Фантастика 2026-116 - Андрей Андреевич Красников

— Джелль, Сильви. Где вы прячетесь! Варрен приехал!

— Ох, уже пора! — Женя подхватила юбки и помчалась в дом. Хорошо, что давно привыкла не путаться в этих бесконечных складках и оборках. Сильвия вприпрыжку бежала рядом. Ребёнок ещё, а туда же, замуж невтерпёж! Хотя кого винить, сама подала ей идею завоевать сердце Ларка.

Чего Женя не ожидала, так это что Варрен выйдет в сад ей навстречу. Чуть не врезалась! Затормозила, ухватившись за его плечи, ощутила, как крепко он взял за талию, и утонула в непривычно восхищённом взгляде. Именно утонула — всегда ей казалось, что это лишь глупый и слащавый оборот для любовных романчиков, а тут на тебе! — смотрит и взгляда не может отвести, и все равно как будто ничего и не видит. Только чувствует. Нежность, любовь, нетерпение…

— Ты невероятна, — услышала его голос над самым ухом. — Перестань, нам пора.

— Что перестать?

— Смотреть на меня так. Я самый обыкновенный, честное слово.

— Я тоже, ну и что? Разве это важно? Не заставляй меня говорить банальности, — Женя фыркнула и рассмеялась. Казалось бы, наваждение момента, которое должно развеяться от первых же слов, а нет, не развеялось. Вроде и вернулась в реальность, но оторваться сейчас от глаз Варрена, вывернуться из его рук и спокойно пойти в дом было выше её сил. Пора там или не пора, все равно. — Ты не самый обыкновенный. И вообще не обыкновенный ничуть. Я счастлива, что тебя встретила в жизни. И если ты ещё раз о себе что-тo такое скажешь, настучу по башке, честное слово!

— О небо, Джелль, где ты набралась таких вульгарных оборотов?! — Варрен рассмеялся, и прозвучало совсем не обидно, но Женя все равно ответила:

— С собой принесла, а то ты не знаешь. Вот такая у тебя будет жена.

«Вот такая у меня будет жена», — повторил мысленно Варрен, любуясь сияющими глазами невесты. Красивая, но мало ли красивых. Искренняя, радостная и любящая. Далёкая от идеальных манер и ничуть не жеманная. Почти равнодушная к нарядам и украшениям, зато любительница всяческой экзотики на столе, вроде чёрного чая и водорослей с сырой рыбой. Предпочитающая книгу или свежую газету вышивке и составлению букетов.

— Ты у меня умница и красавица, — он осторожно поправил съехавший набок венок. — Я бы долго ещё любовался тобой, но нам пора. Пойдём, родная, карета ждёт.

С утра моросил дождь, но к полудню развиднелось, и сейчас небо было чистым, обещая ясную ночь. Ветер, правда, прохладный, но Варрен захватил с собой два тёплых плаща. А также плед, корзинку для пикника с лёгкой закуской и две бутылки лучшего одарского вина. Как будто и не свадьба, а в самом деле на пикник собрались. Карету трясло на неровной мостовой, бутылки глухо позвякивали, за прикрытым шторкой окном мелькали вывески и кованые ворота, редкие прохожие и встречные экипажи. Самый обычный день. И никто в столице не знает, что граф фор Циррент вот-вот сменит статус с завидного холостяка на солидного женатого господина.

Джелль улыбалась и держала его за руку. Волновалась, он это видел. Волнение девушки в столь важный для неё день — что может быть понятней? Но все же и Варрену стало немного тревожно, а тут ещё вспомнились предчувствия кузины Гелли, да и Джегейль не просто так торопила его со свадьбой.

— Ты боишься? — склонился он к уху невесты.

— Я? Нет, просто нервничаю немного, — на обращённом к нему лице мелькнула слабая, как будто неуверенная улыбка. — Как и положено невесте.

— Только поэтому?

Как же ему нравится, всегда нравилось, когда Джегейль вот так сосредотачивается, мгновенно переходя от вроде бы лёгкой беседы к серьёзному разговору. Чуть-чуть, почти незаметно хмурится и сдвигает брови, обдумывая ответ. А главное, как она чувствует, что за вроде бы шутливым вопросом — совсем не шуточная озабоченность?

— Мне кажется, да, — улыбнулась, как будто сама готова посмеяться над собственной тревогой. — Обычные девичьи волнения. Ничего серьёзного.

— Тогда, разреши, я тебя поцелую? Надеюсь, поцелуй не просто жениха, а уже почти мужа развеет твои обычные девичьи тревоги. Все будет хорошо, — он легко, едва касаясь, провёл пальцами по щеке Джегейль, от виска к уголку рта, и она слегка запрокинула голову, подставляя губы, и опустила ресницы. Поцелуй получился лёгким и нежным, целомудренным, каким, собственно, и должен быть до совершения брака. Но, когда Варрен прервал его, опасаясь зайти дальше, чем следует, Джегейль не отстранилась. Их дыхание смешивалось, почти так же интимно, как поцелуй, и теперь уже она подняла руку и провела пальцами по щеке Варрена. Сказала:

— Как хорошо, что ты выбрал такую свадьбу. Я бы взорвалась, наверное, если бы на нас пялились всякие любопытные. Долго ещё ехать?

Варрен выглянул, слегка отодвинув шторку.

— Мы почти на месте.

— Жаль.

— Жаль? Почему?

— Я бы тебя поцеловала.

Варрен рассмеялся: его невеста ничуть не кокетничала, скорее это было озорство, шутка. Возможно, так она пыталась подбодрить сама себя — что ж, неплохой способ.

— Ты бесподобна и невероятна. Целуй. Если быстро, как раз успеешь.

Короткая церемония почти не отложилась у Жени в памяти. Ярче всего почему-то было удивление: здесь, оказывается, есть храмы?! Как-то так получилось, что тема религии ни разу не всплывала за более насущными проблемами, и Женя сама себе удивлялась: как можно было упустить, даже не подумать о таком серьёзном отличии их миров? Но раз ни Варрен, ни тётушка Гелли, ни Ларк ни разу даже мельком не упомянули, значит, большой роли здесь храмы не играют? «Расспрошу позже», — решила Женя и сосредоточилась на собственном бракосочетании.

Стены зала терялись в полумраке, лишь небольшая резная конторка и лежащая на ней книга, толстая, на вид очень древняя, в простых деревянных корочках, ясно виделись в свете десятка свечей. Укутанный в белый балахон храмовый маг бормотал что-то невнятное — на местном аналоге латыни, как подумала Женя, — окуривая молодоженов ароматным сладковатым дымом, от которого чесалось в носу и хотелось чихать. Потом раскрыл книгу, долго её листал и наконец записал их имена на пустую страницу. Вместо подписи молодых стребовал по капле крови, тут же впитавшейся без следа в странную зеленоватую бумагу. Дурацкое кино, да и только! От антуража пробивало на хи-хи, и Женя с трудом удерживала серьёзное выражение лица, лишь иногда крепче сжимая ладонь жениха в своей.

Кажется, Варрен в такие моменты думал, что она волнуется, потому что посылал ей ободряющие взгляды и жал руку в ответ.

Вошли в храм они на улице, а вышли — через