Фантастика 2026-72 - Даниил Сергеевич Калинин

моем мастерстве ты и сама знаешь. Чего стоит только умение раздеть во время переноса и полностью обезоружить. Так что кучки трухи и былого в ней содержания, скорее всего, так и останутся непотревоженными.

Действительно, когда они оказались в широком светлом помещении, заставленном громадными столами, все содержимое обоих надземных этажей башни оказалось разложено прежними горками на столах. Естественно, что кроме перекрестного концентратора. Ну и к подвалу Торговец не решился прикоснуться.

— Так, пусть все и лежит нетронутым, у нас нет времени. — Приказ относился к стажерам, которые одновременно шагнули к столам с намерением покопаться в доставленном хламе. — Сейчас ножками отправляемся на поиски ректора академии.

Долго искать не пришлось. Уже на первом перекрестке коридоров хозяин замка узнал по внутренней связи, где находится Верховный целитель, и поспешил непосредственно по адресу. Это оказалось совсем рядом, все в тех же подвалах, совсем недалеко от того бассейна с вертушкой, где обреталась магическая сущность Эрлионы. Причем как только все четверо отошли от переговорного устройства, в голове у Дмитрия послышался немного обиженный голос той самой сущности:

«Папа Дима, ты что, забыл? Если хочешь что-то узнать, можешь в пределах замка мысленно обращаться ко мне. Я тебе подскажу намного быстрей и правильней!»

«Извини, малышка! Я тут немного замотался, да и отвлекать тебя не хотел понапрасну. Наверняка ведь вы с Тителом занимаетесь подготовкой нового объема магической суспензии?»

«О-о-о! И еще как занимаемся!»

«Ну вот видишь».

«Но это нисколько мне не мешает присматривать за всем замком и даже разговаривать одновременно с несколькими людьми».

«Здорово! Теперь от твоего внимания наверняка ни одна шалость не ускользнет, совершенная учениками академии? Управляющий теперь на тебя молится?»

«Еще чего! Я функции полицейского выполнять не собираюсь. Тем более что ребята делают шалости или разбивают что-нибудь не со зла и чисто нечаянно. Ведь они такие милые, веселые и непосредственные».

Кажется, в сознании Эрлионы стали проскальзывать некоторые сожаления о том, что она вот так же точно не может порой беззаботно носиться по коридорам академии. Все-таки у нее, как личности, подобного детства не было, нет и уже никогда не будет. Вот они, перекосы создания искусственного интеллекта! А это может стать опасно! Мало ли чего придет «в голову» такому сильному в магическом плане интеллекту? Следовало сразу подправлять перекосы и ставить перед магической сущностью великие, далеко идущие, но весьма сложные в исполнении планы.

Поэтому Светозаров постарался выкрутиться прямо на ходу, пряча свои беспокойные рассуждения в глубине сознания:

«Ха! Мне кажется, Эрли, что ты вообще самая веселая, добрая и обаятельная! Причем остается только поражаться твоим возможностям. И ты знаешь, мне тут пришла одна дельная мысль: если я могу проникать в иные миры, то почему бы и тебе не попробовать?»

«Как?! Я ведь практически являюсь единым целым с твоим замком! — Кажется, магическая сущность даже рассердилась. — Или ты собираешься меня перенести вместе со всеми подвалами, бассейном с суспензией и вертушкой?»

«А что?! Тоже вполне возможно! Но мы еще над этим обязательно поработаем. Ведь если мне приходится тащить за своим сознанием в иные миры и само тело, то тебе зачем такие потуги? Ведь по всему замку ты можешь перемешаться сознанием? Запросто! Значит, со временем и всю Свирепую долину осматривать сможешь. А там совсем недалеко и до шага в другой мир останется. Тем более что тут можно целую программу разработать и постепенно претворять ее в жизнь. Зато как потом все изменится! Представляешь? Раз, и ты уже любуешься красотами иного мира и можешь исследовать там все, что твоей душе угодно. Два! И ты по своему желанию доставляешь нам любой экспонат или творение иной вселенной, и даже мне остается только по-отечески позавидовать такой умной, гениальной дочери».

Кажется, Эрлиону проняло величие таких возможностей. По сравнению с ними веселая беготня ребятни по коридорам академии показалась ей пустой тратой времени. Она некоторое время натужно молчала, «не отключаясь» от связи с папой Димой, а потом уже совсем иным, деловым и заинтригованным тоном сообщила:

«Да, идея хороша. Я тут на досуге теперь над ней подумаю и составлю план на первые этапы».

Зато Александра по мимике супруга догадалась, что он беседует с кем-то, и скорее всего с названой дочерью. Поэтому не выдержала и заговорила вслух:

— Эрлиона! А чего это вы за моей спиной сплетничаете? Что за секреты от матери? И не стыдно?

На что Светозаров тут же попытался оправдаться за двоих:

— Ничего мы не сплетничаем. Просто начали с одного маленького технического вопроса, а потом слишком увлеклись его обсуждением и слегка отклонились от темы начатого разговора. Ну ты сама знаешь, как оно бывает.

— Знаю. Поэтому почти не обижаюсь.

Тотчас в коридоре раздался и голос Эрлионы:

— Ма, извини, мы больше не будем. — И она с ходу перевела разговор на другую тему: — А кто это с вами такой большой и сильный?

Все как раз вошли в искомое помещение, где к ним навстречу тут же поспешил Верховный целитель. Так что граф Дин провел представление заодно и для старого друга:

— Прошу любить и жаловать: мой временный стажер, тоже будущий Торговец. Зовут его Шу'эс Лав, он из мира Ба, где обитатели называют себя баюнгами. Юноше всего двенадцать лет, и он уверен, что его по неизвестной причине поместили в тело зрелого, скорее, даже пожилого мужчины.

— Ай-я-яй! Как интересно! — Тител Брайс сразу стал нарезать круги вокруг великана. — Юноша, говоришь? В чужом теле? Невероятно!

Со своим ростом в два метра и пять сантиметров высоченный ректор все равно смотрелся рядом с баюнгом словно подросток. Причем он сразу почему-то решил, что граф накопители за такой короткий срок достать совершенно не способен, но взамен привел на излечение именно этого великана. И теперь в предвкушении потирал ладони и осматривал гиганта не иначе как с точки зрения экспериментатора. Еще и восклицал при этом с торжеством в голосе:

— Ничего, ничего! И не таких излечивали! Или тело парню омолодим, или амнезию ликвидируем. Ай, хорош! Ай, красавец!

Но такое пристрастное внимание к своей особе великану не понравилось, и он просительно уставился на Торговца:

— Не надо меня лечить, я здоров. И мы так не договаривались.

— Не волнуйся, дядя Тител так просто шутит, — успокоил Дмитрий и схватил за локоть возмущенно на него оглянувшегося друга. Еще и заговорил с нажимом: — Тем более что господину ректору сейчас не до врачебных осмотров. Он очень занят другими делами.

— Какими делами? Какими?! — запричитал тот, пытаясь вырваться из цепкого захвата. — Ты вначале