— Смотри, — Полина провела ладонью по уже высохшей стене, — теперь никакой ветер не продует. И летом внутри будет прохладно.

Наташа, которая как раз замешивала новую порцию «штукатурки», устало кивнула:

— Мы с тобой как первобытные дизайнеры интерьера. Только вместо подсказок у нас — интуиция и память об уроках труда в школе, да студенческая практика.

Пока они заканчивали с домом, у костра сохла их первая керамическая коллекция. Горшки и миски затвердели, но всё ещё были хрупкими и пористыми. Вода впиталась бы в них мгновенно. Чтобы посуда стала прочной и могла держать воду, её нужно было обжечь.

— В учебнике истории писали про обжиг в костре, — вспоминала Наташа, собирая сухие ветки и хворост. — Но я думала, это сложнее.

Полина осмотрела яму, в которой они вымешивали глину. Она была достаточно глубокой и широкой.

— Мы сделаем проще. Уложим посуду на дно, чтобы огонь не касался её напрямую. Сверху немного засыпим землёй и накроем ветками, а потом забрлсаем всё это углями и дадим огню догореть медленно. Глина должна закалиться от жара, а не лопнуть от языков пламени.

Они аккуратно расставили свои изделия на дне ямы: горшки поставили вверх дном, миски и пиалы сложили также. Сверху бережно засыпали слоем земли и уложили слой веток потолще, а затем засыпали всё дровами и хворостом.

— Поджигай, — скомандовала Полина, отступая на шаг.

Костёр разгорелся быстро. Пламя жадно лизало дрова, поднимая снопы искр в вечернее небо. Девушки подбрасывали топливо, поддерживая сильный жар, пока ветки наверху не прогорели и не обрушились вниз, укрыв керамику пылающим куполом. Затем они засыпали яму землёй и углями, оставив лишь несколько отверстий для тяги.

Всю ночь они не спали, прислушиваясь к тому, как потрескивает земля, остывая. Утро выдалось туманным и холодным. Когда они наконец раскопали яму, их ждал успех. Глина из красно-бурой превратилась в твёрдую, звонкую керамику светло-терракотового цвета.

Они выставили готовую посуду у своего дома на большом куске коры. Женщины племени, вернувшиеся от реки, где занимались выделкой шкур, заметили их издалека. Любопытство взяло верх, и они подошли ближе.

— Смотрите, — сказала Полина, ставя на землю самый красивый горшок с высоким горлом. — Это не сломается.

Она взяла небольшой камушек и с силой ударила им по краю горшка. Раздался глухой стук. Горшок остался цел. По толпе женщин пронёсся удивлённый шёпот.

Лия осторожно взяла в руки миску-тарелку Наташи. Она провела пальцем по гладкой поверхности, заглянула внутрь.

— *Хо-ро-шо*, — прошептала она по слогам русское слово, которое выучила раньше всех.

А потом произошло то, чего девушки не ожидали. Женщины племени начали *щёлкать языками*. Это был тот самый звук, который они слышали при первой встрече с Аей — звук высшего одобрения и восхищения. Звук был громким, ритмичным и искренним.

— Кажется, мы официально приняты в клуб мастеров, — шепнула Наташа Полине, улыбаясь до ушей.

* * *

Прошла ещё несколько дней. Напряжение в племени нарастало с каждым днём. Мужчины ушли на большую охоту за свежим мясом и их отсутствие ощущалось во всём: в тишине у костра, в том, как женщины чаще всматривались в лесную чащу.

Полина и Наташа старались занять себя работой: лепили новую посуду, учили детей плести простые корзины из тонких веток. Но их мысли постоянно возвращались к охотникам.

— Надеюсь, они вернутся все, — тихо сказала Наташа вечером, глядя на звёзды из дверного проёма их нового дома. — Я начинаю понимать, почему Ая так грустила тогда...