Сказание о второстепенном злодее 3 - SWFan

О чём был тот разговор, Эльвира не помнила. Возможно, Антон и вовсе не произнёс ни слова, прежде чем выплеснул на неё горячий чай, схватился за трость и стал бить её — и бил, пока она не потеряла — как оказалось, на всю жизнь — слух на правое ухо.

Зачем он это сделал? Сперва она не понимала. В её воспоминаниях сохранились только обрывочные крики о том, что он не потерпит «примеси», что у него только одна настоящая мать и что он «объявит голодовку», если этих тварей, которые посмели называть себя его сестрой и мамой, немедленно не вышвырнут из дому.

Вышвырнули — но только её. Отправили в другое поместье, а затем и в закрытую школу, в которой она провела своё детство. Между делом её мать скончалась, но это уже совершенно другая история.

— Открыто! — раздался незнакомый голос. Впрочем, ничего удивительного: она не слышала его уже много лет.

Эльвира открыла дверь и вошла в просторную, но уютную и светлую комнату. В кресле у окна сидел юноша с длинными фиалковыми волосами, ниспадавшими на бледное лицо. Перед ним стоял небольшой столик, а на нём — две чашки чая.

Эльвира тяжело вздохнула и покачала головой. Он совсем не изменился. Очевидно, решил напомнить ей о тех событиях. Позлить. Напугать.

«Какое ребячество», — устало подумала Эльвира. Неудивительно, что отец даже не посвятил его в свои планы.

Смешно, что в детстве она действительно боялась этого человека. Он приходил к ней в кошмарах. Но это было давно. Очень давно.

Войдя в комнату, она сделала формальный реверанс:

— Приветствую, господин Савин.

…

— Приветствую, господин Савин, — раздался негромкий, ровный голос, и в мою комнату вошла девушка — в точности такая, как на портрете, который я заблаговременно спрятал.

Длинная белая шея, серые волосы, завязанные в высокий конский хвостик, и несколько волнистых локонов, ниспадающих по сторонам светлого личика. Невысокая, но изящная. Сам не знаю почему, но её образ показался мне чем-то средним между серым утёнком и белым лебедем. Серым утёнком в хорошем смысле. Она была одновременно милой и красивой.

'+1 балл!

Текущие баллы: 19,9'

А? А это ещё почему?

Не успел я прийти в себя и ответить на приветствие, как Эльвира прошла в комнату, внимательно осматриваясь. Взгляд её был немного отсутсвующим и «пустым».

— Садись, — велел я напыщенным голосом, указывая на кресло напротив себя.

Девушка посмотрела на него, затем на чай и медленно села.

— Ты, я так полагаю, намереваешься присутствовать на параде вместе со своим женихом? — начал я.

Нужно было понять, знал ли изначальный Антон о плане убийства. Спрашивать напрямую было опасно, поэтому начнём издалека.

— Да.

— Свадьба будет… напомни, когда?

— Через два года.

— Это будет твоя первая встреча с принцем?

— Верно, — кивнула Эльвира.

— Первая и… — протянул я с мрачной улыбкой.

Девушка вопросительно наклонила голову.

Я прокашлялся.

— … первая. И потому ты обязана произвести на него хорошее впечатление.

— Я сделаю всё, что в моих силах, ради процветания вашей семьи, — прикрыв глаза, произнесла Эльвира.

— Нашей семьи.

Эльвира нахмурилась. Ошибка! Я немедленно поправил себя:

— На публике ты должна говорить «наша семья». Привыкай.

— Как скажете, — покорно согласилась девушка.

И снова повисла неловкая тишина. Эльвира смотрела на чашку чая перед собой. Я поглядывал в окно, барабаня пальцами по колену.

— Так ты будешь пить…

— Благодарю, что приняли меня, однако у меня есть неотложные дела. Поручение вашего отца, господин Савин, — вдруг сказала девушка, поднимаясь на ноги.

Я растерялся. Она уже стояла на пороге, когда я выпалил первое, что пришло в голову:

— Необязательно называть меня господином Савиным. Можно просто… эм… достопочтенный брат. Так будет естественнее.

— Как скажете, господин Савин, — бестрастным голосом согласилась Эльвира и захлопнула за собой дверь.

Бах!

Я вздохнул.

Видимо, Антон ничего не знал о готовящемся убийстве. Возможно, ему не доверяли. Или отец слишком ценил его, в отличие от неродной дочери, которая представляла собой расходный материал. В любом случае отношения в этой семье трудно было назвать слишком здоровыми. Я посмотрел на чашку чая, к которой моя сестра даже не притронулась, и пригубил собственную.

Чай оказался терпким и совершенно не сладким.

…

…

…

Уже завтра должно было состояться первое капитальное заседание студенческого совета, на котором старосты наверняка спросят меня насчёт бюджета и моих летних законопроектов. Возможно, тогда же мне попробуют объявить импичмент, потому что я зашёл слишком далеко, — но это завтра, а до этого предстояла другая, намного более важная встреча.

Ровно в полдень я впервые за два месяца поднялся на третий этаж главного корпуса и вошёл в небольшой пыльный кабинет. Все знакомые лица уже сидели на своих местах: Саша, Алекс, Альфирия, Зигфрид… Не хватало только Адель. Судя по докладам, которые присылал мне Седрик, девушка до сих пор пребывала в глубокой депрессии после недавних событий.

Я надеялся, что рано или поздно это пройдёт. Очень надеялся. Но начало учебного года нам всё же предстояло встретить в неполном составе.

Стоило мне войти в кабинет, как на меня устремились внимательные взгляды. Только Зигфрид продолжал смотреть в окно, разглядывая птиц.

— Д-добрый день, — первой, давя улыбку, заговорила Альфирия.

— Не самый добрый. С этого дня мне снова придётся находиться в компании плебеев.

— Да, это, эм… очень печально, — неловко согласилась девушка.

Я закатил глаза и сел за свою парту. Между делом заметил, что Алекс недовольно отвернулся, тогда как Саша продолжала украдкой бросать на меня взгляды. Спросить её, чего она хочет? Или не стоит?

Кстати, она сменила причёску. Её волосы по-прежнему были подстрижены под каре, но теперь их кончики слегка завивались. Миленько.

Мои размышления прервали шаги за дверью. Она открылась, в кабинет вошёл Ник, а следом за ним — Елена.

— Добрый день. Начнём с… — начал было Ник, но Алекс сразу перебил его:

— Что с Адель? Она в порядке? — спросил он тревожным голосом.

Ник поправил очки.

— Адель де ла Крус пока ещё не вернулась в Академию, однако документы свои она не забирала. Сегодня она будет числиться как отсутствующая. В ближайшее время мы свяжемся с ней и узнаем, собирается ли она продолжать обучение.

— Она вернётся, — заметила Елена.

Ник покосился на неё и молча кивнул.

— Может быть. Если нет, мы