Фантастика 2026-59 - Любовь Оболенская

секунды второй Призывающий атаковал меня сгущённой тенью. Из-под моих ног вырвались теневые путы, похожие на корни, и обвили мои лодыжки. Эти путы пронзили мои ноги шипами и поползли дальше по телу.

Я попытался рвануть с места, наплевав на боль, — нужно было освободиться из пут чего бы это не стоило. Одновременно с этим я призвал собственные шипы, которые перерезали путы Призывающих. Но в меня уже летели огромные теневые пики.

У меня не было даже минуты, чтобы нащупать энергетический центр Призывающих. Про уничтожение и говорить нечего — каждая секунда боя лишь приближала неизбежное. А неизбежным была моя скорая погибель от истощения или от клыков, когтей и теневых щупалец.

— Ты согласен служить мне? — услышал я вдруг шёпот тьмы. — Даже если это твоя последняя жизнь?

Этот вопрос она задавала мне дважды. В этом мире и предыдущем. И оба раза я ответил «да».

Что это? Напоминание, что я не смогу возродиться? Или предупреждение, что я слишком близок к грани, за которой меня ждут мои птенцы?

— Согласен! — прорычал я, отбивая очередной теневое щупальце, усеянное ядовитыми шипами. — Я согласен служить тебе! Слышишь! Я знаю, что это последняя, мать её, жизнь! Знаю!

Мне сейчас было совсем не до разговоров, но игнорировать тьму нельзя. Никогда и ни в коем случае. Иначе изначальная стихия ответит так, что мало не покажется.

И всё же я слишком отвлёкся от боя. Не ожидал я услышать тьму. Уж точно не сейчас и не здесь.

Теневые путы впились в меня с новой силой. С двух сторон меня стянули шипастые щупальца, опутав мои плечи, руки, торс и ноги.

Именно в этот момент я услышал рёв автоматов. Причём стреляли с двух сторон — от стены, где притаились гвардейцы Щепина, и от каменной насыпи, под которой были похоронены безопасники императора.

Краем глаза я успел уловить, как они буквально вытаскивают себя из этого кургана и начинают стрелять в Призывающих и их созданий. Радость от того, что Сом и его люди выжили, была краткой, ведь теневые щупальца всё сильнее сжимали моё тело, не давая дышать и сбивая концентрацию.

Призывающие резко переместились ко мне и без предупреждения ударили. Все трое одновременно. Моя грудь взорвалась от боли.

Где-то за стеной мой взор уловил ауру князя Щепина. Я заорал во всё горло. От боли и от ярости на предателя рода человеческого.

Как смеет он ходить среди живых, после того как выпустил в мир этих созданий⁈ Как смеет он называться человеком⁈ Как смеет он, предатель, по чьей воле гибнут люди, стоять и смотреть на это? Как смеет он ещё дышать?

— Ты верно служил мне, мой феникс, — горячий шёпот тьмы заставил мои волосы на затылке встать дыбом. — Ты был достоин. Всегда. Ты один был достоин.

А потом моё тело не выдержало. Сколько бы я его ни усиливал, сколько бы энергии в него не вливал… оно принадлежало смертному. И я сам теперь был смертным.

Мои глаза закрылись сами собой, взор тьмы потух, а тело обмякло. Я ощущал всё это, но будто уже не был здесь, будто смотрел со стороны. Я умирал десятки раз. Это было знакомое чувство.

Сколько раз я проходил через смерть? Уже не сосчитать. Но эта должна стать последней.

Или нет?

Тот, кто хоть раз видел, как умирает тёмный феникс, уже никому не расскажет подробностей. Просто потому, что тёмные фениксы сжигают дотла всё сущее. Пламя возмездия пылает на наших останках, пока не выжжет каждого, кто причастен к гибели.

Но разве я могу умереть сейчас? Я не закончил дела. Не уничтожил якоря, Вестника и некромансеров. В конце концов, я не убил трёх Призывающих Тени, которые прямо сейчас убьют гвардейцев и безопасников, а потом пойдут на Томск.

Перед глазами на миг появилось бледное лицо Юлианы, которое сменилось лицами остальных моих близких. Вика, Боря, бабушка, Александр, Эдвард и Феликс. Я видел их перед собой, будто они стояли напротив и смотрели на меня с горечью.

— Тьма! — мысленно заорал я, напрягая каждую мышцу тела и пытаясь вернуть контроль над ним. — Это ещё не конец! Ты слышишь меня⁈ Ты сказала, что я один достоин, так какого демона ты не дала мне ещё пару возрождений⁈ Я не согласен, и я не уйду просто так…

Вместо ответа я почувствовал дуновение тьмы на затылке и в груди. Она не ответила. Не ответила своему фениксу, стражу и вестнику, её гласу и её лучшему воину.

Моё тело терзали Призывающие, но это было уже не важно. Тело — всего лишь оболочка, которая послужила мне столько, сколько смогла.

Пусть я — лишь тень, призрак себя самого, я всё ещё жажду очищения этого мира в огне.

Моя воля и моя сила вспыхнули даже здесь, когда я находился у самой кромки грани, за которой была только тьма. Разве должна стихия управлять человеком? Это я должен повелевать ею.

Я служил ей сотни лет, так что теперь её очередь вернуть мне долг.

Моя сила — всё, что у меня было.

Моя воля — всё, что у меня осталось.

Я не слышал автоматных очередей, рёва монстров и криков умирающих гвардейцев. Но я видел их. Видел прямо сейчас.

А потом я ударил призрачным кулаком по земле, вложив в этот удар свою ярость, свою боль и свою волю.

И в следующий миг над разрушенной стеной разрушенных врат города Томска опустилась моя тень. Тень феникса — карающего меча тьмы.

Глава 6

Иван Сомов задыхался под каменной глыбой, но упрямо держал защитный артефакт. Как и сказал Феникс, князь ударил через пять минут. Причём ударил так, чтобы убить всех спецов разом.

Если бы не предупреждение Феникса, они бы ещё сомневались, стоит ли тратить заряд артефактов на пассивную защиту. Но в итоге активировали не только основные, но и дополнительные артефакты. И правильно сделали.

Как только Щепин ударил, их всех поглотила земля, смешанная с камнями. Воздуха не хватало, но они держались. Ведь Феникс сказал, что придёт через десять-пятнадцать минут.

Что такое пятнадцать минут под завалом, когда ты сутки торчал в обвалившемся туннеле с ледяной водой? Или когда, сражаясь за его величество, маг земли утрамбовал тебя на пару метров под груду камней, а основной состав отряда придёт только через несколько часов?

Каждый из безопасников мог рассказать свою историю, в которой каждая минута могла стоить жизни. И каждый из них мог неподвижно дожидаться подкрепления в