Фантастика 2026-112 - Арлен Аир

Эпилог

На другой день я проснулся поздно: измотался так, словно в одиночку разгрузил целую баржу, заполненную мешками с зерном. Конечно же, львиную долю усталости я заработал вовсе не штурмом дома Антиквара, а разбирательством с городской стражей.

В этом сумасбродном государстве мой дворянский титул ничего не значил, и меня мытарили так, словно я уличный воришка какой-то. Требовали доказать, что безголовый труп – это труп наследника Антиквара. Мол, кто подтвердит, что он – это он?- лица-то же нет! А моё честное слово нафиг никому было не нужно. Вот уж воистину дикари… да та же Уминовара любое враньё читала на раз-два, а эти обязаны это уметь – и не могут!

Наручники мне надевал мой правый конвоир — я попросил жену обыскать его карманы. Как и предполагал, ключ оказался у него, и Ведит расстегнула мои оковы. После освобождения мы принялись торопливо стягивать с трупов бронежилеты и запихивать их вместе с наручниками под кровать в спальне, чтобы у местной тайной полиции не возникли к нам лишние вопросы. Жена, работавшая на Станции медиком, выполнила эту работу так ловко, что было видно: ей чем-то подобным заниматься уже доводилось… Протыкать покойников мечом лучше всего, когда они без броньки, да ты и не проткнёшь бронежилет, полученный на Станции – только вспотеешь без толку.

У Антиквара в кабинете над рабочим столом висел меч, подходящий для такой импровизации – я его выхватил из ножен и замарал так, чтобы рассказывать о том, как я ловко покрошил всех врагов. А то, небось, местные блюстители закона могли бы повесить на меня статью о колдовстве: дескать, у покойников головы полопались из-за моего шаманства.

Как ни обидно, но моей жене верили больше: она показала в подвале глухую каморку, в которой её держали. А то ведь я мог получить обвинение, что в компании с уголовником ворвался в дом к честным гражданам и порубал их в капусту ради вящего развлечения. Да запросто! Как вам такое, уважаемый читатель: бабе-мещанке сразу верят, а столбовому дворянину, никогда не опускавшемуся до роли отмороженного головореза – нет. Определённо, тут страна наоборот!

А когда я рассмотрел попавшийся меч получше, то обомлел…

Гибкий, с воронёным отливом, острый, как бритва, хорошо сбалансированный – он прямо-таки сам так и тянет твою руку рубануть что-нибудь. Рукоять – из гладкого дерева какой-то красной породы, пропитанного потом прошлых владельцев, с выемками для пальцев. Полукруглаягарда украшена витыми узорами и замысловатой чеканкой.

МОЙ МЕЧ! ТОТ САМЫЙ, КОТОРЫЙ МНЕ ПОДАРИЛ УЧИТЕЛЬ!

Господи Боже, Пресветлый Вседержитель наш! Я потерял его по глупости буквально в первые дни войны, и не верил, что он когда-нибудь ко мне вернётся. Невероятно: он ходил из рук в руки, пока не попал за океан и не оказался в закромах ненормального любителя старых ценных вещичек, которому я нанялся в телохранители!

Но, раз он прилип к загребущим рукам Антиквара,- стало быть, у этого меча имеется какая-то особенная ценность, про которую Учитель мне ничего не сказал. Зачем он вообще отдал подобное диковинное оружие глупому пацану с ветром в голове? Не иначе, чувствовал приближение смерти и хотел, чтобы оно досталось тому, кого выбрало его сердце, а не алчным любителям бесхозного имущества. А я… а я не оправдал его надежду! Хоть плачь сейчас, а что толку?

- Воин, твой путь закончен. Бери свой меч и ступай домой,- сказал мне Учитель за моей спиной.- Ты свободен.

- Почему закончен? Что, больше войн не будет, что ли?- удивился я, любуясь великолепной работой создателя, пусть и запачканной всякой дрянью.

Погоди!!! Какой Учитель?!!

Я, поражённый до глубины души, резко оглянулся: позади – никого. Ну, да, а кто там должен был быть? Учитель-то умер давным-давно… почти «сто лет назад». Но внутри меня поселилось такое уверенное чувство, что он действительно мне что-то сказал, что даже пяткам стало холодно. А я привык верить своим пяткам… потому и выжил.

Потрясённый, я некоторое время оглядывался, слонялся по комнатам в необъяснимом желании увидеть-таки Учителя и одновременно страшась этого,- ходил, не веря, что мне просто почудилось.

Но затем в дом ворвались стражники и выбили меня из ступора.

А после всех муторных разбирательств и допросов, когда меня отпустили под честное благородное слово, что я так больше никогда делать не буду и впредь стану выручать дражайшую супругу или ещё какую родню, близкую или дальнюю, любимую и не очень, лишь с помощью стражей порядка, обязанных заниматься подобными делами, а не с помощью… хм, непонятно каких крайне подозрительных эмигрантов, хороших лишь в мёртвом виде, мне пришлось потом ночью усиленно доказывать жене, что я и правда по ней очень-очень сильно скучал. Поэтому и проснулся поздно.

Ведит лежала на боку, закинув на меня руку и ногу. Хм, очень такой хозяйско-собственнический жест: даже Уминовара такого себе никогда не позволяла. Ну, ладно, проехали…

Меч Учителя стоял у изголовья кровати. Никто не усомнился, что он мой по праву: я, отринув свою дворянскую щепетильность к честности, залил тем олухам шикарную байку о том, что пришёл в гости к Антиквару, вооружённый своим собственным мечом, полученным когда-то от наставника по боевым искусствам. Уверен, что Пресветлый отнесётся к подобной лжи снисходительно…

- Не спишь?- спросила сонная жена, шевельнувшись.

- Проснулся,- ответил я.- Помнишь, я обещал тебе, что непременно сделаю тебе ребёнка, когда вернусь из джунглей?

- Ох, ты… а я-то думала: чего это ты так стараешься?- и она принялась игриво меня тормошить.

- Да я не об этом… вернее, и об этом тоже… тут вот какое дело: погиб мой друг, и я ему должен… у него осталась дочь сиротой – нам надо будет взять её на воспитание…

- Мы об этом… тоже поговорим… потом…

- Да, потом… как скажешь…

…

Штырь погиб, но я всё же смог передать весточку Лебедю, что хочу вернуться домой. Он не возражал, и в один прекрасный день мы втроём пересекли океан в обратную сторону.

Этот прекрасный день настал не скоро. Мне во время расследования смерти Красавчика попортили много крови: а зачем он выкрал твою жену? Какие у вас с ним были отношения? А у неё — с ним? А куда подевались все его телохранители?- ты их, конечно, всех втихаря порезал по одному, а трупы утопил в океане?

Приходилось честно отвечать: наши тесные