Фантастика 2026-71 - Юрий Иванович

— Предложение поступило анонимное, но не думаю, что это связано с ее высочеством Кинтой, — остановил мои догадки магистр, — хотя на вашем месте я бы не стал расслабляться. Несмотря на свое недавнее появление на политической арене вы наделали много шума. А власть и деньги любят тишину. Но, даже несмотря на излишнюю жестокость, уверен, вы сможете исправиться. Поэтому не оставлю вас и надежды на Свет.

— Спасибо, как-то не рассчитывал на такую откровенность. И если так, то вы верно заметили, с магией Крови у меня уже все более-менее в порядке, а вот с Жизнью и Душой пока полный швах. Если вы мне сможете подсказать, а лучше показать на практике…

— Почему нет? — улыбнулся Гроас. — желание и способность учиться это то, что мне однозначно в вас нравится. И как раз есть пациент, которому требуется контроль и корректировка морфизма. Ваша рабыня, Эва — находится в крайне тяжелом, хоть и стабильном состоянии. Организм принял начальную мутацию, и она рано или поздно справится, восстановив органы и ткани. Но на это уйдут месяцы. Если же торопить события, как вы постоянно делаете для себя — могут возникнуть непоправимые последствия.

— Постойте, но вы же говорили, что она поправится? Что это дело двух заклинаний!

— Конечно, но разве я сказал, что она вернет свою силу? Если вам плевать на случайный морфизм и пристрастие к зельям, которое неминуемо разовьется у вас — можно вылечить обычными методами. Но вот скажите, после сражения со Стражем ваша сила уже восстановилась? А броня? На самом деле можете не отвечать, я и так знаю, что нет. Даже превосходное зелье восстановления не сможет их вернуть быстро. Только естественные процессы.

— Ждать несколько месяцев мы не можем. Какие есть еще варианты?

— Как я и сказал — самый правильный, хоть и не самый простой — морфизм. И вы его проведете под моим чутким контролем. Переборщите и она потеряет гуманойдный облик или и вовсе умрет. Не сможете полностью раскрыть потенциал и навсегда оставите ее калекой.

— Ничего себе ответственность. Вы же вроде симпатизировали девушке, неужели подвергните такому риску?

— Ради науки — что угодно, — улыбнулся своими толстыми бесцветными губами Гроас, — идемте.

Ради науки. Отличное оправдание для бесчеловечных экспериментов и хранения в формальдегиде частей тел разумных. Да и рабы у Дпрова переводились уж слишком быстро. Это не говоря про Дрого и Могильщика, выпущенного на просторы подземелья. Что бы магистр не говорил — добротой от него не веяло. С другой стороны, нельзя не признаться, что он был настоящим профессионалом и патриотом своего аспекта.

— Ваше сиятельство, все готово! — прервал наши изыскания барон, — толпа ждет. И я взял на себя смелость подготовить одеяние вам по статусу.

— Спасибо, давайте приступать, — быстро переодевшись в красный бархат, я вышел на балкон форта, под которым раскинулось настоящее живое озеро, ничуть не уступающее по размеру то, что, осталось за спиной. Вокра серьезно озаботился своими обязанностями и в получившейся ложе уже стояло громадное резное кресло, были собраны все мало-мальски благородные, а главное ждали мои рабыни, переодетые в одинаковую форму. Стоило мне встать на помост, как толпа утихла.

— Именем Длани, — громко начал Гроас, — и по праву сильного, я нарекаю Майкла Рейнхарда королем подземелья! Да продлятся дни его долго! — с этими словами он опустил мне на голову корону, и маска встала как влитая. Правый глаз прекрасно видел через прорезь все происходящее, а левого у меня и так не было.

— Служите и процветайте или сопротивляйтесь и умрите! — громко сказал я, но вместо ожидаемой тишины по рядам крыс прокатился глухой все нарастающий рокот. Что за хрень? Эта крыса меня обманула и это не настоящая корона? Прибью к чертям! А этих что внизу… от мыслей меня отвлек скрежет возле лица. Секунда и едва затянувшийся шрам на месте левого глаза вспыхнул адской болью.

Глава 36

— Господин! — мгновенно подскочила ко мне Васька. Трия и Лиска тоже оказались рядом, только Ксиулан не сразу сообразив, что происходит, осталась в стороне, — снимите корону немедленно!

— Пытаюсь, но эта дрянь будто к лицу приросла! Помогите мне!

— Но мы же так можем навредить⁈ — испугалась Василиса.

— Не думай. Тяни! — крикнула русалка, схватившись за зубы дракона, они тянули в свою сторону, а я, превозмогая адскую боль, толкал, уцепившись пальцами за маску. Секунду ничего не происходило, но затем раздался треск кости. В агонии я даже подумал, что это мой собственный череп, но лицевой щиток рассыпался, и девушки, не удержавшись, кубарем отлетели в сторону.

— Граф! Ваше сиятельство… — ошарашенно шептали мои главнокомандующие и дворяне. А я смотрел на них двумя глазами и никак не мог прийти в себя. Жжение, охватившее всю левую сторону лица, было просто невыносимо. Я приложил латную перчатку в надежде унять боль холодным железом, но вместо этого лишь еще больше вдавил инородный предмет в глазницу.

— Дайте я, — отбросил в сторону помощников Гроас, его острые когти отвели мою руку, и, взглянув на него, я понял, что вижу, как он тянется к самому глазу. Тому самому, которого у меня не должно быть просто в принципе!

— Стой. Что за чертовщина? — остановив Дпрова, я взглянул на остальных. Зрение вернулось. Пусть оно было чуть красноватым, но четким и странно-привычным. Будто мне просто вернули то, что и так должно быть моим. — Потом разберемся с глазом. Дайте корону. Быстро. — Выломав бесполезные остатки маски, я водрузил кости на голову. — На колени!

— Шиши шахифша, — донеслось снизу тысячекратно повторенное эхо. Крысы распластались по земле не просто встав на колени, но буквально легли в поклоне.

— Крысолюдку сюда. Что они говорят? — спросил я, не оборачиваясь.

— Они говорят истинный король, — распластавшись по балкону, ответила Кахоша, — мы ждали вашего пришествия тысячи лет!

— Твою мать, — вырвалось у меня против воли. Опять какая-то хрень из-за непонимания ситуации окружающими, и снова если я начну все отрицать и взывать к разуму, станет только хуже, — и как же вы блин догадались, что это я?

— Глаш, — как ни старалась крысолюдка, но выговаривать слова у нее получалось не всегда, — «тот, кто скинет