Бессмертный - Владимир Геннадьевич Поселягин

пси-силой, нарезов соломкой ею же. Четыре часа мне тут мёрзнуть до смены. Дважды сготовить успею, сделав запас. А так я был один, автомат прислонил к стенке, пулемёт стволом в поле глядел, рация чуть попискивала в углу, это чтобы своих вызвать, а так порядок.

Пожарить я действительно успел, и когда бандиты добрались до моей позиции, в зоне прицельного огня из пулемёта, я убрал сковороду и горелку, снял с рации наушники и стал вызывать радиста, позывной мне сообщили, как и мой на «скале». К слову, я вполне способен делать два дела разом. Работать с пси-силой и вот так готовить. Поэтому пока готовилась картошка, и не испортил, были поджаринки, ел их с лепёшкой, запивая молоком, а то не ужинал, заодно продолжал сборку боевого дроида. Сделал ему ходовые опоры, тот на жука стал похож, и часть вооружения. Вообще этот дроид должен был быть универсалом. Плазменное оружие не поставишь, оно имеет характерный след попаданий, не хотелось бы оставлять такие следы. Крупнокалиберные игольники – уже лучше, поди пойми от какого оружия эти снаряды. Так что я успел сделать два мощных игольника и короба для игл к ним, но пока пустые. Потом сделаю на спине турель с плазменной пушкой, это зенитка, можно и по наземным целям работать, на крайний случай, и будет «Подавитель». Дальность не дальше километра. Хотя довольно мощная машинка, этого достаточно. Потом доделаю. А дроида пока тоже убрал. Вот так надел наушники и стал вызывать дежурного в городе по охране подходов. Напомню, что мой пост включён в общую систему охраны.

– Буря-Шесть. Ответьте Дятлу. Приём.

Думаю, на посту радиостанции засуетились. А что, постовые каждые полчаса выходили на связь с дежурным радистом, я тоже так делал, если кто молчал, пытались вызвать и отправляли усиленную группу, мало ли пост вырезали. Говорили у соседей такое было. Я тоже дежурные запросы отправлял, ненапряжно, а сейчас до вызова по графику ещё десять минут. Раньше вышел, значит, уже что-то случилось. Поэтому я не удивился что вместо уже знакомого певучего голоса радиста, послышался другой, с командными нотками в голосе, явно дежурного офицера:

– Дятел, я Буря-Шесть. Подтвердите статус. Приём.

– Я Дятел. Статус шесть-ноль-семь. Приём, – сообщил я, подтверждая, что говорят настоящие постовые, а не подставные, хорошо код запомнил, что разводящий сообщил.

– Дятел. Доклад. Приём.

– Наблюдаю две машины, небольшие открытые грузовички вроде наших грузовых «уазов», движутся по дороге в сторону города с выключенными фарами. Остановились от меня в километре, вышло восемь вооружённых местных мужчин, соблюдая светомаскировку копаются на дороге. Ещё сколько-то в машинах. Похоже противник. Они находятся в зоне прямого накрытия из штатного вооружения поста. Прошу разрешения накрыть противника. Приём… О, Буря-Шесть, сообщаю, что со второго грузовика сняли миномёт, по калибру вроде батальонный, устанавливают на дороге. До города должен дотянутся.

– Принято. Дятел, приказываю уничтожить противника. Приём.

– Есть.

Не снимая наушников, я встал к пулемёту, длины провода хватало, и взвёл затвор, тут тросиком, после чего прицелившись через штатный оптический прицел, и прищурившись, а это чтобы пламя от выстрелов не слепило, дал первую прицельную очередь. Она свалила четверых моджахедов, а это они, буквально раскидала на органы и конечности в разные стороны. Сильное оружие. Потом дал по две коротких очереди по кабинам машин, дальний грузовик неожиданно вспыхнул, разгораясь. Дрон показывал где залегли остальные, всего их было одиннадцать, и я такими короткими очередями на два-три патрона довольно точно гасил их. Даже ленту не расстрелял, да что это, половины ленты осталось. Когда я вышел на связь с дежурным радистом, то доложился:

– Буря-шесть. Вызывает Дятел. Приём.

– Дятел, Буря-шесть на связи. Доклад. Приём.

– Буря-шесть. Обе единицы техники поражены. Одна горит. Поражено одиннадцать солдат противника. Живых не наблюдаю. Вижу бронетехнику, что выходит из города. Прошу сообщить старшему офицеру бронегруппы, что горит машина, откуда сняли миномёт. Может быть детонация мин. Приём.

– Принято. Дятел, наблюдайте за окрестностями. Приём.

– Есть, наблюдать за окрестностями.

Дрон всё показывал, так что суета в городе, там всех по боевой тревоге подняли, да и на территории нашего лагеря, меня не удивляли. Оказалось, ротный был тут же, спал у себя в землянке, так что тот первым прибежал на пост с усиленным отдалением бойцов.

– Товарищ старший лейтенант, по приказу штаба обороны города накрыл группу афганских моджахедов. Уничтожено одиннадцать, плюс две единицы автотранспорта.

– Откуда знаешь, что моджахеды? – с хмурым видом спросил тот, подходя к брустверу и в бинокль изучая место пожара, туда как раз бронетехника подъехала, шесть единиц. Бойцы отделения занимали оборону вокруг.

– Так видел. Я за ними уже полчаса наблюдаю. Тут дальность прямой видимости дороги километров на шесть. Две машины едут без фар, подозрительно, я потому с них глаз и не спускал, а когда те остановились и машины покинули вооружённые люди в местных одеждах, и начали копать на дороге, да ещё миномёт достали, так я вызвал дежурного и тот приказал их накрыть, что и было сделано.

– Хорошо в темноте видишь? – не отрываясь от бинокля, уточнил ротный.

– Да, неплохо.

– Почему не сообщил?

– Так не спрашивали, товарищ старший лейтенант.

– Ох заберут тебя от нас… Вот что, будешь теперь дежурить в ночные смены, я распоряжусь… Хм, Такташ… а это не ты сегодня из госпиталя вернулся?

– Так точно, я… Товарищ старший лейтенант, визуально наблюдаю ещё одного моджахеда. Метрах в шестистах от первой обстрелянной группы. Из низины появился. Ранее я его не видел. В руках старая винтовка. Наблюдает за нашими у дороги. Пока просто наблюдает.

Стоит отметить, что этого стрелка, я наблюдал давненько, от визоров дрона не спрячешься. Однако тот был в низине, и я действительно наблюдать его не мог, ну а когда тот появился на виду, это для меня, то сразу «рассмотрел» его и сообщил ротному.

– Точно старая винтовка? Оптики нет? – уточнил тот.

Я был в курсе, что из глубины поля по городу и даже нашему платочному лагерю, иногда по ночам открывали огонь, да не прицельный. Одиночный стрелок. Бытовало мнение, что это снайпер, поэтому ротный сразу опознав стрелка, уточнял по винтовке.

– Нет, старьё какое-то.

Дальше ротный через рацию на посту связался с дежурным по обороне, описал ситуацию и тот передал позывной старшего бронегруппы. Выйдя с ним на связь, дал целеуказание на одиночного стрелка, и в ту сторону вскоре двинуло две бронемашины,