Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

— А он сильный маг? — проблемы с памятью Риша интересовали мало. — Способный?

— Весьма, — скупо ответил харен.

— Что ж, надеюсь на вас, — хайнес кивнул на мешок и целеустремлённо направился к Ёрделу.

Подойдя ближе, Узээриш ещё раз осмотрел скрытую в покровах плаща фигуру и обратился к тёмному:

— Господин.

Отозвался тот не сразу, не понял, что обращаются к нему.

— Вы брат госпожи Майяри? Я хотел сказать, госпожи Падубы.

Второе имя Ёрделу было ближе, его он помнил. И он медленно кивнул.

— Я хайнес Узээриш, — интуиция подсказала Ришу, что брат Майяри его не знает. — Наверное, сестра обо мне рассказывала.

— Нет.

— Неужели она не говорила о злодее, который не позволяет ей выйти замуж за харена?

Заинтересовать Ёрдела хайнесу удалось, но если бы он знал, какие именно мысли зароились в голове тёмного, то поостерёгся бы стоять рядом. В одно мгновение он встал в сознании Ёрдела на одну ступень с уже мёртвым Агаресом.

— Сестра уже его жена. Сегодня стала ею.

Ёрдел действительно плохо понимал семейные узы и не знал, как они создаются. Сестра не могла стать женой харена, потому что была чужой женой. Она стала свободной и стала женой харена.

Упоминание про «сегодня» подсказало Узээришу, что брат Майяри, похоже, ещё не знает об истинном семейном положении госпожи Майяри, а если и знает, то можно же немного злоупотребить своим положением и малость припугнуть. Ему необходим этот маг! Им с Зишем он необходим!

— Они посмели нарушить мой приказ, — прищурился Риш. — Я не одобряю харена как кандидата в мужья Майяри.

Хайнес Ёрделу нравился всё меньше и меньше. По его мнению, никто, кроме харена, не мог оставаться рядом с сестрой.

— Конечно же, я могу расторгнуть этот союз, если они имели наглость заключить его.

Ёрдел окончательно убедился, что хайнес для сестры зло, но в этот момент Майяри обернулась и с беспокойством посмотрела на господина Узээриша и умоляюще на брата. И тёмный заподозрил, что смерть хайнеса расстроит сестру.

Может, он и не зло? Тоже заботится о Майяри, просто ему не нравится харен.

— Но мы можем заключить сделку, и я закрою глаза на нарушение моего приказа.

Хайнес — вроде кто-то очень главный. Ёрдел с трудом припомнил что-то такое. Вероятно, его недовольство может вылиться во что-то совсем неприятное.

В этот момент мимо, быстро шагая, прошёл консер Шерех в сопровождении хромающего Фошия. Старик был весьма доволен, но хорошее расположение духа не затмило его слух, и он расслышал последние слова хайнеса. И так оживился. Притормозив, он обхватил себя одной рукой, второй упёрся в неё локтем и, положив на кулак подбородок, принялся с большим интересом наблюдать, чем же закончится хитрость молодого хайнеса.

— Я предлагаю вам занять место моего главного мага, — жёлтые глаза Риша хитро прищурились, — и тогда я закрою глаза на нарушение приказа.

Губы старого консера неудержимо расползлись в коварнейшей ухмылке.

Ёрдел не ответил сразу. Наверное, должность главного мага — что-то совсем дурное, и найти согласного очень сложно. Но ему не привыкать ходить по тёмным путям.

— Я согласен.

Риш с трудом сдержал ликующую улыбку.

— Отлично, тогда… — он лихорадочно зашарил в поясном кошеле. Следующий по пятам охранник услужливо протянул мешок, и Риш зарылся уже в него. Вынырнул с листом гербовой бумаги, закрытой чернильницей и пером. — Тогда составим договор. Сейчас…

Высунув язык, хайнес прямо на колене вкривь и вкось составил простейший договор: «Я такой-то принимаю на службу такого-то…», — размашисто расписался и протянул перо и бумагу Ёрделу. — Ваша подпись.

Ёрдел нерешительно взял перо и повертел его в пальцах. Писать он умел, точнее, помнил, как это делать. Но с момента казни ему почти не приходилось практиковаться.

Всё же кое-как своё имя он вывести смог, и Риш торопливо выдернул договор и, уже не сдерживаясь, ликующе улыбнулся.

— Прекрасно-прекрасно… Рад вашей сговорчивости. Будет ли мне позволено узреть лицо моего нового мага? — весело вскинул брови Риш. — Думаю, от меня-то вам скрываться не нужно, — и протянул руку для рукопожатия.

Ёрдел покладисто отодвинул капюшон на затылок, и улыбка молодого хайнеса несколько померкла, когда он увидел голубоватую каменную кожу. А когда тёмный снял перчатку и ответственно пожал окаменелой ладонью его руку, и вовсе застыл. Не сложенный договор глумливо зашуршал на ветру.

Тёмный счёл, что разговор окончен, и, надвинув капюшон на лоб, исчез. Просто испарился.

А выпрямившийся обалдевший Риш наконец заметил наслаждающегося зрелищем консера.

— Господин Шерех, вы знали? — прошипел Узээриш, и старик мгновенно засобирался.

Только далеко не ушёл. Стоило хайнесу направить свои стопы к нему, как старый волк охнул и схватился за поясницу.

— Ох, проклятый радикулит! — всплеснул руками Фоший и кинулся на помощь господину. — Надуло-то спину на этих драконах!

Наброситься с обвинениями на больного старика Риш не посмел, но проводил таким взглядом, что консер был просто обязан хотя бы споткнуться. Но не споткнулся.

Боги, взять на службу тёмного хаги! Риш застонал.

При виде Майяри радикулит волшебным образом отпустил спину старого волка, и он поиграл бровями в сторону Фошия. Тот театральным жестом расправил занавесом плащ, закрывая им господина, и Шерех зашуршал за ним.

— Эй, Майяри, — Вахеш осмелился навлечь на себя дедов гнев, — я бы на твоём месте бежал очень-очень быстро!

— Ты о чём? — не поняла девушка.

— Пяточки…

Плащ опал, открывая старого, полностью седого волка, и сердце девушки обмерло. Она метнула испуганный взгляд на мужа и поняла, что тот заступаться не будет. Волк ощерил пасть и с предвкушением облизнулся. Пятки вспыхнули огнём, и Майяри бросилась бежать. Волк скакнул за ней с радостным воем.

Через четверть часа даже невидимый Ёрдел понял, что сестре ничего не грозит. Зверь гонял девушку по всему лагерю, порой нагонял и прихватывал самые выпирающие части тела зубами, но не кусал и отпускал перепуганную жертву дальше. Майяри, даже не подумавшая отгородиться от волка щитами, испуганным зайцем металась между кострами, пытаясь спасти пятки.

Впрочем, ещё через пять минут, уже вися на склоне скалы и смотря вниз на облизывающего волка, Майяри сама поняла, что ей ничего не грозит.

— Вы же меня не укусите? — досадливо вопрошала она, но проверять