Фантастика 2026-116 - Андрей Андреевич Красников

Магистр Вальдих принял сообщение принца, но возвращаться не пожелал. Если разведывательная вылазка больше не нужна, это вовсе не значит, что вылазка в целом потеряла смысл. Наоборот! Судя по всему, у адмирала Гронтеша либо вовсе нет при себе менталистов, либо есть, но что-тo заставило их выложиться полностью. Потерять возможность наладить связь и согласовывать действия?! Право, его высочеству следует на досуге поразмыслить о возможностях магов в бою.

Накрытая отводом глаз рыбачья лодка дошла до эскадры Гронтеша беспрепятственно, едва заметной тенью на ряби волн, призраком под ярким солнцем. Нос лодки ткнулся в борт «Отважного», управлявший судёнышком местный рыбак во весь голос окликнул вахтенного, и лишь тогда их заметили. Возможно, помогло то, что все внимание было привлечено к бухте и портовым укреплениям, подвергавшимся сейчас обстрелу с кораблей эскадры, но все же… «Не дело, — отметил Вальдих, — точно так же любой диверсант подойдёт незамеченным». Но заговорил, поднявшись на борт, о другом:

— Его высочество уже повёл войско на приступ городских стен. Ваш сын, господин адмирал, добрался до него благополучно, по пути сбросив на Линдэнэ изрядную порцию бомб.

Адмирал и не пытался скрыть радости от добрых вестей, но в ответ лишь слегка поклонился и спросил:

— Вы поддержите нашу атаку, мэтр Вальдих?

— Я ради этого и пришёл. Линдэнэ — всего лишь первый серьёзный форпост противника, мы не можем себе позволить больших потерь при его штурме.

Была ещё одна причина, не менее важная, на которую Вальдих не собирался даже намекать. Авторитет Гильдии магов среди офицеров не просто ничтожен, а, как сказал бы математик или счетовод, отрицателен. То, что лично он, магистр Вальдих, наладил более-менее сносные отношения с королём и его наследником, скорее заставит армейскую верхушку осудить корону, чем принять магов как равных и достойных уважения. Напортачил его предшественник, чтоб ему на Той Стороне покоя не видать. Разгребай теперь за ним. Но серьёзная, ощутимо серьёзная помощь в боях — именно то, чем можно переломить дурное мнение военных.

— Вы правы, но в том числе и потерь магии, — сказал между тем адмирал. — У меня здесь на борту два ваших мага. Полагаю, вы ещё не в курсе результатов их разведки, у них не было возможности доложить.

— Эти сведения имеют отношение к обороне Линдэнэ?

— Нет. Четвёрка отчаянных смельчаков или, может, лучше сказать «безумцев», предприняла вылазку к Одарским островам. И мне, признаться, крайне не нравится то, с чем они столкнулись на подступах.

Верховный магистр мысленно кивнул: прекрасно. Судя по всему, столкнулись разведчики с чем-то магическим и крайне опасным. Вот и будет случай наглядно показать, что магов следует ценить никак не меньше, чем стрелков, моряков или кавалеристов.

— Я поговорю с ними после штурма, теперь у нас нет времени. Сколько ещё продлится бомбардировка?

Адмирал щёлкнул крышкой часов:

— Полчаса. Десант уже готовится к высадке.

— Прекрасно. Значит, пора и мне приняться за дело. Как вы смотрите на небольшую панику в рядах защитников города? Полчаса, правда, маловато на полноценный ритуал, но все же как минимум четверть часа после высадки ваш десант не встретит сколь-нибудь серьёзного сопротивления.

— За исключением тех, у кого окажутся амулеты ментальной защиты? — в голосе адмирала Гронтеша звучал вполне понятный скепсис, и Вальдих пояснил:

— Слабые амулеты я пробью. Сильные — нет, но не мне вам объяснять, чего может стоить попытка двух-трёх смельчаков остановить обезумевшую от страха вооружённую толпу.

— Хорошо. От меня требуется помощь?

— Выделить ровный и чистый кусок палубы десять на десять шагов, по которому никто не станет топтаться. И не мешать, разумеется.

На самом деле для хорошей, полноценной волны паники получаса на подготовку было не маловато, а катастрофически мало, даже с учётом прихваченных с собой на всякий случай заряженных под завязку амулетов. Но, в конце концов, он магистр или сопливый подмастерье? Уважение не даётся даром. Хочешь доказать, что маги на войне чего-то стоят — изволь и потрудиться, и выложиться.

ГЛАВА 10, в которой граф Варрен фор Циррент покидает когорту холостяков, а Женя понимает, что такое идеальная свадьба

Любая нормальная женщина сказала бы, что двух дней на подготовку свадьбы катастрофически мало, даже с учётом того, что оная свадьба не афишируется, гости не приглашаются и платье шить не нужно. Платье платьем и гости гостями, но как же необходимость хоть чем-то поразить жениха? Новые украшения? Причёска? В конце концов, надо и о том подумать, что после церемонии жених, то есть уже муж, разденет тебя, и предстанешь перед ним такая, как есть, в чем мать родила. А значит, надо заранее позаботиться о гладкости, нежности и благоухании кожи, не забыть прилепить «страстную мушку» на грудь или чуть пониже пупка, в общем, не платьем единым…

Женя была настолько далека от подобной «нормальности», что ей хватило пары часов. Выкупаться и натереться ароматным маслом — и то не для Варрена, а от комаров, учитывая предстоящую ночь в роще посреди реки. Надеть тo самое платье, в котором танцевала в ночь Весеннего перелома, и к нему принесённый накануне Варреном набор драгоценностей-амулетов со всеми мыслимыми защитными чарами. Поспорить с тётушкой Гелли, тётушкой Лили-Унной и старой Солли о причёске, доказывая, что любые навороты в лесу только мешать будут, и умудриться их убедить. Заплести простую косу — а волосы-то отросли, пока она здесь, коса получилась заметно ниже лопаток. И наконец, выйти в сад, нарвать цветов и сплести венок невесты.

Как раз на венок и ушло больше всего времени. Женя не торопилась — выбирала цветы не просто в тон платью или поярче. Она озаботилась кое-что почитать о свадебных традициях и расспросить ещё раз обеих тётушек, а потому вплела в венок листья и уже почти отцветшие соцветия рябины, веточки мяты и розмарина, с трудом отыскавшийся в дальнем уголке сада белый клевер. Среди этой зелени обычные садовые флоксы, ромашки и колокольчики выглядели как будто ярче, праздничней и радостнее.

Сильвия крутилась рядом, набрала роскошный букет, но все цветы для венка Женя рвала только сама.

— Ну вот, моё главное украшение на сегодня, — она повертела венок в руках, внимательно проверяя, и надела по-хулигански слегка набекрень. — Как тебе?

— Красивый, — восхищённо и даже как будто с завистью выдохнула Сильвия, — я такой же хочу.

И только собралась ей сказать, что раз хочет, значит, будет, а пока никто не мешает потренироваться и сплести себе веночек просто так, но тут на садовое крыльцо выскочила тётушка