Фантастика 2026-107 - Наиль Эдуардович Выборнов

— Какой еще правды? — Буркнула я, готовясь отбивать любые попытки Киана.

— Правды о нас, — более спокойно сказал Киан, и я поняла, что он сделал это специально.

Сейчас он не хотел войны, он хотел перемирия. Его ясные синие глаза пронзали меня насквозь, я чувствовала себя словно голой, но в то же время мне казалось, что он настолько далеко от меня, что даже, если бы сейчас случился разлом реальностей и мы с ним в нем объединились, это бы все равно ничего не изменило.

— Киан, прости, но я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду, — решила тоже не спорить для разнообразия я.

Все-таки я, и правда, взрослая, и рассудительная, хватит уже детского садика.

— Я имею в виду мое принуждение, — стал объяснять Киан. — Скарлет рассказала мне, как все было на самом деле. Ты сказала, мы были счастливы, но ты не сказала, что нам запретили быть вместе.

Волна чувств нахлынула на меня, сбивая с ног. Я размякла, как мякоть хлеба в воде, схватилась за сердце, дыхание сбилось, я отступила, но бежать от себя невозможно, поэтому мне это ничем не помогло. Это было… жутко. Жутко волнительно и прекрасно, но…

Зачем я позволяла себе подобные мысли? Нельзя. Нельзя. Нельзя… Ведь он просто спросил, почему я не сказала ему правды.

С трудом проглотив волнение и попытавшись усмирить чувства, я набралась смелости смотреть ему в глаза. Он ждал, ждал объяснений, ждал моего ответа. Сердце буквально выпрыгивало из груди от этого взгляда. Потому что в нем больше не было холода, в нем было… чувство.

Я закусила губу, чтобы не позволить чувствам снова завладеть мной и попыталась говорить спокойно. Предательский голос все равно срывался.

— Зачем тебе было знать? Я не хотела тебя расстраивать.

— Ты должна была сказать мне правду, — почти потребовал Киан. — Мне решать, что с ней делать.

— Ладно, ну и что это меняет?

— Многое.

Я вздохнула, сделав тем самым перерыв.

— Киан, я…

Он неожиданно шагнул ко мне ближе и взял мою ладонь в свою. Меня тут же прошибло чувством, посильнее, чем если бы я била молнией саму себя.

— Я думал, это было чем-то несерьезным, — проникновенно заглядывал мне в глаза он, — а у нас просто не было шанса.

Ну, зачем он так? Я сейчас разревусь. Хватит рвать мне душу на части.

— У нас было немного времени, — честно сказала я. — В самом начале. До того, как Скарлет запретила нам общаться. Но… это было прекрасно.

— Но этого мало.

— Это не имеет значения. Знаешь, пусть мы были вместе лишь урывками, какими-то запретными минутами, но иногда минуты лучше тысячи часов.

— Ты ведь могла оставить все, как есть, — подходил к тому, что мучило меня все это время он, — ты могла не спасать меня и тогда у тебя бы остались воспоминания.

— В какой-то из реальностей это было правдой.

— Но в этой реальности ты не сказала мне всей правды.

— Но чтобы это изменило? — Киан промолчал. — Пойми, ты сделал свой выбор, и я не виню тебя. — Виню, конечно, но буду вести себя, как взрослая. — Так уж все устроено. И это ничего. Главное, что с тобой все хорошо.

— Дело не в том, как мне хорошо, дело в том, чего ты меня лишила.

— Я тебя лишила?

— Это был не твой выбор.

Я вырвала ладонь из его руки и отступила.

— Ты хочешь сказать, когда я спасла тебя, это был неправильный выбор?

— Это был не мой выбор.

— И что? Убить тебя?

— Ты ведь не понимаешь, что ты сделала тогда в библиотеке, так ведь?

— Что… что я сделала? — От его тона стало страшновато.

— Я не знаю, что именно было между нами, но, судя по тому, как ты доверилась мне, как легко ты это сделала, это было что-то прекрасное.

— Но ты знал это еще тогда в библиотеке, — справедливо заметила я, — а потом, когда ты все-таки сюда вернулся, ты выбрал ее.

— Я всегда выберу ее, — резанул по мне Киан, — но по другой причине.

— Какой же? — Киан молчал. Я грустно улыбнулась. — В какой бы стадии мы с тобой не находились, правды ты мне никогда не говорил.

— Для этого есть причины, Вилу, — он снова оказался рядом и положил ладони мне на плечи.

Я старалась не смотреть на него, но от его прикосновений меня прошиб озноб. Хотелось скинуть его руки, но обманывать себя я любила, поэтому не торопилась этого делать.

— Расскажи мне, — попросил он. — Расскажи мне обо всем.

— Киан…

— Пожалуйста. Это прошлое, которого у меня не было, но его помнишь ты.

Да, его помню я.

Сделав глубокий вздох, я постаралась собраться с мыслями.

— Знаешь, Киан, вспоминая сейчас тебя тогда, я все больше начинаю думать о том, что наше знакомство было тебе не на пользу. Когда я только встретила тебя, ты всегда шутил и улыбался. А потом ты только грустил по всему, чего тебя лишили.

— Я был рабом чужих желаний, — заметил он. — Ты ожидала, что я буду прыгать от счастья?

— Вот видишь, даже сейчас…

— …Вилу, пожалуйста.

Стоило ли открывать ему правду? С точки зрения «он все вспомнит и снова все будет, как прежде» — да. Да. Да-да-да-да…

Но с точки зрения его выбора…

— Ладно, — наконец заключила я и попыталась собраться. — Мы встретились здесь во время праздника. Я брела по лесу, а ты его охранял. Ты спас меня от пантеры, чужого заклятия, а потом донес до комнаты, когда я подвернула лодыжку. Ты боролся с собой, потому что боялся своей правды. Боялся, что я испугаюсь, как все. Но для тебя это было… — я закусила губу, опасно приближаясь к теме, которая была запретной, — больше, чем ты думал. Больше, чем ты ожидал.

Я нервно сглотнула и попыталась успокоиться. Его ладонь скользнула к моему лицу, я тут же напряглась и впилась в его синие глаза взглядом. Он действовал осторожно, но с каким-то жадным любопытством, которое бывает присуще маленьким мальчикам, впервые познающим этот мир.

Я боялась того, что он сделает дальше, но мне ни за что не хотелось это остановить.

— В ту первую ночь ты укутал меня в свою куртку, — продолжала расчищать дорогу к своей душе для Киана я, — и с тех пор я всегда надевала ее, когда мне было страшнее всего.

Голос дрогнул, глаза наполнились слезами. Взгляд Киана сделался умоляющим и в то же время испуганным.

— Ты всегда спасал меня,