Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

Однако долго так не продлится, — внезапно взгляд Геракла стал стеклянным, — Я знаю, как ты любишь жизнь, Сизиф. Поэтому я бы, конечно, посоветовал тебе уносить ноги, пока ты её не потерял, однако… походу, некуда.

Я сглотнул ком в горле. Люди говорят такое перед тем, как сообщить очень плохие новости. Полубоги тоже говорят такое перед тем, как сообщить очень плохие новости.

— Если Боги одержат верх… — Геракл развёл руками. — … они перезапустят Вселенную. Объединят усилия и пересоздадут её. И тогда наша с тобой судьба…

— Них*я не завидна.

— Них*я не завидна, — согласился Геракл.

Я злобно выдохнул.

Нет, нет, нет. Я вернулся спустя тысячу лет наедине с долбанным камнем. Чтобы пару месяцев походить по зеленым лужайкам… и подохнуть вместе с остальным миром?

Нет.

— Геракл, — обратился я к здоровяку. — А ты не мог бы совершить тринадцатый подвиг и помочь мне свалить отсюда незамеченным, а?

Тот добродушно улыбнулся.

— Помочь старому другу — это не подвиг, Сизиф.

* * *

Данте стоял в углу комнаты. Честно говоря, обстановка была настолько напряжённой, что он даже начал скучать по своей командировке в Ад.

— Азиатский пантеон в бешенстве, — громогласно пророкотал Зевс. — Они требуют немедленного ввода войск.

Новости про случившиеся с Чжунли добрались до Богов мгновенно. Для всех божеств вся история с тем как, люди уже больше столетия надругиваются над павшими трупами их собратьев, была больной темой. Но то, что случилось с телом Чжунли — переходило все границы.

— Их можно понять, — тихо добавил Ра. — Мало того, что эти ничтожества выставили его напоказ, как какое-то животное. Мало того, что выкачивают из него весь нектар. Так теперь ещё и решили показательно сжечь на потеху толпе! Я согласен, что мы должны ответить.

Данте смотрел то на одного Бога, то на другого. Разумеется, у него были и свои мысли по поводу случившегося, однако произносить их здесь было бы буквальным самоубийством.

— Я так понимаю, — в центр комнаты вышел Один, — мы не хотим побеждать людей быстро. Мы опять хотим погрязнуть на много лет в жестокой войне. Вы это предлагаете?

Зевс раздражённо фыркнул.

— Нет, конечно. Но оставлять это безнаказанным… что, если бы это был труп твоего сына, Один?

Один покачал головой.

— Оставь эти манипуляции для той толпы землянок, с которыми ты сношаешься, Зевс. Сейчас у нас нет достаточного количества сил для победоносной атаки. Вы не послушали, когда я говорил не трогать заставу Крестрама. А теперь люди зашевелились. Не повторяйте эту ошибку.

Ра крепко сжал кулак.

— В его словах есть доля правды, Зевс. — египетский Бог глянул куда-то вверх. — Но неужели у нас совсем не остается вариантов для мести?

Слева от Данте раздался кашель.

— Господа, если позволите… — в центр, к Одину вышел молодой Бог с острыми чертами лица. — Все стороны здесь правы. Удар нанести необходимо. Всё же люди должны не забывать, что мы такое и на что мы способны.

Зевс довольно улыбнулся. Парень тем временем продолжил:

— Однако и спешить нам некуда. Для полноценного вторжения нам нужно убедить остальные пантеоны присоединиться к нам в этой затее, а сами знаете, с этим есть небольшие проблемы, — он развёл руками. — Что индийские, что славянские божества пока что не горят желанием идти войной на людей.

Парень посмотрел на Данте.

— Да даже миссия Данте с армией из Ада провалилась. Большинство воинов, которых он вытащил оттуда, уже давно сошли с ума от пыток, — он сделал паузу. — Некоторые и вовсе пропали. Поэтому вторгаться прямо здесь и сейчас будет глупо.

Ра хотел было запротестовать, но парень вежливо поднял руку в просьбе его не перебивать.

— Однако… это вовсе не значит, что мы не можем действовать несколько иначе.

Все трое Богов с интересом уставились на парня. Один хмыкнул.

— Локи, сынок. Что у тебя на уме?

* * *

— А-а-а-а-а-а!

Это так я кричал, пролетая над телом Чжунли.

Помощник сраный! И это твоя великолепная идея? Скрутить меня в шарик и кинуть вверх посильнее?

«Только так мы сможем обойти охрану, Сизиф».

Да пошёл ты!

Геракл, конечно, сказал, что будет целить мною в склад с мягкими игрушками. Однако, наверное, он забыл, что у складов с мягкими игрушками есть неприятное свойство иметь над собой твёрдую крышу, мать его!

Я сгруппировался и только и мог, что повторять про себя — «Шезму, Шезму, Шезму»…

Через пару секунд я с грохотом пробил крышу склада и обнаружил себя в окружении плюшевых Торов и Афин. Благо, крыша оказалась довольно хлипкой и я отделался всего парой переломов, которые уже спустя секунду излечились с помощью навыка.

Поднявшгись на ноги, я отряхнулся. Одежда изорвана и испачкана кровью. Вот уж помог так помог, дружище.

На улице всё ещё шумели сирены; как тревожные, по всему периметру, так и те, что стояли на пожарных машинах, мигом съехавшихся к месту происшествия. Поэтому, кажется, моё приземление прошло незамеченным.

Я поспешил выбраться со склада.

Народ на улице выглядел довольно встревожено. Впрочем, дела мне до этого особо не было. Я рыскал взглядом в поисках Пети и компании в надежде, что их ещё никуда не забрали.

К счастью, после пары минут прогулки я обнаружил их всех (не считая Каменева, которого, наверное, уже увезли на скорой) в окружении сразу несколько полицейских.

Я быстро подошёл к студентам. Сейчас допрашивали Кислевского-младшего.