Фантастика 2026-2 - Олег Велесов

— Спина у нее ничего. А попка прямо прелесть… Жаль, девчонку.

— У нее, поди, и мужика ни разу не было. Как думаешь?

Они захохотали, а я, вздохнув, повернулся к этим шутникам.

— Что такое, господин?

Я кивнул в заросли у них за спинами. Секундой позже там зажегся красный глаз.

— Контакт!

И снова все потонуло в грохоте выстрелов. Бой был короткий, за время него Аки едва не убили трижды.

* * *

По подсчетам Аки, дюжину стычек убить ее должны были ровно сто двадцать три раза.

Двенадцать раз ее едва не задели свои, двадцать пять раз на нее чуть не наехало колесо, двадцать один раз ее бы спалили юды с огнеметами, сорок три раза они едва не погибла в когтях чудов и еще двадцать два раза ее едва не разорвало пулями и снарядами врага.

Но ей было плевать. Энергия Амерзонии давала девушке просто феноменальную увертливость и гигантское количество вариантов будущего. Стоило опасности оскалить зубы, как перед глазами плясали картинки — и Аки всегда выбирала единственно верный шаг. Иной вариант всегда грозил гибелью.

Да, иногда она ошибалась, и пуля проходила слишком близко, но это были считанные разы. Скоро она перестала ошибаться.

Во время очередной стычки, она даже перестала оглядываться. Просто бежала вперед, рассекая все, что двигалось на ее пути. Маскировку почти не снимала — зачем, если она всегда обходит смерть на шаг?

Перерубив хребет очередному чуду, Аки замерла. Вокруг ревела пальба, пули свистели прямо у нее над ухом, земля под ногами тлела от огня.

В голове вновь сверкнула картинка — страшный свист, и ей сносит полголовы. Аки сделала шаг вперед, пуля промчалась у нее за затылком, слегка взъерошив волосы.

Снова картинка: ее пронзает стрелой — Саша целилась в чуда, и не могла знать, что прямо напротив стоит невидимая Аки. И вот она — стрела, со свистом летящая в нее. Девушка сделала шаг вбок и разминулась со смертью на какой-то палец.

Глубоко вздохнув, Аки закрыла глаза. Стало темно, но звуки битвы стали громче. Грохот шагов гигантских тварей, рев пламени, свист стрел, стрекотание выстрелов и свист пуль — все заголосило втрое громче.

А затем пошли смерти. Десятки смертей. Аки шагала то влево, то вправо, то пригибалась, то прыгала — и каждый раз, опережая смерть на шаг. Затем сбросила невидимость и повернулась. Половина пуль тут же полетела в нее. Аки закрыла глаза и, завертевшись на месте, прыгнула…

Все потонуло в диком грохоте, жаре и реве. В себя она пришла уже на земле, крепко стоя на своих двоих. Затем ощупала себя. По щеке текла горячая струйка, плечо кровоточило, подпаленные волосы рассыпались по плечам… В остальном она была невредима.

Слегка повернув голову, она увидела ее — очередную смерть. Юдо-колесо катилось навстречу. До него было каких-то двадцать метров и сотня шансов уйти с зоны поражения.

Но Аки медлила. Отчего-то ей хотелось попробовать.

Пятнадцать метров. Десять. Семь… И вот юдо-колесо в пяти метрах. Шаг, и…

Аки закрыла глаза. Дождалась, пока до колеса не останется три жалких метра, и только тогда ушла вбок. Чудовищный ветер промчался за считанные сантиметры от нее — протектор едва не задел плечо, уже пару раз рассеченное пулями.

Еще миг, и Аки обнажила меч. Сверкнуло, и затем она убрала клинок в ножны. Колесо рухнуло где-то в лесу.

Аки открыла глаза, и увидела перед собой перекошенное лицо Ильи. У него был такой вид, будто он сам находился на грани. Какой-то миг ей казалось, что он ударит ее, и она снова закрыла глаза. От этого удара Аки не собиралась уворачиваться.

Прошла секунда, вторая… А картинки в голове отчего-то не появилось. Ни одной.

Аки открыла глаза. Ильи уже не было, а вокруг затихала схватка. Еще свистели пули, но стреляли где-то далеко. От этих пуль Аки уходила играючи.

Странно… Отчего не было картинок? Почему Илья не ударил ее НИ В ОДНОМ варианте будущего?

Она повернулась, и увидел еще одно лицо. Мила.

— Аки…

Перед глазами появились картинки, и во всех из них… Хлоп! — и подруга залепила ей пощечину.

Пискнув, Аки села там, где стояла. Щека горела огнем, а на глазах выступили непрошеные слезы. Осознать то, что Мила ударила ее ВО ВСЕХ возможных вариантах будущего, было слишком горько.

— За что⁈

— А ты не понимаешь? — и схватив ее за грудки, Мила встряхнула ее своими обжигающе горячими руками. — Что за цирк? Что за поведение⁈ Что это за кульбиты? Мы в Амерзонии, а не на танцах!

На них оглядывались, но обоим было все равно.

— Отпусти… — прошептала Аки одними губами. — Или я тоже ударю тебя.

Рука упала на рукоять меча, и только тогда руки Милы разжались. Пальцы Аки же только сильнее сжали меч.

— Спасибо, — бросила Аки, смотря Миле прямо в глаза. — Ты все еще не понимаешь, Мила? Не понимаешь, что убить меня они не смогут? Я вижу слишком много.

— Видишь? Ты⁈

— Да. А еще я вижу, что ты все еще не понимаешь, что мне давно не нужна нянька.

— Ах ты…

— С того самого дня, как я сошла на станции «Шардинск-17», необходимость в тебе отпала, — и на губах Аки загорелась улыбка. — Ты свободна, Мила.

И улыбаясь, она пошла прочь.

* * *

— Долой людов! Долой! Хватит нас мучить! Всех людов на сук!

Крики нарастали, где-то звенели разбитые стекла, а из-за домов поднимались столбы дыма. От выстрелов с крыш слетали стаи голубей, там же постоянно мелькали неизвестные в черном.

Вдруг оглушительно взвыла сирена и мимо переулка, где затаилась Шпилька, промчался броневик пожарных. За ним, одна цепь за другой, в сопровождении шагоходов появились жандармы со щитами.

Скоро они заполонили всю улицу и, перегородив ее, сомкнули ряды. На ветру заколыхались красные флаги — навстречу им двигалась разношерстная толпа.

— Назад, изверги! Шардинск наш! Долой людов!

И они прибавили шагу.

— Это плохо, — сказала Шпилька, выглядывая из-за угла. Жандармов были сотни. Нелюдей вдвое меньше. — Надо рассказать Илье, а не то… Ой!

Тут же рядом появилась Метта-714.

— Так, я все слышала! Какое тебе до них дело, редиска?

— Кто?.. — захлопала глазами Шпилька.

— Редиска! Снаружи своя, а внутри чужая! Ренегатка!

— Их же сейчас… — и кошка задергалась, будто внутри нее кто-то