Сказание о второстепенном злодее 3 - SWFan

class="p1">На столах и стульях, прямо на шахматных досках и между книжными полками — повсюду вальяжно покачивлись кошки. Стоило им услышать скрип колёс, как вся орава тут же разразилась оглушительным мяуканьем и бросилась к тележке.

— Пшли прочь! Прочь, кому говорят! — закричала служанка, отбиваясь от них каблучком и рассыпая прямо на пол кошачий корм.

Саша подняла голову.

Над входом в гостиную висела табличка:

«Приют для бездомных животных имени А. Савина».

…

…

…

Изначально я планировал поселить там не котов, а скунсов, но затем оказалось, что в продаже находятся только особи с удалёнными пахучими железами. Поэтому имеем что имеем.

Впрочем, всё равно сработало:

'+5 баллов!

«Имя: Антон Савин»

Возраст: 16

* * *

Сила: 32,24

Рефлексы: 20,48

Регенерация: 13,92

Манипуляция Маной: 15,94

* * *

Навыки:

Фехтование (Начинающий): 3/3

Стиль Драконоборца (Начинающий): 3/3

Манипуляций электрической маной (Продвинутая) 3/3

* * *

Успешный и талантливый ученик старинного искусства

Резонанс: 43,9%

Текущие баллы: 19,9'

Немного, конечно, но всё равно неплохо. Одно дело — заявить о своих намерениях, и совсем другое — осуществить на практике.

К тому же, чего греха таить, это было довольно весело.

Я усмехнулся и посмотрел в окно на подлетающие корабли. Расшевелить студентов Факультета Пурпурной Акации было уже сложнее: ещё в изначальной игре они — по крайней мере, дворянская фракция — выступали антагонистами. Впрочем, для них у меня тоже была припасена парочка «сюрпризов».

— На сегодня хватит, можешь идти, — обратился я к Майе.

— Хо… хо… хорошо. Эм… мне продолжить в тренировочном зале? — тяжело дыша, спросила девушка. В руках она сжимала длинное копьё, которым только что отрабатывала удары.

— Да. У меня сегодня дела, так что не мешайся под ногами.

Мая кивнула, надела на копьё насадку, которая тут же превратила его в метёлку, и вышла за дверь.

За последние два месяца она добилась значительного прогресса. Я — тем более. В теории моих нынешних навыков и характеристик должно было с лихвой хватить на первые несколько глав второй части Сказания о Храбрых Душах, и всё равно я испытывал лёгкое волнение.

Я проверил карманные часы и медленно кивнул. Сегодня студенты только прибывали. Вступительная церемония должна была состояться лишь через пару дней. А затем начнутся приготовления к прибытию младшего принца и последующему грандиозному параду.

Надеюсь, к тому моменту Адель тоже прилетит. Судя по донесениям Седрика, девушка пребывала в глубоком унынии. Надеюсь, её расшевелят рассказы одноклассников и поклонников о том, что именно я сотворил с Факультетом Синей Розы.

Сейчас же у меня на повестке была другая важная встреча.

Именно сегодня в Академию вместе с героями прибудет моя младшая сестра…

Глава 6

«Сестра»

Чтобы узнать её с первого взгляда, я даже заказал копию её портрета из семейного архива. Казалось бы, все представители рода Савиных обладали фиалковыми волосами — более чем выразительной приметой. Однако моя сестра была сводной. Она приходилась дочерью второй жене отца, которая после свадьбы скоропостижно скончалась. Поэтому и выглядела она несколько иначе.

Портрет изображал девушку в лёгком белом платье с высоким воротником, светлым, даже немного бледным личиком, слегка широкими хмурыми бровями над голубыми глазами и серыми волосами, собранными в высокий хвост.

Эльвира Савина. Дочь герцога Савина и невеста младшего принца Рошеля.

Думаю, на оригинальном семейном портрете она смотрелась очень чужеродно.

Самое неприятное, что я до сих пор не знал, какие отношения были между ней и её братом. И было ли «Антону» известно про план убийства младшего принца. В смысле, изначальному Антону. Пытаясь это выяснить, я отправлял завуалированные письма, но то ли потому, что вуаль получалась слишком плотной, то ли потому, что, ответом было «НЕТ» — так или иначе, узнать у меня ничего не получилось. Оставалось надеяться, что правда откроется во время личной встречи.

Я снова посмотрел на часы. Десять тринадцать. Скорее всего, она уже приземлилась.

Кстати… Всё это время я был уверен, что после прибытия она первым делом захочет навестить брата. Но так ли это на самом деле? Что, если она сразу отправится в свои покои, не удостоив меня даже мимолётным визитом?

«Будет неловко», — подумал я, и в ту же секунду в дверь раздался размеренный стук.

Идёт.

Чувствуя нарастающее волнение — сам не знаю почему, но было тревожно, — я поправил чашки с чаем на столике у окна и направился к двери. Затем, внезапно опомнившись, бросился назад, перевернул портрет и лишь после этого замер посреди комнаты и воскликнул:

— Открыто!

…

Эльвира в болезненных деталях помнила самую первую встречу со своим новым «братом».

К тому моменту, как она обрела сознательность, её семья уже находилась в бедственном положении. Её настоящая семья. Родного отца она не помнила совершенно, а мать сохранилась у неё только в обрывочных воспоминаниях, в которых она сидела в роскошном главном зале их родового поместья, возле гигантского камина, и курила — но не табак, а нечто другое, отчего кожа становилась бледной, даже немного желтоватой, взгляд пустел, а на губах появлялась призрачная улыбка, с которой она разглядывала саму Эльвиру, играющую со старыми куклами у затухающего камина.

С каждым годом в их поместье становилось всё меньше вещей. Приходили люди. Забирали. Уходили. Приходили другие люди. Забирали. Уходили. Дом пустел, пока не осталось лишь одно кресло перед камином, в котором множились паутины и пауки, мать и трубка у неё в зубах, из которой поднимался сизый дым, заволакивая сперва комнату, а затем и весь мир. Эльвира тоже вдыхала его — он помогал забыть о холоде, голоде и вообще обо всём на свете.

Всё изменилось, когда в их жизни появился «второй отец». Мать преобразилась. В её глазах появились огоньки. В те времена она часто просила Эльвиру ущипнуть её, потому что сама не могла поверить своему счастью. Эльвиры не было на свадьбе. «Дурной тон — брать с собой чужого ребёнка», — говорила мать. Эльвире даже казалось, что её оставят в холодном поместье, которое разваливалось прямо на глазах. Но потом за ней приехали и перевезли в огромный светлый дом. Повсюду сновали слуги. Ей достаточно было просто пожелать, просто подумать, и предмет её желаний сразу оказывался перед ней.

Именно тогда она впервые встретила своего брата — бледного мальчика с горбинкой на носу и суровыми глазами.

Их провели в комнату, поставили перед ними две чашки чая, усадили за стол и оставили наедине, чтобы