"Фантастика 2026-113". Компиляция. Книги 1-24 - Михаил Иванович Казьмин

Замок сдался сразу. Ну вот, сейчас мы войдём туда, где находиться не должны. Всегда волновался именно в этот момент. Что там может случиться? Да что угодно. В моей практике бывало разное, от неучтенной сигнализации до мирно спящей старушки, о которой никто не предупреждал. Один раз встретились с бультерьером. Успели расстаться без травм и повреждений. Жизнь, она такая, непредсказуемая. Ей тоже иногда хочется с нами поиграть.

В первом зале брать ничего не надо, здесь хранится конфискат из польских замков — всякие пояса, оружие, портреты надменных панов работы художников местного значения. Нам на второй этаж, где самая вкуснота. А пока мы даже фонарь не включали, хватало естественного освещения.

Хорошая лестница, каменная. Такая скрипеть начнет только когда рушиться соберется. А постелившим ковровую дорожку отдельное спасибо. Тут хоть пляски устраивай в сапогах с подковами, никто не услышит.

Наверху Михаил фонарик включил. Теперь нам предстоит более тонкая работа: картины надо снять, вытащить из рам, аккуратно убрать подрамники, свернуть на вал, и спрятать. Сделать всё надо бережно, но быстро. А подготовка у нас только теоретическая.

Первым номером шёл Айвазовский. Чего-то там в Чёрном море. Не специалист я по морским пейзажам. Картину эту и днём не очень тщательно рассматривал, а сейчас, при свете фонарика, что я там увижу?

На задней стенке какие-то номера разной краской, что-то было написано на приклеенной бумажке, но сейчас чернила почти не читаются. Из багета картину мы вытащили легко. А холст к подрамнику кто-то, может, и сам художник, прибил медными гвоздями с широкой шляпкой, сейчас сильно позеленевшими. Вот здесь и начались проблемы. Окислившийся металл прочно прикипел к дереву, а силу прикладывать никак нельзя. Повредишь — и всё, заказчик вряд ли будет доволен. А вырезать, как это иногда в кино показывают, только дебилы косорукие могут. Лучше уж помучиться лишних пять минут.

Айвазовский перекочевал в тубус примерно через полчаса.

— Надеюсь, остальные пойдут проще, — прошипел Михаил, утирая пот со лба.

А ты думал, воровской хлеб лёгкий? Ешь, мне не жалко.

* * *

Оставшиеся четыре объекта трудностей не доставили. Только этюд Репина к «Запорожцам» еле уместился в футляр, пришлось даже в паре мест подогнуть холст, который в развёрнутом состоянии стал очень уж большим. Но там и грунтовки не было, почти не страшно.

За всё время под окнами проехали три машины, не останавливаясь. Но каждый раз, услышав звук мотора, Михаил гасил фонарь, и мы замирали.

Наконец, всё собрали. Сиротливо выглядящие багеты лежали неаккуратной кучей в стороне. Я запихал последний тубус в мешок — обычный, из-под сахара, и приподнял его. Не очень и тяжела наша добыча, килограмм пять-шесть.

Осмотрелся по сторонам. Вроде ничего не забыл. Ага, вот еще мелочь какая. Я наклонился и собрал гвозди, которые выглядели постарее. Лидия говорила, оригинальное крепление добавляет ценности, это значит, что с момента создания ничего с картиной не делали. Пусть будет сюрприз. Не понадобится, так выбросят. А уж определить, какой гвоздь откуда, и вовсе просто.

— На выход, — сказал я Михаилу. — Пора.

— Ага, — кивнул он, и пошел первым.

Перед «Охотой на львов» он остановился, покачал головой, вздохнул, и пошагал дальше, подсвечивая дорогу фонариком. Вот чудак, ну на кой ляд тебе этот Рубенс, даже если он настоящий, а не «вероятно»? Вот свернули бы мы его и потащили как ковёр. Ладно, вынесли бы. А дальше? Повесил бы у себя в спальне и любовался по ночам, заперев дверь и задёрнув шторы? Такие вещи привлекают очень много внимания. Продать невозможно, владеть хлопотно. Никакой радости.

Выход с места операции всегда чуть беспокойнее входа. Обидно, если прихватят с добычей. Но в этот раз прошло спокойно. Я аккуратно закрыл замки. К чему оставлять беспорядок? И так у людей хлопот куча впереди, и все не очень приятные, зачем к этому добавлять еще и распахнутые настежь двери?

* * *

И до дома на Свердлова мы дошли быстро и без приключений. А под конец маршрута и вовсе стало хорошо: пошел мелкий дождь со снегом. Не очень сильный, но грех жаловаться. Даже если представить, что менты сразу притащат на место преступления ищейку, и она не очумеет от рассыпанного мной нюхательного табака, то под дождём собачка на след встанет вряд ли.

Стоило нам закрыть за собой дверь, и Михаил тут же развил бурную деятельность.

— Давай, собирайся, быстрее!

— Ты что? Сейчас вокзалы перекроют, шмонать всех начнут!

— Не успеют. Московский поезд в шесть тридцать. Даже если сторож сразу обнаружит, найдёт откуда звонить, пока милиция приедет, мы уже далеко будем.

— Всё равно заметят, мешок приметный, — я совсем невежливо толкнул ногой стоявшее у двери национальное достояние. — Кто-нибудь скажет, в поезде перехватят.

— Примерил уже, в чемодан тубусы влезут. Я тоже планировать учился, — хохотнул Михаил. — Вещи, что не уместятся, тебе переложим. Собирайся, Лёня, времени немного, ещё до вокзала топать.

Через десять минут мы уже вышли на улицу, бросив ключ от квартиры в почтовый ящик. И даже если поляк что-то заподозрит, когда найдёт ватник и валенки, то будет молчать. Нас-то найдут вряд ли, а он хлебнёт горя сполна — следаки его с радостью запишут в соучастники, чтобы хоть чем-то оправдаться.

До вокзала с квартиры на Свердлова даже ползком не больше пяти минут. И дождь не помешал ни грамма. Я с радостью ощущал каждую новую каплю, падающую за воротник. Отличная погода, самое оно для воров.

Но каков напарничек, а? Ведь ни разу не вякнул, не торопил. Терпел до конца, даже на улице не подгонял. И выждал до последнего мгновения. Смог бы я так же? Не знаю, психовать бы начал, наверное.

Бронь и тут сработала без осечки, и мы практически запрыгнули в отходящий поезд. Минут десять до отправления оставалось. Третье купе спального вагона, я знаю, ты нас ждало.

* * *

Проводник предложил чаю, но я отказался следом за Михаилом. Не хочется пока. Наверное, гонка последнего часа всё же дала о себе знать.

Да, решение самое лучшее. Уйти, пока не начали искать. А я дальше «зашёл и унёс» не планировал ничего. Даже не думал. Готовился, что придётся сидеть в Минске, пока горячка первых дней поиска не схлынет. Или выбираться на машине, допустим. Короче, расписание поездов не изучал. С другой стороны, не нервничал и не