Фантастика 2026-78 - Денис Арзамасов

— Мы едем в твой орден для того, чтобы найти ту же самую информацию. О том, как мне избавиться от доспеха. Если они не смогут мне помочь, то, может быть, сможет император?

Я в третий раз пожал плечами:

— Ты, может, забыла… Но снять эту дрянь с себя — единственное, что мне нужно. И мне, в общем-то, все равно, кто конкретно это сделает.

Глава 27. Черный порошок

С погодой нам определенно повезло — всю неделю, что мы тряслись в седлах неспешным шагом, изредка переходя на рысь, дождь пошел только один раз и то — когда мы спали. Несмотря на то, что спали мы в гамаках, хитро подвешенных между деревьями по совету Торы, промокнуть нам не грозило — эти интересные гамаки имели дополнительный полог в стиле двускатной крыши как раз на такие случаи. Когда же я описал Торе то, что используют для походов в моем мире, — палатки, — она фыркнула и быстренько в пух и прах разнесла все ее мнимые плюсы. Большая, тяжелая, снижает обзор, никакой защиты не дает, разве что на уровне плацебо. По всем параметрам, конечно, она была права, но уязвленный я возразил, что и гамаки никакой защиты не дают, но даже это волшебница моментально парировала тем, что с нами лошади, которые чувствуют опасность намного лучше любого из людей, и что они нас предупредят, если что-то пойдет не так.

Первый день путешествия мне было даже интересно глазеть по сторонам. Поля, леса, озера и речушки, по мостам через которые лошади звонко или глухо, в зависимости от материала моста, печатали свои шаги — все это было в новинку. Когда путешествуешь на машине или, тем более, на поезде — все окружение пролетает мимо, даже рассмотреть ничего не успеваешь. А здесь же мало того, что рассмотреть можно, но еще и понюхать, спешиться и потрогать, а если совсем хочется — то и попробовать на вкус.

На второй день, правда, интерес сильно угас, а на третий его полностью вытеснили надоедливые насекомые, которые не отставали от лошадей ни на минуту, и, как следствие, периодически проявляли свой интерес и ко мне. Когда я устал от них отмахиваться и пожаловался Торе, она быстро решила проблему — спешилась, сорвала несколько пучков какой-то придорожной травы, сломала их пополам, чтобы выступил желтоватый сок, и провела этим соком две полоски у меня по руками, и одну — по лбу, в общем, по всем открытым частям тела.

— Только смой обязательно вечером. — велела она, залезая обратно в седло. — А то кожу разъест.

Сразу захотелось попросить ее продлить остановку и смыть сок сразу же, но Тора уже тронула коня, и я последовал за ней.

А через пару минут понял, что насекомых действительно рядом больше нет. Не просто со мной — с лошадью. Они просто исчезли, будто и не было.

А на Тору и ее лошадь насекомые даже не нападали. Наверное, опять ее особая уличная магия постаралась.

Скорость движения была сравнима с пешеходной, но при этом, к счастью, не приходилось идти самому. Не знаю, способен ли я теперь уставать вообще, и если да, то насколько бы я устал, если бы прошел весь этот путь на своих двоих, но от путешествия в седле я так или иначе получал некоторое удовольствие. Где-то раз в три часа я спешивался и некоторое время шел рядом с лошадью, ведя ее в поводу, чтобы размять ноги. Не то чтобы они сильно затекали, но я прекрасно знаю, как обманчиво опасно игнорировать даже слабые отголоски этого мерзкого ощущения. Вот так засидишься в неудобной позе, увлеченный чем-то, не обратишь внимания на сигналы организма, а потом вскочишь по той или иной причине… И рухнешь как подрубленное дерево — потому что ты-то вскочил, а вот нога не успела.

Когда наблюдать за окружением стало невмоготу, мы с Торой начали болтать. Вернее, болтал, в основном, я. И, в основном, про магию — именно этот аспект мира, в котором я оказался, пока что был мне не понятен больше всего. Тора отвечала на вопросы охотно, но, как и ранее, никакой внятной картины мне это не дало. Получалось, что магия это действительно локальное нарушение законов физики, на которое тратится энергия самого волшебника. То есть, приходилось просто принять как факт, что в этом мире есть… Скажем так, некий "над-закон" над всеми прочими законами физики, который позволяет при обращении к нему слать все основополагающие правила к чертям. Ослаблять, отменять, обращать в противоположное — по сути, что угодно, главное — это лишь найти правильную комбинацию вербальной части заклинания, то есть, слов, которые его сопровождают, соматической, то есть ритуала, который должен его сопровождать, и правильного настроя самого мага. При этом все новые заклинания, по сути, являются ответвлениями старых, и создаются именно на их базе.

— То есть, если ты хочешь изучить заклинание огненной струи, ты берешь заклинание огненного шара и пытаешься подобрать компоненты, которые будут работать, путем постепенного изменения компонентов изначального заклинания?

— Примерно да. — кивнула Тора.

— Но это же куча времени понадобится!

— Конечно. Именно поэтому магия всегда была и всегда будет таинственной и неизученной. Ее просто невозможно познать полностью, потому что ее возможности безграничны.

К сожалению, во мне самом не оказалось магического дара, на который я втайне надеялся, вспоминая все те же самые попаданческие книжки. Тора каким-то хитрым образом поколдовала над моей головой и выдала вердикт спокойно и уверенно — даже спорить с ней не захотелось, ясно было, что она знает, о чем говорит. Оставалось лишь вздохнуть и смириться, утешая себя тем, что я и так единственный и неповторимый в этом мире.

У меня есть свой личный демон.

Когда в полдень восьмого дня на горизонте показалась линия городских стен, я уже был готов от скуки лезть на стену — надоело всё! Надоело жесткое мясо, скрипящее на зубах, надоел гамак, который оказался совсем не таким удобным, как казался поначалу, надоело натираться этим желтым соком, от которого потом сутки горит и чешется кожа, если не смыть его вовремя, а я один раз забыл и не смыл… И больше всего — надоело Тора, которая всю дорогу преодолела как статуя, мерно покачиваясь в седле с пустыми глазами, будто медитируя и приходя в сознание только тогда, когда подходило время что-то сделать или когда к ней обращался я!

Появление городе на горизонте, кстати, и ее тоже вывело из