Фантастика 2026-59 - Любовь Оболенская

Я только сейчас подумал о том, что мог потерять его. Если бы пришли более сильные некромансеры, точно знавшие, как уничтожать гроксов, Таран бы не дождался меня. Эта мысль заставила меня замереть.

До этого я воспринимал своих питомцев как полезный ресурс и даже не понял, с чего вдруг Грох начал бунтовать. Я слишком привык к тому, что теневые монстры — существа, которых нужно всегда держать в узде. Но это другой мир, и монстры здесь тоже другие.

И в этом новом свете атака некромансеров стала восприниматься иначе. Мало того, что они приманили монстров, так они ещё и разозлили моего питомца. Таран так хотел отомстить, а в итоге получил только нескольких падших тёмных низкого ранга.

Я переместился к нему и, призвав когти, содрал некромансера с его рогов. После чего сомкнул пальцы на его шее, без труда сломав позвонки. Ещё одно поддельное Сердце я добавил к первым двум, после чего превратил их в пепел, поглотив очень нужную мне сейчас энергию.

— Сколько их было? — спросил я у Тарана. — Ты сказал, что их много.

— Вот, — он мотнул головой, и с его правого рога посыпались кулоны. — Сам посчитай.

Я подхватил рассыпанные источники и не поверил своим глазам. Двенадцать поддельных Сердец. И это не считая тех троих, которых убил я.

— Таран, они ведь не просто так тут появились, — сказал я, превращая в пепел сразу пять поддельных Сердец. — Их направили сюда специально.

— Люди знают, что ты здесь, — прогудел Таран, тяжело дыша и подрагивая от недавнего напряжения боя. — Они могли сказать Вестнику.

— Могли, если у них есть артефакты связи, которые работают даже в очаге, — я задумался. — И я точно видел такие артефакты. Иначе как бы Лопуховы передали кому-то сообщение и получили ответ?

— Люди злые, — Таранище выдохнул чёрный дым и прижался ко мне головой, чудом не проткнув меня. — Не люблю людей.

— Давно? — поинтересовался я ровным голосом.

— Нет, просто увидел падших и понял, что они ведь тоже люди, — ответил он. — Раньше я об этом не думал, а теперь понял…

— Значит, начинают проявляться глубинные чувства, заложенные твоими родичами, — медленно проговорил я. — Надеюсь, что ты сообщишь мне, если вдруг поймёшь, что я — тоже человек и что ты не любишь и меня тоже.

— Ты же папа, — фыркнул Таранище. — Папу я всегда буду любить. И твоих людей буду терпеть, пока они твои.

— Интересные у тебя понятия, — я улыбнулся и почесал ему шею, а потом и основание рогов. — Ты молодец, хорошо поработал сегодня.

— Почему ты не сжигаешь оставшиеся кристаллы? — спросил он, указав головой на амулеты, которые я продолжал держать в руках.

— Пока не решил, стоит их приберечь на потом или же их сила пригодится мне прямо сейчас, — честно сказал я. — Ну и не думаю, что мои энергоканалы и источник спокойно переварят эту силу разом.

— Папа, ты же сильный и умный, — Таран посмотрел на меня странным взглядом. — Силы не бывает много, и беречь её тоже не надо. Вдруг ты выйдешь отсюда, а там те люди, которые про тебя Вестнику рассказали.

— Знаешь, а ты прав, — я усмехнулся и покачал головой. Как же быстро вырос мой питомец. И каким умным он стал. Просто невероятно. — Есть там один князь, который меня недолюбливает. К тому же, как сказал Куприянов, все князья с землями у стены получили от Вестника предложение перейти на его сторону. Ну или от Бартенева. Кто теперь разберёт, чьи там были идеи и приказы?

Таран медленно кивнул мне и снова наградил многозначительным взглядом. Похоже, он ждёт, когда я впитаю силу оставшихся источников некромансеров. И под его взглядом я точно не могу позволить себе такую слабость, как свалиться от перенапряжения каналов и источника. У гроксов есть своя иерархия, в которой наверху стоит самый сильный.

Но мне и самому было интересно, как справится моё тело с нагрузкой в виде десятка поддельных Сердец, учитывая, что я уже поглотил целых восемь штук только что. Я поднял взгляд на питомца и сжал пальцы, объятые тёмным пламенем.

Энергия хлынула в меня мощным потоком, выжигая энергоканалы и пробивая себе новые пути. Я чувствовал, как появляются ответвления от уже имеющихся каналов, как ветвятся внутри пучки энергии, разрастаясь в нечто новое и страшное.

Похоже, я, как и Сердце Феникса, только что достиг своего предела, стал цельным и наполненным. Стал тем, кто в прошлом мире смог получить собственные крылья и шанс на возрождение. Там этот путь занял почти семьдесят лет, после чего я только начал свой путь как тёмный феникс.

Я основал храм и искал птенцов, способных выдержать мощь Сердца Феникса и получить благословение тьмы. Здесь я прошёл этот путь за несколько месяцев, хотя и не по собственному желанию, а по велению тьмы, закинувшей меня в это тело.

Но главное не это. Главное — я получил мощь, равную половине той, что была у меня в прошлой жизни. Для меня прошлого — это слишком мало. Для нынешнего меня — я только что встал на одну ступень с самыми сильными одарёнными этого мира.

А ведь у меня дома лежат оставшиеся кулоны некромансеров. После битвы с Бартеневым я просто не смог впитать их и убрал в сокровищницу. Так что у меня есть запас «батареек», которые я непременно использую против марионеток Вестника.

— Папа стал сильнее, — прогудел Таранище, выдохнув мне в лицо клубы черного дыма. — Таран тоже стал сильнее.

— Правда? — я глянул на него взором и кивнул. — Ты сильно вырос, в том числе физически. Но до седьмого класса ещё далеко.

— Пара битв с врагами, и я стану сильным, — сказал Таран. — Если враги будут сильнее, то позову папу.

— Вот и умничка, — похвалил я его.

Хотя бы один мой питомец рассуждал разумно. Я не против инициативы, и скорее буду рад, если мои люди и питомцы смогут принимать решения самостоятельно. Но я устал от поступков, совершённых в пылу эмоций и последствия которых мне приходится постоянно расхлёбывать.

— Всё, Таран, мне пора, — я похлопал его по могучей шее. — Нужно помочь людям и запечатать разлом, пока он не расширился.

Таран прогудел что-то одобрительное и умчался проверять окрестности изнанки, а я переместился в реальный мир. И сразу же выругался во весь голос.

Князь Щепин поднял стену, молодец, конечно. Но он не сделал ступеней или