Сказание о второстепенном злодее 3 - SWFan

мимолётное движение, чтобы отрубить мне голову. Моё сердце заколотилось с бешеной силой, когда я заметил, что его рука незаметно опустилась на потёртую рукоять его сабли. И тут…

— Только попробуй, — раздался спокойный женский голос.

Все собравшиеся посмотрели на Елену. Её пальцы лежали на рукояти длинного меча.

Ястребиный глаз Конде вспыхнул, точно кристалл. Затем на его губах показалась примирительная улыбка.

— Прошу прощения, — сказал он, самую малость наклонив голову.

Я отвернулся. По моей спине всё ещё стекали крупные капли пота.

За последние два месяца я стал намного сильнее. Примерно как главный герой и его друзья к середине второй части Сказания о Храбрых Душах. В то же время сражаться с Высшими воинами они могли только под самый конец второй игры и только вместе. У меня не было ни малейшего шанса не то что победить — даже просто ранить Конде.

Я перевёл взгляд на Эльвиру. Девушка с непоколебимым выражением лица продолжала смотреть в окно. Кажется, теперь я понимаю, почему в игре она мне совершенно не запомнилась: она намеренно старалась держаться в стороне.

После этого Ник разложил на столе карту города и стал рассказывать, как именно пройдёт парад. Конде внимательно слушал. Его единственный глаз следовал за пальцем Ника вдоль главной улицы Лапланда, по которой должен был проследовать кортеж принца. Время от времени командор отмечал, где именно следует укрепить оборону, какие здания нужно эвакуировать и какие меры безопасности принять.

Наша роль заключалась в том, чтобы сопровождать принца.

Вернее, в этом заключалась роль Алекса и остальных. Эльвира попытается его убить, а я… Честно говоря, я и сам не знал, что именно собираюсь делать.

Первая попытка убийства провалится. А значит, в теории, даже если я ничего не буду делать, всё закончится благополучно. В теории. Если Адель не успеет вернуться к началу парада, мне придётся взять на себя её роль — как во время сопровождения принца, так и в процессе последующего расследования. Для этого нужно будет немного адаптировать её реплики под мой «злодейский» образ, но в целом это не должно быть слишком сложно.

Проблема в том, что будет дальше.

В итоге Эльвира всё равно убьёт принца — через пару недель, в имперской столице. Сама она тоже погибнет во время покушения — к величайшему удовольствию нашего отца, которому не нужны лишние «элементы». Спасти её было бы несложно. Спасти принца — тоже.

Но правильно ли это?

Я не знаю.

Правильно ли возвращаться в прошлое и, например, убивать Гитлера? Первая мысль: да, конечно. Но что, если потом, вернувшись в своё время, ты обнаружишь, что все теперь «пьют баварское», потому что на его место пришёл ещё более опасный человек? Более компетентный? Все мы помним, чем закончилась авантюра Эйнштейна в «Ред Алерт».

И в «Ред Алерт 2».

Гражданская война будет страшной, кровавой и губительной для Гальварии. Но вместе с тем она позволит стране переродиться Именно тогда угнетённые крестьяне и крепостные сбросят цепи, висевшие на них много веков.

Канцлер Перигон планировал, что освобождение крестьян после воцарения младшего принца Рошеля займёт по меньшей мере десять лет. Война позволит этому случиться всего за один год. Многие погибнут. Но многие из тех, кто при иных обстоятельствах прожил бы и умер в безволии, наоборот, обретут свободу.

Настоящую свободу, которую они вырвут своими руками, а не примут как подачку. Стоит оно того? Я не знаю. Я не политик. Не философ. Однако я уже не раз испытывал на себе «эффект бабочки».

Для сюжета Сказания о Храбрых Душах гражданская война в Империи имела колоссальное значение. Она должна была случиться. Чтобы герои стали сильнее. Чтобы шестерёнки судьбы совершили ещё один оборот. Чтобы снять вековое проклятие, которое при иных обстоятельствах могло погубить Империю, а вместе с ней — весь мир.

Что же мне делать? Мне, единственному человеку, который действительно способен всё изменить? Два месяца я ломал над этим голову: записывал свои мысли, чтобы привести их в порядок, стирал, писал заново — и всё равно не смог найти решение.

Теперь потенциальные жертвы моего выбора стояли прямо у меня перед глазами.

Снова и снова на протяжении брифинга мой взгляд возвращался к Эльвире.

Крейсер принца прибудет через три дня. За это время Конде собирался подготовить площадку для парада и осмотреть каждый миллиметр дороги, по которой проследует кортеж. Героям — Алексу и остальным, включая меня, — поручалось ему помочь. Для этого Ник выдал нам особое разрешение, позволяющее временно покинуть территорию Академии и впервые отправиться в город.

Для героев это были три дня побочных заданий: поиска сбежавших котят и так далее.

Чем в эти дни буду заниматься я — без понятия. Нужно будет проверить дневник.

Чтобы больше ничего не забыть — как это было, например, с Майей, — я решил записывать свои игровые знания. Так за последние два месяца у меня появилась небольшая книжка, в которой я изложил сюжет первой, второй и третьей частей Сказания о Храбрых Душах. Теперь я регулярно сверялся с ней, планируя свои дальнейшие действия и стараясь прикинуть, как именно может проявить себя «эффект бабочки».

— Мне нужно быть на заседании студенческого совета, — заявил я, когда мы вышли из комнаты, оставив Ника, Конде и Елену (которая в процессе задремала) обсуждать «менее значимые детали».

Не успел я дойти до поворота, как за спиной раздался голос:

— Стой.

Я удивился и повернулся. Меньше всего я ожидал, что меня позовёт именно он.

— Нужно поговорить, — заявил Алекс, разглядывая меня хмурыми красными глазами.

Глава 8

Перекрестный допрос

— Нужно поговорить, — повторил Алекс.

Антон остановился и обернулся. В его фиолетовых глазах мелькнул привычный пренебрежительный блеск.

— Мне не о чем говорить с плебеем.

— Что произошло тогда с Адель? Она вернётся? — спросил Алекс без обиняков.

— Откуда мне знать? У неё и спроси.

— Ты был рядом с ней.

— Где я был и что делал — не твоё дело, — отмахнулся Антон.

Саша понимала: едва ли Антон станет рассказывать, что на самом деле произошло в логове террористов. В то же время она была не до конца уверена, что ему действительно безразлична судьба Адель.

Ещё когда Саша впервые увидела, что он сотворил с Факультетом Синей Розы, у неё — после первичного потрясения — зародилось смутное подозрение. Что, если Антон сделал это не ради собственного тщеславия (ведь она