Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

нужно искать укрытие. – Она махнула рукой в сторону приближающейся бури. Цветика казалась маленькой даже по сравнению с другими арборами, ее белые волосы были, как обычно, растрепаны, а после долгого путешествия ее свободный красный халат стал еще более изношенным. Цветика была старейшей арборой при дворе, и от старости ее кожа утратила цвет, отчего она казалась гораздо более хрупкой, чем была на самом деле. А еще она возглавляла касту наставников – арборов, служивших шаманами, прорицателями и целителями. – Нам в любом случае придется спуститься под лесной полог, так что Утес прав – стоит попытаться добраться до новой колонии.

Жемчужина хлестнула хвостом, но было трудно сказать, на что именно она злилась – на бурю, на Цветику или на все сразу. Поверх ее сверкающей золотой чешуи бежал темно-синий паутинчатый узор. Ее грива была пышнее, чем у Нефриты, а на сложенных крыльях и на хвосте было больше гребешков. На голову выше любого окрыленного, она была одета в одни лишь украшения – широкое ожерелье с золотыми цепями и полированными голубыми камнями. Она сказала:

– И птенец мог бы дать мне такой совет.

Шипы Нефриты дернулись – она с трудом заставила себя промолчать. Молодая королева старалась не ссориться с Жемчужиной, и Лун надеялся, что она продержится хотя бы до тех пор, пока они не доберутся до колонии. Цветика, относившаяся к Жемчужине с гораздо большим терпением, сухо сказала:

– Значит, в следующий раз спрашивай у птенца.

Вечер был поздний, и уже наступали сумерки. Гром непрестанно грохотал, небо потемнело, затянувшись тучами, и дул холодный влажный ветер. Арборы и окрыленные в напряженном ожидании столпились на палубе; почти все были в земном облике, желая поберечь силы. Луну, поскольку он был консортом, нашлось место у самого борта. Он стоял рядом со Звоном и Набатом – главой касты солдат.

Набат почесал плечо сквозь рубаху и поморщился. Его ранили во время нападения Сквернов на колонию – нападения, в ходе которого погибли многие другие солдаты, – и теперь вся его грудь была исполосована шрамами. Он сказал:

– Надеюсь, Почка знает, что делает.

Почкой звали учительницу, которая под руководством Нирана управляла «Индалой». Звон беспокойно поежился, но сказал:

– До сих пор у нее все получалось.

– До сих пор ей не приходилось ничего делать. – Набат кисло на него посмотрел. – Только двигаться вперед и останавливаться.

Набат и Бубенчик – новый глава касты учителей – были братьями Звона по выводку. Внешне оба совсем на него не походили – в земном облике у Набата и Бубенчика были темные волосы и скорее коричневая, а не бронзовая кожа, хотя ростом братья были выше других арборов. В том, что в выводке арборов родился воин, не было ничего необычного – порой такое происходило, и наставники называли причиной этому то, что арборы на протяжении многих поколений случались с королевами и консортами. Необычно было то, что Звон родился арбором-наставником, а не окрыленным воином.

Примерно цикл назад, задолго до того, как Лун пришел ко двору, Звон перевоплотился и принял облик воина. Цветика и другие наставники считали, что виной тому было давление, которое на двор оказывали болезни и войны, а также то, что у них перестали рождаться воины. В отличие от арборов, воины были бесплодны и могли путешествовать на большие расстояния, чтобы добыть пищу. Звон пришел в ужас от такой перемены и, насколько мог судить Лун, до сих пор не смирился с ней.

– Ладно, – раздраженно сказал Звон Набату. – Оба корабля разобьются, и мы все умрем. Ты доволен?

– Тогда нам стоит сделать это поскорее, пока нас не убил шторм, – сказал ему Набат.

«Вот теперь я вижу сходство», – подумал Лун, стараясь осторожно сдержать улыбку. Только Набат был прав насчет шторма. Лун уже ощущал поблизости молнии – по его коже словно бегали разряды.

Внизу из разрыва в лесном пологе, задев крыльями ветви и листья, вылетел Утес. Он промчался мимо них, развернулся, а затем снова нырнул вниз, в тот же разрыв.

Нефрита, находившаяся на носу, крикнула Нирану:

– Нужно следовать за ним! Спускаемся!

Ниран, стоявший перед рулевой рубкой, похоже, пришел в ужас. Снова прогрохотал гром, напоминая всем, что выбора у них не было.

«Валендера» первой отправилась вниз. Осторожно лавируя, она спустилась в узкий разрыв между кронами, а арборы тем временем свешивались с борта и давали Нирану указания. Корабль миновал несколько слоев ветвей, которые поцарапали днище и борта и раскидали по всей палубе листья и обломавшиеся веточки. Наконец они оказались среди зеленых теней, и ветер стих, превратившись в прохладный, влажный, сладковатый бриз. На нижних ветвях деревьев росли пышные голубые и лиловые цветы, увивавшие и их темные серые стволы. Под кронами оказалось гораздо больше места, чем думал Лун, здесь было просторно и зелено. Летучие корабли могли с легкостью здесь пройти. Ниран отправил «Валендеру» вперед на малом ходу, проплывая между стволов и освобождая место, чтобы «Индала» тоже могла спуститься к ним.

Лун перегнулся через борт, пытаясь увидеть землю, но она была в сотнях шагов под ними и терялась в тенях. Под кораблем он смог разглядеть покрытые растительностью платформы, выступавшие из деревьев и полностью окольцовывавшие стволы, соединяя их друг с другом как сетью. Многие казались достаточно большими, чтобы на них могла опуститься «Валендера». Они были похожи на связанные куски небесного острова, покрытые травой и цветами, утопающие в лианах и поддерживающие целые рощицы деревьев поменьше. Но когда корабль приблизился к одной из них, Лун увидел, что платформы представляли собой толстые ветви, сросшиеся вместе и переплетшиеся подобно широким лентам. Земля и семена, принесенные ветром, скопились на них, превратившись в плотный грунт.

Все молчали, озираясь по сторонам.

– Это исполинские древа, – прошептал Звон, перегибаясь через борт. – А на платформах растет висячий лес. Я читал о таком давным-давно, но никогда не думал, что увижу все своими глазами.

Когда «Индала» без происшествий спустилась к ним под кроны, Ниран вышел из рубки и окинул критическим взглядом лесной полог.

– Скорее всего, мы будем в безопасности, если сможем пришвартовать корабли где-нибудь внизу.

Набат кивнул, глядя вверх.

– Вот только мы промокнем. – Высоко над ними напористый ветер гнул верхушки деревьев и рвался сквозь листву, а дождь прерывистым потоком проливался вниз.

Утес показался из верхних ветвей, спустился вниз и приземлился на палубу, подняв небольшую суматоху. Арборы и окрыленные бросились в стороны, уступая ему место, и корабль качнулся под его весом, прежде чем он принял земной облик. Капли дождя, уже намочившие его чешую, упали на палубу,