Рожденная заново. Тень нефритового кольца - Виктор Постоенко

— Она зовёт тебя, — он быстро подошёл ко мне и сам снял накинутый на мои плечи чанот.

Я вошла. Королева лежала на кровати, мокрая от пота, её волосы прилипли к лицу. Лекарь Гон и две повитухи хлопотали вокруг. Она схватила меня за руку с такой силой, что я даже почувствовала, как хрустнули её пальцы.

— Ён У, — еле слышно выдохнула она. — Наклонись. Если что-то пойдёт не так… обещай мне.

— Инсон, не переживай, сосредоточься на себе, всё будет хорошо.

— Обещай, — она тяжело, с хрипами дышала, не отпуская мою руку и глядя мне прямо в глаза.

— Обещаю, — я не знала, что она хотела, но была готова на всё. В груди что-то тоскливо сжалось, захотелось вдруг плакать, но я сдержала себя последними усилиями воли.

Ребёнок родился перед рассветом. Мальчик, крепкий, громкий, с чёрными волосами. Лекарь Гон принял его, обмыл, завернул в пелёнку и передал кормилице.

— Принц, — прошептала королева. — Дай мне его. Я хочу его увидеть. Положите мне так, чтобы я могла его видеть.

Ей положили ребёнка на грудь. Она смотрела на него, и слёзы текли по её щекам. А потом всё вдруг резко изменилось. Она вдруг выгнулась дугой от приступа нестерпимой боли и дико закричала. Кормилица еле успела схватить ребёнка и отскочить в сторону.

Роды ещё не закончились. Живот королевы оставался большим, и она вдруг побледнела так, что её губы стали бледно-синими. Лекарь Гон наклонился к ней, приложил трубку, и его лицо мгновенно изменилось.

— Второй ребёнок — сказал он тихо. — Но я почему-то не слышу его сердцебиения.

Королева, которая внимательно слушала его несвязный шёпот, закричала. Это был не крик боли — это был крик ужаса. Она всё поняла.

— Гон, — прошептала она. — Спаси её. Спаси… его…

— Ваше Величество, я буду стараться сделать всё, что в моих силах, я буду стараться.

— Ты должен.

Я видела, как у него трясутся руки. Он подбежал ко мне и Вдовствующей королеве.

— Второй ребёнок мёртв. Уже несколько часов. Если я не удалю его, она умрёт.

— Так удали. Это можно как-то сделать? — старая королева сама была испугана, и её лицо покрылось бусинками пота.

— Я не могу. Это… это будет убийство. Я не могу убить живую женщину ради мёртвого ребёнка. Простите меня, Ваше Величество. Но и выжить она не сможет. Я не знаю, я просто не знаю, как это сделать правильно. Я слышал, что на далёком Западе их лекари спокойно разрезают матери живот и достают оттуда ребёнка, и потом и мать, и ребёнок остаются живы. Но нам же запрещено знакомиться с западной медициной, за это смертная казнь.

И внезапно лекарь Гон, бессильно опустив руки, заплакал.

Королева закрыла глаза. На мгновение мне показалось, что она потеряла сознание. Но потом она открыла их и посмотрела прямо на меня.

— Ён У, подойди ко мне. Я всё слышала, о чём вы там шептались. Я чувствую, как это уходит. Я не доживу до утра. Помолчи, у меня осталось мало времени и сил, молчи и просто слушай. Обещай мне.

— Инсон — я впервые сегодня называла её по имени — говори, говори, что нужно сделать, всё что угодно сделаю.

— Мой ребёнок. Второй… мёртвый… он выйдет. Он выйдет, и тогда я умру. Но я хочу, чтобы ты знала: я умираю не от родов. Я умираю от того, что они со мной делали тогда, раньше. От ядов, которые давали мне все эти годы. От выкидышей. От всего. Я умираю уже давно. Я не знаю, кто там у меня, но я хочу, чтобы ребёнка похоронили вместе со мной. Проследишь? Я только на тебя надеюсь. Если они начнут что-то — просто я надеюсь только на тебя. Это моя воля, моя, и это мой не родившийся ребёнок.

Она крепко сжала мою руку. Я чувствовала, как её пальцы холодеют прямо на моих глазах. Ещё утром они были тёплыми, живыми. А теперь стали ледяными.

А я не могла говорить, к горлу подкатил тугой комок, из глаз сами собой текли слёзы. Я только сейчас поняла, какую подругу теряю. Мы только начали с ней сближаться по-настоящему, только начали. Да что же за жизнь-то такая несправедливая?

— Ты должна стать следующей. Не кто-то другой. Ты. Только тебя я вижу рядом с ним. Ты сохранишь моего сына. Ты защитишь его. Ты сделаешь то, что я не успела. Обещай.

— Обещаю. Инсон, я клянусь, чем угодно клянусь, всем, что у меня есть.

— Позови короля. И всех, кто там стоит, всех.

Я вышла передать её волю. Король, Вдовствующая королева, Хан Кён Бин, Гвиин Ян, Мин Хва и Сон Сукпий, Чо Соый — все стояли в коридоре. Не было только Сон Сукён — у неё самой начались схватки. Они все смотрели на меня, и в их глазах был страх.

— Она хочет видеть всех. Войдите, все войдите, — я повернулась и к стоявшим в коридоре левому и правому советникам.

Они вошли. Королева лежала на подушках, плачущая Чхве Дон Ю приподняла их и придерживала руками. Инсон была бледная как полотно, с ребёнком на руках. Она посмотрела на короля.

— Мой король. Я оставляю тебе сына. И я оставляю тебе… — она повернулась в мою сторону и протянула руку с указательным пальцем, — её.

Король опустился на колени у постели.

— Нет. Ты не умрёшь. Ты не можешь вот так вот уйти и оставить меня.

— Умру. И ты знаешь это. Лекарь Гон знает. Все знают. — Она снова повернулась ко мне. — Ён У, подойди ближе.

Я подошла. Она вложила мне в ладонь маленькую ручку принца.

— Ты знаешь, что делать. Ты умнее всех нас. Ты вырастишь его хорошим человеком. Этого уже будет достаточно.

Она закрыла глаза и через мгновение потеряла сознание. Я впервые видела, как плачет король, не стесняясь присутствующих. Плакали все женщины, в углу виднелась вздрагивающая от рыданий спина Гона.

К утру второго дня она начала задыхаться. Кожа на её лице и