Фантастика 2026-145 - Ярослав Яловецкий

— Дела дрянь… — пронеслось в голове. — И ведь с тем братком с «Кайена» вроде разошлись по-хорошему. Тогда кто это такие и что им надо? Точно не грабить меня пришли…

— Вы, видимо, ошиблись, — сказал Макс, невольно отступая, пока спина не уперлась в холодный металл гаражных ворот. Взгляд метнулся в поисках лазейки для бегства, но бойцы уже встали так, что пути к отступлению не осталось.

— Давай обойдемся без рукоприкладства, шкет. Ты просто пройдешь к нам в машинку, и мы там спокойно поговорим, — улыбнулся лишенный половины зубов мужик, стоявший сзади бойцов.

Ага, поговорим… — подумал он и, вспомнив наставления Михалыча, нанес удар в челюсть одному из бугаев. Вот только в челюсть он не попал — тот ловким движением увернулся и впечатал тяжелый кулак прямо в живот Максу. От удара он невольно начал падать на колени, но заботливые накачанные руки не дали ему этого сделать — его подхватили под плечи и поволокли в сторону черного внедорожника.

— Похож, — то ли с удовольствием, то ли с отвращением, произнес толстый до безобразия мужик, подняв задрав голову Макса схватившись за волосы, когда его затащили в небольшой -то ангар за городом и посадили на стул, попутно привязав руки и ноги к нему.

Макс сразу узнал этого так сказать человека. После посещения кладбища он долго искал его в сети и наткнулся на некого Георгия Георгиевича Кабанова — известного бизнесмена, который занимался заготовкой леса и еще кучей всего. Там был длинный список.

— Ты кто такой? — спросил Макс.

— Я старый друг твоего папаши, — улыбнулся тот и похлопал, будто опухшей от укусов пчел ладонью, Макса по щеке.

— Какой, нахрен, папаша? Мой папаша — в…э

— Я не о Леониде Смирнове, твоем отчиме, хотя ты и сам это уже, наверное, понял. Какое у тебя отчество в паспорте записано? Да и ты же с матушкой вместе на могилку Сычева ходил, значит, она уже рассказала, что он твой родитель.

— Сычев, — буркнул Макс себе под нос.

— Сычев… — Кабанов прямо прожевал это слово с отвращением. — Терпеть его при жизни не мог. Жаль, тогда не завалили. Но ничего, сам окочурился. Знаешь, я даже когда его труп в печке сжигали, все равно не мог поверить, что эта сволочь сама подохла. Честно… есть же в жизни справедливость.

После этих слов толстяк окинул взглядом пустой ангар, вытер со лба выступивший пот и рявкнул:

— Стул притащите! Или вы хотите, чтоб я тут столбом торчал⁈

— Вам бы здоровье проверить, — сам не зная почему, выпалил Макс.

— А ты точно его сынок. Хотя это и так понятно, — потряс он измятой бумажкой перед лицом Макса. — Генетический тест не обманешь.

— Говори, чего надо или ты поболтать меня позвал! — не сдержался Макс, и тут же пожалел о своем взрывном характере.

В следующий момент он получил жесткий удар по почкам от стоявшего за спиной амбала.

— Поаккуратнее, не хватало, чтобы он помер, — рявкнул Кабанов.

— Простите, — ответил боец.

— Ладно, кх… — мерзко прочистил горло Кабанов и сплюнул Максу под ноги. — Хочешь узнать, что мне от тебя надо, сопляк? Все просто. Завтра мы с тобой, Максим, отправимся в одно место, и ты подпишешь там все документы, которые тебе дадут. И сделаешь это, улыбаясь, как самый счастливый сукин сын в мире.

— А больше тебе ничего не надо? — не успел договорить Макс, как получил еще один удар по почкам.

Он прекрасно понимал, в какой ситуации оказался, но сделать со своим характером ничего не мог. Когда его пытались гнуть, он всегда отвечал. Поэтому не ужился с отчимом, да и с тем же Михалычем в секции бокса тоже.

— Вижу, ты такой же несговорчивый, как и твой покойный папка. Ничего… Посидишь, подумаешь, что будет с твоей мамкой и сестрой. Знаешь, этим ребятам ой как не хватает женской ласки, — сказал Кабанов, бросив взгляд на тех, кто находился в ангаре вместе с ним и Максом.

После этих слов у Макса сжалось сердце от страха. Ему не было дела до денег Сычева — он прекрасно понимал, что до них ему все равно не добраться, и потому даже не помышлял о том, чтобы претендовать на наследство. Без них он и так неплохо обходился. Но за сестру и мать он был готов отдать жизнь. По крайней мере, он так думал.

— Я подпишу! — крикнул Макс ему вслед, но толстяк даже не обернулся.

— Шеф, я принес, — вошел в сарай один из бойцов с обычным деревянным стулом.

— Что принес? — спросил Кабанов.

— Стул.

— Да в жопу себе засунь свой стул, — бросил Кабанов, проходя мимо.

— Стул он принес! — дал подзатыльника бойцу тот самый мужик с сиплым голосом, который и привез сюда Макса.

— Стой! Я все подпишу! — еще раз крикнул Макс в отчаянии, но никто даже не обернулся. Через несколько секунд тяжелая металлическая дверь ангара захлопнулась.

Макс от отчаяния взвыл и изо всех сил попытался разорвать веревки, но те лишь сильнее впились в кожу.

— А тебе еще что надо… — зло ругнулся Макс, когда увидел стоящую у выхода из ангара ту самую старуху, что преследовала его.

Старуха не обращала внимания на слова парня — лишь молча стояла и смотрела на него своими черными, лишенными зрачков глазами. В ее взгляде не было ни жизни, ни движения — только пугающая неподвижность. Он будто бы смотрел в глаза мертвеца.

Он боялся ее, несомненно. Но сейчас ему было не до страха. Хоть бы тут черти гопака начали плясать — все его сознание занимала одна мысль: если эти твари хоть пальцем тронут его родных, он убьет их.Убьет их всех.

— Чего⁈ — выкрикнул он, когда снова встретился взглядом со старухой — и только тогда заметил: она уже не у двери. Она стояла всего в нескольких метрах от него.

— Думаешь, напугаешь? Да мне плевать на тебя! — рявкнул Макс.

— Ты че разорался? Местным кошкам спать мешаешь, — сказал один из тех, кто при входе в гараж приложил Макса, распахивая дверь.

— Лех, да забей. Пошли обратно в тачку, пусть орет дальше — все равно его тут никто не