Майор под шубой, или Тайна «Волшебного ларца» - Надежда Цыбанова

– Ногу начальника надо знать, – фыркнула я.

– Думаешь, мне часто сапог в морду прилетает? – майор наградил меня нечитаемым взглядом. Дергающаяся щека аккуратно намекала, что с вопросами и претензиями пока стоит повременить. – Кофе в доме есть?

– В этом доме сто квартир. У кого‑то кофе точно есть, – привычно пробубнила я и тут же спохватилась: – Тебе крепкий?

– Как сама бездна, – Эйнар послушно поплелся за мной на кухню. – И пустырника туда накапай.

– Тут либо одно, либо другое, – я включила кофемашину. – Какой смысл сажать сердце, если одновременно от нервов что‑то принимать? Да и нет у меня в доме успокоительного.

– Совсем? – удивился майор.

– Да вот как‑то раньше надобности не было, – развела я руками. – Не каждый день меня муж убить пытался. Крестный сказал, что ты сегодня отдых взял из‑за переутомления.

– Еще бы, – Эйнар отодвинул стул, перевернул его спинкой вперед и оседлал. – Знаешь, когда меня из зеркала позвал голос, я чуть его не разбил кулаком от неожиданности.

– Зеркало старинное? – я заинтересованно прищурилась. Значит, все‑таки дух не был галлюцинацией. Это же не простуда, чтобы у обоих одновременно одно и то же видение было.

– Бабкино наследство, – майор жадно втянул в себя аромат свежезаваренного кофе. – Я порошковые замены не признаю. Считаю, что в жизни и так немного радостей, чтобы лишать себя отличного вкуса. – Она что‑то о Франции говорила. Мол, ее мать в подарок на свадьбу от родни мужа получила. Типа по наследству передали. Я его выбросить сначала хотел, потом жалко стало. Нафига мне трельяж? Я не настолько восхищаюсь своим лицом, чтобы с разных ракурсов на него любоваться.

Я нырнула в холодильник. Конечно, есть у меня и конфетки с печеньками, и тем не менее такого мужчину, как Эйнар, надо кормить чем‑то солидным. Мясную нарезку майор встретил горящим взглядом.

– Франция? – уточнила я. – А давай куплю у тебя трельяж. Только мне сначала надо осмотреть его.

Маленькая чашечка эспрессо Эйнара развеселила. Он манерно, двумя пальцами взял за ручку, при этом оттопырив мизинец.

– Всегда хотел так сделать, – пояснил он с довольной улыбкой. – Мы же на работе из литровых кружек пьем, иначе кофеин не усваивается, а тут же выходит из организма. А что касается зеркала… Нет, не продам. Меня совесть и дух бабушки замучает. Я же обещал, что жене подарю на свадьбу. Традиция такая. Стой-ка! У меня появилась идея.

– Не-не-не, – я резче, чем нужно, опустила на стол корзинку с хлебом. – Вот ради зеркала я еще замуж не выходила. Тем более я от первого мужа не успела избавиться.

Майор церемониться не стал и быстро сполоснул руки в раковине прямо на кухне, чтобы вернуться за стол, развернув стул как положено, и начать уничтожать предложенное угощение. За минуты три тарелка с нарезкой опустела.

– Спасибо, – вежливо поблагодарил Эйнар, но сразу проказливо улыбнулся: – С точки зрения уголовки твоя фраза звучит очень провокационно. Может, у вас это семейное развлечение по выходным – пытаться убить друг друга? Нацедишь мне еще из своей шайтан‑машины кофейку? А то складывается впечатление, что я у нее последнее отбираю. По капле выцеживает.

Майор откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. Его ленивый взгляд, скользивший по обстановке кухни, выражал сытое удовлетворение. Всегда знала, что голодный мужчина – злой мужчина. Хотя на Дениса это не распространялось. Он и ел-то, как птичка. Клевал больше. А если мы выбирались в ресторан, заказывал горстку каких‑нибудь деликатесов. Да и дома предпочитал слишком правильное питание. В общем, перекусить бутербродами – неприемлемый для столь важной персоны вариант. И как он будет на тюремной баланде? Когда его посадят, обязательно пришлю ему посылку с одной упаковкой дешевого чая. Вот какая я добрая.

– А теперь, – вкрадчивым тоном проговорил Эйнар, – мне бы хотелось узнать, в честь чего в моих волосах появились седые пряди? Почему голос из зеркала сказал мне идти к тебе?

– Точно ко мне? – рискнула уточнить я. Мало ли какие духи по зеркалам гуляют. – Тебе и адрес мой назвали?

– Сам пробил, – взгляд майора потяжелел. Вот опять в воздухе запахло морозом. – Мне сказали найти ведающую, Велесом отмеченную, доброй славой отца покрытую. Шарада была несложной. Велесова Ведана Доброславовна. Тьфу ты. Твое имя, фамилию и отчество можно для улучшения дикции использовать. Знаешь, сколько таких в России‑матушке проживает? Уникальная ты наша.

Я для храбрости залпом выпила кофе. Далеко не каждый день приходится рассказывать о встрече с Одином. И все бы ничего, если бы я в процессе глупо не похихикивала.

На удивление, майор Волков слушал меня внимательно, не перебивая. На всякий случай следила за его руками. Вдруг он достанет телефон и позвонит врачам, которые отбирают у психов яркую цветную жизнь, делая ее обычной и скучной.

– Хм, – протянул Эйнар, когда на кухне повисла нездоровая тишина, – получается, дед мне не байки рассказывал, а правду? Говорил, что мы искателей должны защищать. Типа духи над нами власти не имеют.

– Вот как-то так, – я виновато поковыряла пальчиком пятно на столешнице. – Теперь надо умудриться попасть на рынок…

– Погоди, – майор резко перебил меня. – Прости, но я не верю. Да, дед байки травить любил. Но волшебства не существует. Духов и подавно. Один – вообще мифический персонаж.

Я вот тоже в этом была уверена, пока зеркало в ванной не заговорило. Кстати, идея-то недурна.

– Пошли со мной, – я встала с решительностью Наполеона – и тут же поняла, что это была ошибка, как поход на Москву.

Потому что Эйнар тоже встал, и кухонька на пятнадцать квадратных метров оказалась какой-то слишком тесной. Этот мужчина умудрялся заполнять собой буквально все пространство. А в ванной комнате, выполненной в розовых тонах, вообще развернуться было негде. Причем с Денисом такой проблемы не возникало. Так, хватит мне сравнивать майора с бывшим мужем. Это даже как-то оскорбительно для Эйнара.

По зеркалу я постучала, затаив дыхание. Если сейчас дух не появится – мне точно хана.

– Чего зовешь? – раздался ворчливый голос. – Я только прилегла после встречи с подругами. Читали некрологи и радовались, что скоро со знакомыми чаи распивать будем.

– Простите, – я неуверенно переступила с ноги на ногу