Квинтет Пряди - Алексей Стопичев

Я ушёл в казарму, зная, что меня никто не тронет до самого вечера. Уже когда проходил мимо ворот, ко мне скользнул опять один из эльфов. Тот, которого звали Куэланом. Он подошёл и спросил тихо:

— Если вы появились здесь, нам готовиться?

Я остановился перед ним на мгновение, подумал немного и сказал, тоже тихо:

— Готовыми нужно быть всегда. Но если ты знаешь, кто я, должен понимать, что мне тоже не всё и не всегда рассказывают.

— Я услышал тебя, сэр Ино Пинатум, — поклонился эльф и пошёл к своим, сделав в воздухе рукой знак второму эльфу.

Эта весенняя ночь была чудо как хороша. На небе ни единого облачка. А звёзды яркие, крупные, будто протяни руку и коснёшься их. Я слышал как-то, что Прядь переламывает, гнёт воздух вблизи себя, оттого появляется такой визуальный эффект. Впрочем, в южных королевствах я видел яркие звёзды и безо всякой Пряди. А здешние широты не так далеко от тех королевств. Так что, это могло и не быть связанным с Прядью и её тварями.

Со мной в дозоре стоял Валдис, и парень давно уже клевал носом, но в отличие от Михея, не садился, а наоборот вставал и либо расхаживал, либо опирался на копьё и пялился в темноту. Я одобрительно посматривал на недавнего франта, а теперь неплохого уже приграничника. Если выживет, то будет из него толк. И всех этих учителей фехтования быстро забудет, поняв однажды, что нужно бить не эффектно, а эффективно.

— Ино! — голос Валдиса был странно звенящим и даже испуганным.

— Да? — я сам уже понял, что напугало парня, почувствовал приближение тварей, и внутри завибрировало всё от осознания скорой схватки.

— Мне кажется, я вижу какое-то шевеление вдали! Может, глаза устали?

— Не устали, Валдис! Поднимай тревогу! Форпост в оружие!

Молодой приграничник кинулся к колоколу, и над Квинком раздался тревожный звон набата: бом, бом, бом…

Встрепенулись другие дозорные, заорав со стен:

— Бдим!

Это означало, что теперь они ещё пристальнее будут всматриваться в ночь. А наша стена зажжёт масляные факелы в трёхстах шагах от стен, чтобы враг не смог пройти незамеченным в темноте. Обойти слева и справа ни тварям, ни разумным не получится с ходу. Между форпостами, расположенными параллельно границе с Прядью, настоящие засеки, волчьи ямы, ловушки и рвы с валами. Чтобы это преодолеть — нужно сильно постараться. А магические маяки предупредят форпосты, что кто-то штурмует заграждения. Именно потому искатели проходят в Прядь исключительно через крепости, и никак иначе. Именно потому форпосты вдоль границы прозвали Чертой.

В крепости раздался шум: приграничники выскакивали из казарм с оружием и сразу бежали к своим местам, определённым распорядком по боевой тревоге. Мы так часто и упорно тренировались, что каждый с закрытыми глазами мог определить то место, которое ему полагается. Часть — у стреломётов и катапульт. Часть — у бочек с горючей земляной смолой. Часть, вооружённая пиками и баграми — на стене. Вот и сейчас расчёты катапульт становились возле орудий, накладывая в чаши горшки с земляным огнём. По команде они подожгут горшки, и катапульты, распрямляясь, кинут огонь во врага. А потом туда полетят камни, и тяжёлые стрелы, пробивающие самое огромное и бронированное чудище. Тем более, такие сейчас к нам и приближались — сразу два десятка лацертов.

Как-то я слышал, что лацерты жили раньше не только в Пряди, но и в обычном мире, и тогда они безраздельно властвовали над планетой. Оно и неудивительно: представьте чудовище размером с трёх слонов, чешуйчатое, с мощными задними лапами и огромным шипастым хвостом, которым лацерта запросто снесёт обычный сельский домик с одного удара. А ещё есть передние лапы, поменьше, но тоже мощные, с когтями. И вытянутая пасть, полная огромных, острых клыков. Лацерта с лёгкостью перекусывала лошадь и тут же пожирала расчленённую тушу, заглатывая всего коня в два приёма. Человека она глотала за раз. Но потом что-то случилось в нашем мире, и лацерты вымерли здесь, оставшись только в Пряди. Правда, за правдоподобность подобной версии ручаться не буду, так как самих лацерт видел исключительно выползающими из Пряди. Да и то давным-давно…

Пока я размышлял и вглядывался в темноту, к нам на стену взбежал капитан и спросил громко:

— Ино, что там?..

Часть 1

Главы 7–8

Глава 7. Битва за форпост

Горящие стрелы прочертили ночь, и вспыхнули факелы, а также несколько узких корыт с земляной смолой. И приграничники в ужасе выдохнули. На форпост, медленно покачиваясь, шагали гигантские лацерты. Капитан Лам, который мне не совсем поверил, схватился за крестик и заорал срывающимся голосом:

— Стреломёты к бою! Катапульты — товсь!

Приграничники принялись крутить ручки и рычаги, натягивающие гигантскую тетиву. Другие, как на учениях, вставляли в ложе здоровенные стрелы, третьи наводили стреломёты на идущих к Квинку тварей.

— Пли! — истошно заорал офицер, и пять стреломётов, бумкнув тетивой, выпустили стрелы, размерами превосходящие рыцарские копья. Четыре из них попали в цель, потому как промахнуться мимо гигантский исчадий было достаточно сложно. Лишь пятая, из-за замешкавшегося наводчика, ударила в землю, шагов за пятьдесят перед лацертами. Впрочем, и этих четырёх попаданий хватило. Четыре исполина, пробитые стрелами, упали на землю, оглашая ночь истошным рёвом. А пока приграничники вновь натягивали тетивы, другие уже закончили взвод катапульт. Капитан ждал, так как расстояние, на которые последние метали камни и горшки с земляной смолой, было чётко выверено, и там стояли специальные флажки. И когда чудовища поравнялись с этой чертой, капитан заорал:

— Катапульты, пли!

Пять орудий выплюнули по десятку огромных горшков с земляной смолой, и те, вращаясь, полетели вперёд. Горшки крутились в воздухе, искрясь подожжёнными фитилями. И когда упали, накрыв огромную территорию, вспыхнули расплескавшимся смоляным огнём. В итоге ещё десяток тварей занялись пламенем, присоединив свой яростный, полный боли рык к рыку раненых стрелами. Оставшиеся лацерты, не попавшие под стрелы и огонь затоптались на месте, опасаясь идти вперёд — через пламя и беснующихся сородичей. Но и уходить не спешили. И Баблер, нарисовавшийся возле меня, проговорил угрюмо:

— Их кто-то ведёт!

Я покосился на Линга, озвучившего очевидную вещь, но кивнул ему, показывая, что соглашаюсь. В такие моменты проявлять сарказм — не самая лучшая идея. Шутить можно потом, за кубком вина,