Проект «Валькирия» - Владимир Валериевич Стрельников

углекислого газа. У горизонта местный воздух отливал знакомыми по Земле голубыми переливами, но выше к зениту всё более белел. Под тюрбанами и тряпками марсиан оказались огромные каплевидные очки и примитивные дыхательные аппараты, сделанные их органов животных. Или людей. Во всяком случае в дыхательной трубке, уходящей под лохмотья на груди, явно просматривались хрящевые кольца чьей-то трахеи. Сканирование показало, что ныряла она в привязанный к телу плоский бурдюк, заполненный странной живой массой. Скорее всего, лишайником или мхом.

— Не снимай с него маску! Мы дышали воздухом, похожим на земной. Думаю, потомки привыкли к избытку углекислоты, но кислорода для дыхания им явно нужно больше, чем в атмосфере Салбатана! — встревожился Предок.

— Какого ещё «Салбатана»?

— Так мы называли нашу планету. Для вас теперь это Марс.

Повинуясь мысленной команде хозяина «Дружок» повысил процентовку кислорода в коконах. Серо-синие лица пленников начали наливаться красками. Борис стащил с одного очки. Те, с широкими кожаными клапанами по бокам, скрывали под собой длинные подвижные уши, напоминавшие кошачьи — с острыми кончиками и волосяными кисточками. Глаза были как у людей, с коричневой, почти чёрной радужкой и светло-голубыми белками, только очень большие. Примерно, как у леммингов. Но общее впечатление лицо создавало отталкивающее. Сильнее всего его портил маленький безвольный подбородок, скрывавшийся под выдающимися скулами. К тому же челюсть сидела криво. Да ещё и верхняя часть черепа, с боковыми долами, идущими от висков, непривычно вытянута. Чёрные сальные волосы собраны сзади в «хвост».

— «Санки» ты ему, похоже, вынес!

Мыслесканирование подтвердило диагноз. Ориентируясь на коллективную картинку, Рогов вправил марсианину челюсть и перешёл ко второму пленнику. Тот тоже оказался далеко не красавцем. Вот только у него низ рта был настолько массивным, что выдавался вперёд как ковш бульдозера. Уши и череп имели те же особенности, что и у первого. Этому кулак Бориса повредил два ребра. Они, кстати, в отличие от земных, выглядели очень тонкими, почти птичьими. Неудивительно, что даже фуфайка не спасла местного. Осматривая и ворочая тела, землянин отметил ещё одну особенность — оба аборигена были высокими, примерно под метр восемьдесят, но очень тощими. Даже тонкими. Мускулатура тоже не впечатляла. А ведь это разведчики! В которые по определению отправляют наиболее подготовленных.

Второй марсианин под воздействием кислорода пришёл в себя. Он с ужасом на некрасивом лице уставился на землянина в боевом скафандре. Что-то спросил. Ни Предок, ни кто другой его гортанного обращения не понял.

— На Салбатане сильно разрежена атмосфера. Приходится говорить в очень высоком диапазоне.

— Ты не умничай, ты пальцем покажи!

— Куда? — растерялся Укасил.

— Как с ним объясниться.

— Борис Пантелеевич, попробуй взять его за руку! Только нужно сделать это своей голой рукой!

Согласно сенсорам, температура на поверхности была минус тринадцать по Цельсию. Для русского — вообще не о чём! Космонавт обжал на скафандре соответствующую пневмоманжету, отсоединил и снял правую перчатку, после чего аккуратно обхватил горячей кистью холодное предплечье аборигена. Тот дёрнулся, как от удара, но боль в сломанных рёбрах его утихомирила. Неожиданно Борис почувствовал рукой пульс местного. Вместе с ним эти удары восприняло и всё сообщество.

— Не волнуйся, мы пришли помочь!

— Помочь? — услышали все удивлённую мысль марсианина. — Люди справляются! Чужакам не удастся нас обмануть!! Ни грыза, ни кусочка мха!!!

— Барис Пантэлеевич, наложи обэ свои руки на его голову! — приказал Сталин. Космонавт подчинился. И вскоре всё получили сомнительное удовольствие узнать о трудной жизни деградирующей общины местных. Часть подземелий комплекса, которые племя гордо именовало Домом, сохраняла относительную герметичность. Дополнительный кислород выдавали колонии мха. Им же аборигены питались. Кроме того ели специально выращиваемые в нежилых штольнях грибы и, изредка, грызов — мелких существ вроде кротов, два небольших стада которых тщательно выпасали. Не гнушались и умершими соплеменниками. Всего колония марсиан насчитывала тридцать одну особь. Назвать их «людьми», как они гордо именовали себя, было уже трудно.

— Рогов, оттащи коконы с пленными ко входу и лети к Деймосу. Им мы сейчас мало чем можем помочь. Людьми они считают только членов своего племени. Все остальные — опасные чужаки, которых нужно убить и съесть. Ну, или хотя бы отогнать от Дома.

— Есть, товарищ адмирал!

Однако на подлёте к спутнику возникла новая проблема: оттуда поступил запрос дополнительного пароля.

— Всё ясно: ударные комплексы допускали к себе только ремонтников и обслугу, а у тех имелись свои коды! Борис, повтори на Деймос знаки «Я свой!» и возвращайся.

Убедившись, что капсула отважного космонавта успешно уходит к поясу астероидов, Феоктистов попросил всех поддержать мыслесвязь до тех пор, пока не завершится проверка Марса в оставшихся руслах. Времени на это ушло не очень много, зато подтвердилось, что коды Предка исправно работали в любых доступных руслах. Высадку комплексы Фобоса и Деймоса неизменно предлагали произвести у станции аварийного сигнала, но не препятствовали, если пилот выбирал другую точку. Не мешали и орбитальным облётам планеты. Вскоре у Солдат Сумерек были усреднённые карты Марса с девятью отметками высадок. Ещё раз удалость зафиксировать признаки подземной жизни. Три разведчика нашли явно древние малоопознаваемые руины, а в остальных случаях странные образования на поверхности планеты оказались природными выходами скал.

* * *

Практически сразу после коллективной мыслесвязи Полина начала беспокоиться. Что-то Солдаты Сумерек задумали, но не спешили поделиться с сообществом. Муж регулярно отвечал на безмолвные призывы, уверял в любви и сворачивал связь. Ссылался на занятость по службе. Дансаран и Укла тоже вели себя странно. Было ощущение, что три- и пятиединый в курсе секрета, но стараются не выдать его даже близким. Хотя по мыслефону ощущалось приближение какой-то большой беды.

После очередных лекций и семинара Свенторжецкого Полина тщательно штудировала германо-скандинавские мифы. Пророчество о пришествии из мира мёртвых страшного Нагльфара с армией великанов-йотунов на борту, последней битве и гибели мира спокойствия не прибавило. Обострившаяся женская интуиция буквально вопила: Хуберт собирается драться в Рагнарёке! Как и все родичи. Да ещё и гордится этим. Малыш в животе разделял тревогу и часто сильно толкался. Вот и сейчас… Приступ непривычно резкой боли скрутил подбрюшье. Из-под живота по ногам потекла горячая жидкость.

— Мама!!

На испуганный крик прибежала Виктория Леонидовна. В ожидании родов дочери она взяла отпуск и неотлучно находилась при беременной. Мать сразу поняла, что произошло. Успокаивающе взяла Полину за руку, заставила прилечь на специально разложенное кресло:

— Всё хорошо, это воды отошли. Не переживай.

Торопливо вызвала «скорую помощь».