Кто правит миром. Том 1 - Цин Линъюэ

– Ты тоже устал сегодня, иди отдохни. – Хуан Чао похлопал его по плечу.

Юй Уюань кивнул.

Оба повернулись и направились в лагерь.

В ту ночь, при ясной луне и легком ветре, небо было усыпано звездами.

В центре лагеря Всадников Ветра и Облаков стоял белый шатер правительницы, на крыше которого сидела, скрестив ноги, Фэн Сиюнь, глядя в небо.

– Так поздно, а ты еще не спишь? – вдруг раздался голос Фэн Ланьси снизу, и он легко вспрыгнул на крышу. – Наблюдаешь за звездами, есть ли какие-то открытия?

Говоря это, он сел, скрестив ноги, и оглядел Фэн Сиюнь.

Фэн Сиюнь, очевидно, выскользнула сюда после отхода ко сну, на ней была лишь тонкая белая нижняя рубашка, длинные черные волосы рассыпались по плечам и спине, словно стекая по крыше шатра. Ее лицо было белым как снег, выражение – расслабленным, лунное украшение на лбу перекликалось с полумесяцем в небе, излучая мягкое сияние.

– Помню, в детстве няня говорила мне, что каждой звезде на небе соответствует человек на земле. В «Нефритовых речах о небесных явлениях» также сказано, что небесные созвездия отражают все, что происходит в нижнем мире, – тихо сказала Фэн Сиюнь, глядя на звезды. Звездный свет словно падал в ее глаза, делая их ярче небесных светил. – Если это правда, то мы с тобой тоже среди этих звезд. Скажи, какая звезда – это я? А какая – ты?

Фэн Ланьси приподнял бровь, подняв взгляд к небу, его лицо было невозмутимым, голос – невозмутимым:

– Та, что является императорской звездой, – это я. А та, что рядом с императорской, – это ты.

Эти слова, произнесенные кем-то другим, звучали бы высокопарно и амбициозно, но когда он озвучил их непринужденным тоном, не изменившись в лице, в этой небрежности прозвучали только его природные надменность и чувство превосходства.

Фэн Сиюнь повернула голову, чтобы посмотреть на него, Фэн Ланьси тоже повернулся к ней, их взгляды встретились, оба были спокойны и безмятежны, словно два тихих озера, ясных и чистых, отражающих друг друга с кристальной четкостью.

Спустя долгое время Фэн Сиюнь спросила:

– Почему ты хочешь стать императором?

Ее тон был умиротворенным, она смотрела на него непосредственно, без любопытства, не допытываясь, словно это был самый обычный вопрос.

– Потому что я буду хорошим императором, которым восхищается вся Поднебесная, – так же спокойно ответил Фэн Ланьси, его черные глаза были глубоки и ярки, словно звезды, вставленные в ночное небо.

Фэн Сиюнь молча разглядывала его некоторое время, затем подняла голову к ночному небу, усыпанному звездами – одни были большие, другие маленькие, одни яркие, другие тусклые. Она опустила голову, раскрыв ладонь, внимательно вглядываясь, словно могла увидеть на ней нечто недоступное другим. Потом она медленно расплылась в невесомой улыбке:

– Хорошо, я помогу тебе завоевать Поднебесную, положить конец этой смутной эпохе!

При этих словах глаза Фэн Ланьси сверкнули, на его лице медленно расцвела легкая, нежная улыбка. Он протянул руку и посмотрел на нее:

– Договорились?

Фэн Сиюнь взглянула на его руку и протянула свою:

– Договорились.

Их руки медленно сблизились, кончики пальцев легко коснулись ладоней друг друга, затем переплелись, повернулись, обвились… Две одинаково белые, длинные, благородные руки теперь крепко сплелись, безмолвно совершая древний ритуал, символизирующий обещание, которое они не нарушат до самой смерти.

– Смутная эпоха закончится в наших руках, мы с тобой разделим эту Поднебесную! – Их руки все еще были сплетены, сияющие глаза Фэн Ланьси не моргая смотрели в глаза Фэн Сиюнь.

Фэн Сиюнь слегка опустила веки, по ее губам скользнула улыбка, неуловимая как ночной ветер, полная одиночества и печали, но когда она снова подняла глаза, то уже улыбалась просто, как всегда.

В тот момент на маленькой крыше шатра, где они только что дали клятву, в эту немного душную летнюю ночь, Фэн Ланьси вдруг почувствовал холод в сердце, мир внезапно стал пустым и одиноким, и он невольно крепче сжал руку Фэн Сиюнь, которую она уже собиралась отнять.

– Ай! – Фэн Сиюнь резко вдохнула, недоуменно глядя на Фэн Ланьси.

Но Фэн Ланьси лишь крепче сжал ее руку.

Фэн Сиюнь тихо вздохнула, затем сердито посмотрела на Фэн Ланьси:

– Черный Лис, если не отпустишь руку, не вини меня за то, что я использую «Крик феникса, сотрясающий небеса»!

Услышав это, Фэн Ланьси вздохнул с облегчением. Это была ее рука, ее брови и глаза, ее слова… Его сердце вдруг наполнилось теплом, он отпустил ее руку, мягко глядя на Фэн Сиюнь, на его лице медленно расцвела улыбка.

– Что ты сейчас делал? Ты чуть не сломал мне руку! – Фэн Сиюнь, потирая пальцы, с упреком посмотрела на Фэн Ланьси и как раз увидела на его лице эту мягкую, подобную облаку улыбку. Она замерла, уставившись на него, затем придвинулась ближе, протянула руку, чтобы коснуться его лица, даже принюхалась, бормоча: – Тот же запах, кожа тоже не изменилась, это Черный Лис, но…

– Что ты творишь? – Фэн Ланьси протянул руку, отталкивая Фэн Сиюнь, которая почти навалилась на него. Когда это теплое, мягкое тело с легким ароматом отдалилось, он вдруг почувствовал сожаление, его рука замерла на ее плече, колеблясь, не решаясь оттолкнуть или обнять.

– Это точно Черный Лис, – уверенно сказала Фэн Сиюнь, но все еще с недоумением смотрела на Фэн Ланьси. – Но вот эта недавняя улыбка…

Она изучала его лицо взглядом:

– Улыбнись еще раз, как только что улыбался.

Фэн Ланьси проигнорировал ее, взмахнув рукавом, словно стряхивая с себя легкий аромат.

– Черный Лис, ну улыбнись еще раз так же. – Фэн Сиюнь снова придвинулась к нему, протягивая руку, словно снова хотела коснуться его лица.

– Эх, женщина, ты помнишь, что ты женщина? – Фэн Ланьси глубоко вздохнул, отмахнувшись от ее руки, с беспомощной улыбкой глядя на нее.

– Опять эта лисья ухмылка! – Фэн Сиюнь скривила губы, тут же отдернув руку, но все еще пристально смотрела на него. – Та улыбка была необычной.

Фэн Ланьси слегка удивился:

– Чем она была необычна?

– Хм, чем она была необычна? Эх, не могу вспомнить. А-а-а… – Фэн Сиюнь зевнула. – Я устала, подумаю об этом, когда проснусь. Хм… в такую ночь звезды должны сопровождать мой сон.

С этими словами она откинулась назад и легла, повернувшись спиной к Фэн Ланьси, собираясь заснуть, но вскоре повернулась обратно. Ее глаза уже были закрыты, голова привычно устроилась на колене Фэн Ланьси, рука схватила его рукав и накрыла им лицо, а губы сонно пробормотали:

– Черный Лис, отгоняй от меня комаров, это