Всадник на белом коне 1-3 - Юрий В. Морозевич

class="p1">— А-а... кажется, я понял, — Вит с надеждой посмотрел ей в глаза. — Все это просто чудовищная ошибка! Вы меня приняли за другого, только-то и всего! Дело в том, что с некоторых пор я, оказывается, пребываю в двух экземплярах... Вам нужен тот, другой... Витт...

Женщина повернула голову и окинула его внимательным взглядом с ног до головы.

— Я прекрасно знаю о существовании двойников, — спокойно сказала она. — «Подопечных», как они их называют... И я не ошиблась, мне нужен именно ты.

Вит, нахмурившись, молчал, уставившись на ровные сапфировые воды. Он абсолютно не представлял, как разрешить весьма непростую ситуацию, избежав, по возможности, криков, слез и беспочвенных обвинений. Впрочем, очень может быть, что не совсем беспочвенных...

Однако Флора, очевидно, умела держать себя в руках. Лишь плотно сжала тонкие губы.

— Я долгое время действительно считала, что мой муж — это Витт, — она произнесла имя супруга с двойным «т» на конце, именно так, как тот отрекомендовался своему двойнику. — Но в конце концов поняла, что он не тот человек, за которого я выходила замуж. Совсем не тот. Холодный... временами даже жестокий... до предела рациональный... и до мозга костей преданный здешним заправилам. Разительный контраст с тем, кого я полюбила. Я не знала, что и думать... откуда вдруг такие перемены? И только когда Витт случайно проболтался о существовании двойников, все окончательно встало на свои места.

Она отвернулась и тоже принялась старательно изучать озерный пейзаж с торчащим из воды острым шпилем. Как будто никогда прежде его в глаза не видела. Наступила длинная томительная пауза.

Вит первый нарушил молчание.

— Если то, что вы рассказали, соответствует действительности, — хмуро произнес он, — то я не понимаю одного: как Витт воспринял всю эту ситуацию, наверняка зная, что вас никогда не связывали узы брака?

Флора невесело усмехнулась.

— Можно только догадываться. Скорее всего, ему так было удобно. Я же говорю, он человек довольно рациональный... а самозванная жена к тому же весьма хороша собой. Разве нет?

— Очень, — Вит ничуть не покривил душой.

Она по-прежнему не смотрела на него, предпочитая поросшие елями горные склоны противоположного берега и гонимые легким ветерком мелкие волны.

— Ты не думай, мне от тебя ничего не надо, — сказала она. — И не твоя вина, что из-за досадного недуга из памяти выпала немалая часть воспоминаний... Я прекрасно понимаю: у тебя теперь совсем другая жизнь, в которой мне места нет. Просто хотелось, чтобы ты знал.

Вит слушал ее ровный уверенный голос и в который раз удивлялся поразительному спокойствию этой прелестной, но, очевидно, глубоко несчастной женщины. Как бы ему хотелось, чтобы все сложилось по-другому! Чтобы провалилась в тартарары эта чертова амнезия... чтобы не было нужды разрушать призрачные надежды, добавляя новые и новые разочарования.

— Ты права, — через силу выдавил он, — многого я не помню. В том числе и тебя. Извини, так уж сложилось. А потому, давай раз и навсегда решим...

–...что прошлой жизни у нас как будто бы не было? — ее прелестная головка с красиво уложенной в круг белокурой косой качнулась вправо-влево. — О, Вит, Вит... у тебя есть для этого серьезные основания?

— Серьезней некуда. Я безумно люблю и, мало того, трепетно обожаю свою жену, — он специально акцентировал слова «люблю» и «обожаю» в надежде, что это получилось у него убедительно.

— Которую жену, любимый? Первую, вторую?..

Он секунду помолчал, мучительно подыскивая достойный выход из положения.

— Единственную, — сказал он. — Простите, если сможете, Флора... Ты поразительно хороша, но люблю я другую.

Он поднялся и, не оборачиваясь, пошел прочь. На душе скребли кошки.

«О-о... оказывается, ты у нас двоеженец! — внезапно проклюнулся внутренний голос. — Шалун, однако...»

«Заткнись! — осадил его Вит. — И без того тошно.»

Внутренний голос послушно умолк.

«Бедная женщина, — думал Вит, торопливо вышагивая по дорожке в сторону жилого корпуса. — Два мужа... а по сути — ни одного. Невеста, а затем и супруга пораженного беспамятством амнезоида... малая толика счастья, а затем бесконечные будни с нелюбимым, а по сути абсолютно чужим человеком. Не позавидуешь... никому из нашей троицы. А более всего несчастной Флоре...»

Ему вдруг пришло в голову, что разговор с Йолой о Флоре и Фауне случился далеко неспроста. Почти наверняка пораженная недугом память вытолкнула наружу намек на воспоминание о реальном событии, главной героиней которого была именно Флора...

«Черт бы побрал и тебя самого, и твою приносящую лишь горе амнезию! — подумал он, проходя мимо охранника в жилой корпус. — И неуемную любвеобильность впридачу! Две жены за год — такое не под силу даже незабвенному Мигуэлю Ортеге!»

* * *

Алексей встретил его на пороге едва ли не с распростертыми объятиями.

— О-о!.. Кого я вижу! — радостно провозгласил он. — Ну, наконец-то, а то я совсем заждался!.. Уж вечер близится, а... э-э... тебя все нет и нет...

Казалось, еще немного, и он бросится Виту прямо на шею. Однако, заметив бледный и осунувшийся вид соседа по комнате, сразу посерьезнел и осторожно спросил:

— Что-то случилось? На тебе лица нет.

Вит молча прошествовал к койке и тяжело плюхнулся на край, низко опустив голову.

— Устал, как последняя собака, — объявил он. — Сначала Хайрулла этот, а потом... вообще жесть.

Он безнадежно махнул рукой.

— Это ничего, — засуетился Алексей. — Сейчас чайку организуем... глядишь, и полегчает. Я тут целый день сижу в полном одиночестве, представляешь? Озвереть можно! От нечего делать взялся за изучение кухни... правда, ничего толком так и не получилось... Везет тебе, хоть кто-то внимание обратил. А вот я, в отличие от тебя, вообще никому не нужен. Никому!.. Мне так и сказали: не нужен, говорят, ты нам ни с какой стороны, но и отпустить на волю никак не можем. Секретность, говорят. Весело, правда? Не думал, что придется доживать свой век в таком замечательном месте.

— Ну, это мы еще посмотрим... какие твои годы... А кто сказал?

— Да вчера... этот желторожий, который сцапал нас на дороге. Так и сказал: ты, говорит, застрял здесь надолго... А этот Хай... как ты говоришь?.. он кто?

— Хайрулла, — поморщившись, произнес Вит. — Местный царь и бог, вали по-ихнему. Удостоил меня высочайшей аудиенции.

— Ага... — Алексей долил кипятка в заварочный чайник и накрыл его полотенцем. — Ну и какое впечатление он на тебя произвел?

Вит поднял на него тяжелый взгляд:

— Сложное. Как бы тебе... э-э... пообразнее? О птерозаврах что-нибудь слышал? Или, например, о птеродактилях?

— Это летающие ящеры... верно? — Алексей достал откуда-то чашки и поставил на стойку. — Ну... если не ошибаюсь, то летали они очень давно. Я имею в виду — настоящие...