Фантастика 2026-112 - Арлен Аир

По счастью, враги успели перебить не всю охрану, и характер «дворцового» боя резко изменился. С третьего этажа прибежали новые наёмники, встревоженные шумом на втором, но вслед за ними появились и недобитые охранники, воодушевлённые внезапным подкреплением. Во дворе тоже поднялся тарарам: на выручку королю поспешали «обычные» бойцы, а количество напавших не увеличивалось… Поэтому те, с которыми мы дрались во дворце, быстро сообразили всю бухгалтерию и резко охладели к драке, хотя имели явное численное преимущество.

Я вырвался во двор, выбив перед собой через дверь одного из наёмников, на которого сразу стаей чёрных ворон налетели туземцы, принявшись с воплями тыкать упавшего копьями сверху вниз, держа их двумя руками наподобие лома, быстро превращая несчастного в фарш, хотя бой во дворце ещё продолжался и, вроде бы, надо было бы думать сначала о его зачистке. Ну, пускай себе развлекаются, а у меня – дела!

Я перебежал через мостик на другую сторону реки и помчался к нашему дому. В соседних то тут, то там раздавались крики, визги, стоны, но ощущения тотального трындеца у меня пока не возникало: значит, ещё не всё потеряно!

В нашем доме вход вместо дверей закрывался пологом, составленным из множества толстых ниток, обвешанных камушками и бамбуковыми палочками. Пройти сквозь него – как сквозь дым, и никакой защиты. (Тут некое подобие дверей ставят лишь на период сезона дождей да ещё по каким-то случаям – я не разбирался.) Моё сердце сжалось – я рывком отбросил полог в сторону, просочившись боком вовнутрь, чтобы не нарваться на бросок ножа.

В углу горело несколько свечей, а Уминовара сидела там на корточках. Волна облегчения и щемящей нежности захлестнула меня так, что я едва смог перевести дух и вдохнуть полной грудью. Однако, всё было хорошо, просто хорошо: я, отшвырнув окровавленные мечи на пол и сбросив щит туда же, поднял девушку на руки и прижал к груди, а она мягко обвила руками мою шею, прижавшись щекой к груди.

- Я знала, что ты меня спасёшь,..- прощебетала она в мою потную рубаху.- Я ношу двоих твоих сыновей, и ты не мог не спасти меня…

- Что?..- я всё ещё находился под шоковым впечатлением хрустящего хлопка дьявольской пасти, скоротечной мясорубки во дворце и страха, что не успею добежать вовремя, и поэтому ничего не соображал.- Как?.. откуда ты знаешь? Почему – сыновей?- может, одна девочка?...

Я бормотал кукую-то вот такую ахинею, а Уминовара лишь улыбалась, перебирая пальчиками по моей щеке.

- Мне об этом сказала воара-лига,- промурлыкала подруга.

- Ты ходила гадать к знахарке, что ли?- не понял я.

- Воара-лиги – не знахарки,- искренне изумилась Уминовара.- Они – ведуньи.

- Да какая разница?! Тоже, небось, ворожила чего-то и наболтала, что придётся…

- Воара-лиги никогда не ошибаются,- подруга даже обиделась немного.- Никогда такого не было. Они угадывают, кто родится, хоть у человека, хоть у животного. Они ВИДЯТ…

Быть может, эти воара-лиги и правда видят многое, да только я, обескураженный, проморгал сущую малость: появление нескольких врагов. Полог на входе прошуршал вполне явственно, а я был всецело занят вопросом о точности полученного предсказания. А потом оказалось поздно дёргаться: наёмники вальяжно входили в дом один за другим, обходя меня боком-боком, а я оказался отрезан от мечей, и руки мои держали драгоценную ношу, которую тоже вот так запросто в угол не отшвырнёшь…

Я попятился и осторожно, не спуская глаз с пришельцев, опустил охнувшую Уминовару обратно в её уголок, а сам шагнул вперёд, закрывая её своей фигурой. Ко мне за спину зашёл патлатый хмырь, вооружённый трезубцем, справа и слева оказалось ещё по одному, и навстречу надвигался ещё один. Заходивший сзади мог стать опасен для девушки, и поэтому я начал бой, врезав левому кулаком по морде быстрым разгибанием руки в локте, а сам быстро развернулся в сторону правого. И вовремя: тот уже рубил меня мечом по плечу, поэтому сразу же пришлось уклоняться, пригнувшись и снова разгибаясь: вражеский клинок свистнул возле правого моего уха.

Воспользовавшись тем, что рубанувшего по инерции согнуло почти пополам, я шагнул навстречу четвёртому, левой рукой толкнул кулак его правой руки, сбивая ему удар, а сам тут же врезал тому в подбородок, попав в зубы – тот попятился, мотая крепкой башкой, явно знававшей удары и покрепче.

Я же снова развернулся к правому, поднимающему руку для второго удара, и, сблизившись с ним, ударил локтем левой руки по правой части его шеи, распрямляя руку и делая пригибающее к земле движение – у того вместо удара получилось что-то вроде поклона.

Я опять обратился к тому, кто получил по зубам, но подняв голову, снова попёр вперёд. Он ещё окончательно не очухался, как тут же получил от меня ещё один удар и был вынужден попятиться, прижимая левую свободную руку к горлу и подбородку и снова мотая головой.

Между тем получивший по морде самым первым сделал широкую отмашку мечом – я, изогнувшись и втянув живот, постарался выгнуться максимально назад, но всё же меня чиркнуло по коже, располосовав рубаху и даже лёгкую кольчугу. Теперь уже мне пришлось отступить к стене, поближе к Уминоваре, чтобы восстановить дыхание и оглядеться.

Ага, подойдёт!- я схватил невысокий столик, больше похожий на низкий табурет с большим сиденьем, и, махнув им вправо-влево, отогнал двоих наседавших: со столика мигом слетела вся мелочёвка, в т.ч. и дымившиеся ароматические свечи. Босяк с трезубцем всё выжидал, а вот получивший по шее всё-таки сумел рубануть меня с третьей попытки, но его меч остановил табурет, поднятый мной над головой, да так, что лезвие прочно застряло в нём.

Я крутанул в руках предмет мебели, и застрявший меч вырвало из рук противника, а сам он тут же получил табуретом по шее – несчастный столик всё-таки развалился, но зато и напавший получил весьма неслабо.

Тот, кто сумел меня царапнуть, попытался вогнать свой искривлённый меч мне в живот, сжимая его двумя руками – да, вот так примитивно, по-крестьянски. Я левой рукой подхватил гарду его меча, и, забросив себе на плечо, прижал к своей шее – а правым кулаком тут же стукнул напавшего снизу в живот, благо он сблизился со мной вплотную. Не теряя ритма, я забросил правую руку на его правое плечо, ухватил за шею и, не отпуская его заблокированные со сжатым мечом обе руки, сделал вместе с ним разворот в сторону, припечатал врага