Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников

– обширные посадки капусты, репы, лука, новомодного картофеля, хлев с коровёнкой, а то и парой, свинарник, птичник, а кое у кого и овчарня – было как у всех. Ну то есть не у всех, конечно, а самых зажиточных… И это приносило свои плоды. Как минимум, как только на заводе начинался набор новых рабочих, у проходной разворачивались настоящие бои кандидатов в оные.

– Привет, Саша!

– Здравствуй, Даниил! – Они обнялись с Пушкиным, после чего тот развернулся к своим сопровождающим и произнёс: – Позволь тебе представить – это мои друзья: мой однокашник по лицею Вильгельм Кюхельбекер и поэт, человек искренне радеющий за счастие Отчизны, Кондратий Рылеев…

А бывший майор замер. Или даже окаменел. За всеми своими делами и проблемами он напрочь забыл, какой сейчас год, но тут его будто прострелило – тысяча восемьсот двадцать пятый. Декабристы!!!

4

– Мы должны преобразовать наше государство в соответствии с примером цивилизованных наций, в частности – англичан. Всем понятно, что Великобритания сейчас самая развитая страна мира – великая империя, над которой никогда не заходит солнце. И лучшее, что мы можем сделать с нашей страной, – это взять всё самое лучшее и передовое от этих учителей всего мира и бережно воплотить на нашей многострадальной земле… – высокий, худой молодой человек подкрепил своё утверждение патетично воздетым пальцем. Даниил скривился и сделал большой глоток. Как же ему всё это надоело! И на кой хрен он согласился сюда прийти?

Нет, на первую встречу он шёл с огромным интересом. Всё ж таки ещё со школьных времён у него сохранялся пиетет перед теми самыми декабристами, которые, как писал Ленин, «разбудили Герцена», а уж он «развернул революционную агитацию». А как красиво поступили их жёны?! Все как одна поехали за мужьями на каторгу в Сибирь – ведь так было показано в фильме «Звезда пленительного счастья», из которого он и стянул «Гимн кавалергардов»… Нет, бывший майор, конечно, не был «юношей бледным со взором горящим» – жизнь повидал и понимал, что кино – это одно, а реальная жизнь – совершенно другое, но Данька даже представить себе не мог, насколько действительность отличается от сохранившейся у него в мозгу картинки.

Уже на третьих «посиделках» с теми, кто считал себя «лучшими людьми России», у него появилось стойкое чувство deja vu. Во-первых – речи. Нет, цели они перед собой ставили весьма благородные – всеобщее счастье, достаток, просвещение народа… что там ещё? Каждой бабе по мужику, каждому мужику по бутылке водки? Ну, где-то так… Хотя как раз о мужике никто особенно не беспокоился. Нет, о нём и его судьбинушке много говорили – все сходились в том, что надобно срочно что-то делать с крепостным правом, с малоземельем, с низкой урожайностью в крестьянских хозяйствах, но решать все эти вопросы планировалось… просвещением. Причём когда-то потом, позже, когда будут решены некие неотложные вопросы. В первую очередь с властью. Потому как при нынешней власти никакие подобные вопросы решены быть не могут по определению. Ну вот никак! Потому что нет конституции, нет «просвещённого парламентаризма», то есть отсутствует возможность у «лучших людей страны» принимать нужные решения. Кому нужные – оставалось за кадром. Когда Данька, не выдержав, заикнулся о том, что как же нет-то: вот пожалуйста, он сам – лучший пример того, как даже сейчас можно влиять. Считайте сами – крепостных в своём поместье освободил, школу и железнодорожное училище открыл, две железные дороги уже построил, второй завод паровых машин строит… то есть, вернее, третий, ежели за второй – тот, который Демидов у себя на Урале строит, считать. И если все здесь присутствующие займутся чем-то таким в своих собственных поместьях – так не надо будет никакой смены власти. Россия сама так рванёт вверх, что любой крестьянин будет на серебре есть и на перине спать! Но на него тут же ополчились. Мол, всё это частный случай и результат близких личных отношений с великим князем, а у кого таких отношений нет, тем на роду написано прозябать в невозможности что-то сделать… Хотя как на освобождение личных крестьян могла повлиять близость с великим князем – было непонятно. Но этот вопрос Даниил уже задавать не стал, побоявшись того, что его совсем заклюют… Во-вторых – отношения друг к другу и к остальным. Все собравшиеся считали именно себя лучшими людьми страны. Главными, а то и единственными радетелями за её светлое будущее! То есть этакими «людьми со светлыми лицами». Все же остальные для них были либо заблудшими душами, которых надо просвещать и которыми надо руководить и направлять ласковой, но твёрдой рукой, либо упёртыми ретроградами, по которым плачет гильотина. Всё, других вариантов не просматривалось. И это так напомнило ему оставленную в будущем «либеральную оппозицию», несколько роликов выступлений известных деятелей которой ему как-то подсунул «Яндекс», что аж оторопь взяла! Вот, значит, с каких времён это всё тянется… Кроме того, он припомнил пресловутые съезды народных депутатов восемьдесят девятого года, и как у них на складах вся работа останавливалась, когда из динамиков радиотрансляции рекой лились бурные речи депутатов Гдляна, Попова, Сахарова или Собчака. Как они говорили! Как яростно и безжалостно громили «партноменклатуру» и её немыслимые привилегии, заключавшиеся в персональных автомобилях, государственных дачах и особом номенклатурном снабжении. Как клеймили «навсегда отставшее» советское образование, убогую культуру и крайне неэффективную экономику… И как им можно было не верить? Ведь умнейшие же люди были – академики, доктора наук, следователи по особо важным делам Генеральной прокуратуры СССР! Да и жизнь вокруг подтверждала то, что в стране всё плохо и с каждым днём становится всё хуже и хуже – рост цен, стремительно пустеющие полки магазинов, расцветающий бандитизм. А эти умнейшие люди категорично утверждали, что всё это – следствие построенного в стране социализма. И стоит только от него отказаться, как сразу же наступит всеобщее изобилие и достойная жизнь. Потому что «рыночек всё порешает». Так что призывы к немедленным изменениям ложились на благодатную почву. А потом пришли девяностые…

Так что после третьей встречи он немного заскучал. И задумался. Пиетет перед декабристами потихоньку развеивался, уступая место недовольству, а то и раздражению. Нет бы о чём полезном поговорить – то же просвещение обсудить, скажем. У многих ведь родовые поместья с тысячами крестьян! Хочешь изменений: создай основу для них – освободи крестьян, найми для них агрономов, закупи в Англии или Голландии эффективные семена, найми учителей, открой школу, учреди стипендию для обучения в университете паре-тройке наиболее талантливых