Расследования Марка де Сегюра - Лариса Куницына

дисциплинированными солдатами, они составили костяк отряда, но были и такие как Малье и его дружки. Это были настоящие головорезы, но при этом ленивые и трусоватые. Риккардо присматривал за ними и заметил, что они часто отлучаются из лагеря. Потом начали поступать жалобы. Эти негодяи промышляли мародёрством, а то и грабили крестьян в ближайших деревнях. Ты знаешь, как относился к таким Арман, и я был полностью с ним согласен, потому велел моему лейтенанту арестовать их и публично повесить. Но кто-то их предупредил, и они сбежали. Дежарден взял десяток человек и отправился искать эту шайку. Вернулись только трое. Они нарвались на засаду, и пять человек сразу были убиты стрелами, Дежарден ранен. Его оруженосец и ещё один рыцарь остались его защищать, забаррикадировавшись в какой-то хижине, остальные отступили по приказу и должны были отправиться за подкреплением. Когда я примчался туда со своими людьми, все трое были мертвы. Их тела были изувечены, но умерли они не от стрел и мечей. Их просто забили дубинами, Марк! На это было страшно смотреть! И этот кинжал пропал. Я не знал, кто это сделал. Выжившие не видели нападавших, потому что те прятались в кустах. У меня были подозрения, что это Малье с дружками напал на моего лейтенанта, который настиг их, но, с другой стороны, это могли быть алкорцы или их наёмники. Дальнейшие поиски мародёров ничего не дали, а потом пришёл приказ отправиться на новые позиции. Значит, это всё-таки был Малье.

— Вы собирались казнить их, значит, издали приказ об этом?

— Конечно! Ты же понимаешь, что я не мог так просто развешивать по дубам неугодных мне людей. Всё было: и приказ, и жалобы, и донесение о том, что они дезертировали. Я полагаю, что всё это сохранилось в архиве военного ведомства, — он снова взглянул на кинжал. — Риккардо был хорошим человеком. У него было двое детей, и мне с помощью де Бове удалось выбить для них пенсию, небольшую, но вполне достаточную, чтоб его вдова могла прожить с двумя детьми в маленьком городке. Но потом Ричард приказал проверить обоснованность выплат, и семья Дежардена была одной из первых, кого вычеркнули из реестров. Ревизор обосновал это тем, что мой лейтенант погиб не на поле боя, а от рук разбойников.

— Что с ними теперь?

— К счастью, вдова вышла замуж за небогатого землевладельца, что спасло их от голодной смерти. Для дочери тоже удалось найти жениха, а мальчику скоро исполнится пятнадцать. Я надеюсь пристроить его оруженосцем к какому-нибудь рыцарю.

— Понятно, — кивнул Марк. — Я найду в архиве эти документы, и этот негодяй ответит, в том числе и за эти преступления: мародёрство, дезертирство и убийство командира.

— Больше одного раза его не повесишь, — вздохнул де Монфор.

— Ему ещё нужно дожить до повешения, — мрачно усмехнулся Марк. — Что насчёт его дружков? Сколько их было? Вы помните их имена?

— Их было трое, один громила под стать Малье и два брата. Имён не помню, но они есть в тех бумагах.

— Хорошо, — Марк поднялся и взял со стола кинжал. — Когда я закончу это дело, я верну его вам. Передадите мальчику, как память об отце.

— Спасибо, Марк, — грустно улыбнулся де Монфор.

После этого Марк отправился в архив военного ведомства, откуда вышел с пачкой мятых пожелтевших бумаг. Вернувшись в Серую башню, он приказал вызвать на допрос Грегуара Малье.

Когда его ввели в камеру, палачи уже готовились к работе. Хмуро взглянув на них, Малье устроился на стуле и недовольно посмотрел на барона де Сегюра. У него был тяжёлый взгляд, в котором таилась угроза. При этом Марк заметил, что его уши, пострадавшие от коготков Ю Нин всё ещё были красными и распухшими.

— В чём дело? — с вызовом спросил Малье. — На меня напала ночью полоумная девица и чуть не убила, а вы, вместо того, чтоб схватить её, упрятали в тюрьму меня? Это так полиция выполняет свои обязанности по защите подданных короля?

— А ты подданный? — уточнил Марк. — И как же тебя зовут?

— Атон де Комбри.

— Неужели? Рыцарь? Дворянин? С такой бандитской рожей?

— По какому праву вы меня оскорбляете? Я подам жалобу королю!

— У короля есть дела поважнее, чем читать твои пасквили. Можешь подать её мне. А пока назови своё настоящее имя.

— У меня нет другого ответа, — проворчал Малье, враждебно глядя на него. — Вы, ваша милость, должно быть с кем-то меня спутали. И, пользуясь своей властью, хотите пришить мне какое-то дело. Довольно трусливо оскорблять меня, зная, что я не могу призвать вас к ответу. Встреться мы с вами на улице…

— Мы там и встретились, — перебил его Марк. — Я арестовал тебя по обвинению в похищениях и убийствах женщин, а также за торговлю людьми, что в Сен-Марко считается тяжким преступлением. Или ты думал, что мы не заметим, как с улиц пропадают девушки, а в состоятельных семьях начали вдруг умирать красивые барышни? Твоё имя Грегуар Малье и ты — главарь этой банды. Советую рассказать мне всё о твоих преступных делах.

— Иначе что? — усмехнулся тот. — Если вам так нужно моё признание, значит, доказательств маловато? Поищите их, а не найдёте, не забудьте извиниться перед тем, как отпустите.

— Доказательств вполне достаточно, — возразил Марк. — И если б даже их не было, то есть другие преступления, а именно мародёрство и дезертирство, за что ты уже приговорён к виселице. А есть ещё и убийство лейтенанта Дежардена. Ты же знаешь, что бывает за убийство командира на войне?

— Я не знаю, о чём вы, — проворчал Малье, отводя глаза. — Вы меня точно с кем-то спутали.

— Это несложно выяснить. Я покажу тебя и твоих подельников графу де Монфору и его солдатам, которых мы при желании вскоре отыщем не меньше десятка. И посмотрим, узнают ли они тебя. Так что, будешь говорить?

— Зачем мне это? — с вызовом ответил Малье. — Если вы всё равно собираетесь повесить меня за прежние грехи, и спасения мне нет.

— Скоро поймёшь, зачем, — кивнул Марк и взглянул в дальний конец камеры. — Эдгар, принимайтесь за дело! Не церемонься с ним и не давай ему потерять сознание.

— Что мы должны сделать, ваша светлость? — спросил