Фантастика 2026-145 - Ярослав Яловецкий

Да мне недолго, только пару сцен осталось, — вспомнил я слова Сэйрин, когда набрал ей еще по дороге сюда. А мог ведь спокойно съездить домой и переодеться, — мысленно ворчал я, косясь на съемочную площадку в ожидании, когда же эти «пару сцен» наконец закончатся.

Простояв на одном месте минут тридцать, я окончательно устал ничего не делать и решил поближе посмотреть на съемки. Как раз снимали сцену, где Сэйрин дает пощечину какой-то девушке, которая после удара упала на землю, держась за щеку. Сэйрин зло смотрела на нее, явно отыгрывая злодейку — и, кстати, эта роль ей очень подходила. От ее взгляда даже меня в дрожь бросало.

На съемку понадобилось несколько дублей — разницы между ними я особо не заметил, но лысому как ластик мужику в клетчатой рубашке и круглых очках, который, видимо, был главным на этой площадке, виделось иначе. И вот, наконец, последний дубль вышел именно таким, каким он, судя по всему, представлял его в своих фантазиях.

Насмотревшись на съемочный процесс и решив, что Сэйрин скоро закончит, я снова направился к фургону, но вдруг чья-то ладонь сомкнулась на моем запястье.

— Чего стоишь? — сказал мужик с на редкость крепким телосложением, и, словно медведь, потащил меня в сторону съемочной площадки. Она раскинулась прямо на улице, ведущей к какому-то внушительному строению, которое, судя по всему, было главным в этом историческом комплексе.

— Да я…

— Быстрее, и так опаздываем! — рявкнул мужик, не дав мне и слова вставить.

К моему удивлению, там уже стояло с десяток актеров, одетых точно так же, как и я. Кто-то быстро надел на меня недостающую шапку, завершив образ, всучил в руки меч — точнее, муляж, судя по его легкости — и без лишних слов поставил в строй. Через несколько секунд к нам присоединилась Сэйрин, встав во главе этой своеобразной процессии. Похоже, мы все изображали ее стражу.

— «А ты тут откуда?» — прочитал я в ее взгляде, когда мы на миг пересеклись глазами. Я уже обрадовался, что сейчас она развенчает недоразумение, но, к моему удивлению, она ехидно усмехнулась, отвернулась и заняла свое место сложив руки под грудью.

Я оказался во втором ряду, чуть в стороне от Сэйрин, которая уже приняла надменный вид, соответствующий своей роли.

— Тишина на площадке! — крикнул кто-то со стороны съемочной группы. — Приготовились!.. Камера!

— Камера идет! — отозвался оператор.

— Сцена двенадцать, дубль один! — хлопнула хлопушка перед объективом.

— Мотор!.. Начали! — последовала команда режиссера.

Процессия медленно двинулась вперед.

Рассудив, что моя роль не отличается от массовки, я решил не срывать дубль и тоже двинулся.

— Почему… Почему вы это сделали⁈ Мой отец был предан королю! Он не изменник! — взмолилась девушка, та самая, которой в прошлой сцене Сэйрин отвесила пощечину.

— Почему? Разве не очевидно? — Сэйрин обошла ее по кругу, словно оценивая добычу. — Потому что твой отец был глупцом. Жалким дураком, который сам подписал себе смертный приговор. И знаешь, что самое смешное? Он даже не понял, насколько жалок был в своей наивности.

Я раньше видел ее в деле только в той сцене с ножом у нее дома, но сейчас сомнений не оставалось — Сэйрин определенно была талантлива. Хотя, возможно, ей просто хорошо давались роли злодеек — и это было заметно по тому, как ей самой нравилась это.

Пока я любовался ее игрой, девушка, над которой по роли издевалась Сэйрин, с лязгом выхватила меч из ножен стоящего в первом ряду стражника. Оружие сверкнуло в воздухе, когда она, нацелив его на Сэйрин, резко двинулась вперед.

А это точно бутафорский меч? — пронеслось у меня в голове от того, как неуверенно его держала девушка, явно не справляясь с тяжестью оружия в руках.

Не думая ни секунды, я рванул вперёд. Настоящий ли это был меч или бутафория — времени разбираться не было. Да и последствия в виде получения пинка под зад со съёмок меня тоже не волновали. Единственное — подставлять Сэйрин не хотелось, но с этим буду разбираться, если всё же окажется, что меч ненастоящий.

Уже когда лезвие почти коснулось груди, прикрытой красной тканью платья, я резким движением отбил удар — и сразу понял, что не ошибся. Ножны моего ненастоящего меча едва не разлетелись от столкновения со сталью.

— Стоп, стоп, стоп! — заорал режиссер, резко двинувшись в мою сторону. — Ты что творишь⁈ И вообще, кто ты такой⁈

Брызжа слюной, он начал орать на меня, будто отчитывая провинившегося ребенка. Вот только мне было не до его слов — я просто выхватил меч из рук актрисы, которая так и застыла с ним, с непониманием на лице, и плавным движением приставил клинок к горлу режиссера.

— А-а-а! Ты чего⁈ — в воздухе повисла гнетущая тишина, а режиссер в мгновение потерял весь гонор, видимо, ощутив холод стали у шеи.

— Меч настоящий, — спокойно сказал я.

— Н-настоящий? — пробормотал он дрожащим голосом, осторожно коснулся лезвия пальцем — и тут же вздрогнул, когда на кончике его указательного пальца выступила кровь.

— И острый, — добавил я.

— Ага… острый… — он аккуратно взялся за лезвие пальцами, медленно отвел его от своей шеи и тут же отскочил на пару шагов. А потом, набрав в легкие воздуха, взревел во всю глотку: — Кто, черт возьми, отвечает за реквизит⁈

— Я! — к процессу подбежала полноватая девушка с круглым, плоским лицом.

— МЕЧ!!! — взревел он.

— Ч-что меч? — непонимающе уставилась на него она, затем нерешительно коснулась стали и тут же отдернула руку, сдавленно охнув. На ее пальце выступила тонкая капля крови. Она резко сделала пару шагов назад. — Я… я проверяла!

— Ладно, я тебя там подожду, — бросил я Сэйрин, которая застыла, прижимая руку к тому месту на груди, куда совсем недавно чуть не вонзили меч.

Впрочем, та актриса, что чуть было не нанесла удар, выглядела еще хуже — ее лицо побледнело, а губы заметно подрагивали. И не мудрено: она только что чуть не убила человека, что, несомненно, поставило бы жирный крест на ее карьере. Хотя, видится мне, об этом она сейчас меньше всего думает.

Решив больше не привлекать к себе внимания, я направился к выходу. А если кто-то захочет меня расспросить — просто применю силу.

Уже