Академия звезд. Истинная любовь землянки - Татьяна Бэк

Я буквально рухнула на диван, прижав к груди колени. Кажется, впервые за всё время почувствовала столь холодное, леденящее одиночество, потому что теперь точно знала: любовь бывает не только желанной. Иногда это — война и боль.

Глава 16

Мироздание будто чувствовало накал страстей между нами, и решила не давать ни дня отдыха.

На следующий день нас вызвали на совместную выездную симуляцию полета — группу из восьми курсантов, включая меня, Регнуса и Астора, распределили по командам для отработки навыков в условиях искусственного космокатаклизма. Задание: спасти условный экипаж, заблокированный на дрейфующем модуле, где сбоили системы.

— Вы трое — команда «Орион», и ваша задача сделать всё четко, быстро и правильно — с холодной улыбкой сообщил инструктор. — Слаженность команды важнее всего, так что постарайтесь. Удачи.

Между мной и братьями повисла тишина. Слаженность, говорите? Да мы даже не разговариваем друг с другом!

Мы приступили к работе, избегая касаний и взглядов, и каждый был сосредоточен на оборудовании, интерфейсах, протоколах. Но наша связь не исчезла. Она жила где-то под кожей, в еле уловимых импульсах, в том, как сердце срывалось в груди, когда слышала их дыхание за спиной.

Мы вошли в модуль через аварийный шлюз. Искусственная гравитация была нарушена — приходилось двигаться, держась за поручни, как в настоящем открытом космосе. Свет мигал, сирена ныла в фоновом режиме. Имитированная авария, но всё выглядело слишком… реально. Даже пульс ускорялся, как по-настоящему.

— Вентиляционные системы нестабильны, — пробормотал Астор, глядя в терминал. Его голос был ровным, но я заметила, как дрогнула рука.

— У тебя три минуты, — коротко сказал Регнус. — Потом начнётся симулированная утечка кислорода.

Я застыла между ними. Ни один не смотрел на другого. Они разговаривали, будто мы трое — просто операторы в одной связке. Холодно. Сдержанно. Но я чувствовала напряжение, как статическое электричество на коже.

Мы успели локализовать условный сбой, но когда добрались до центральной панели, всё пошло наперекосяк. Одна из обшивок сорвалась с креплений, ударив меня по плечу. Я отлетела и закружилась, врезавшись в стену.

— Дина! — одновременно выкрикнули оба мужчины, бросаясь ко мне.

Но Регнус оказался быстрее. Рывком подлетел ко мне, схватил за талию, притянул к себе. Его дыхание загудело в коммуникаторе. А сердце застучало под ребрами в унисон с его пульсом.

— Ты в порядке?

Я кивнула, и наши взгляды встретились. Всего на долю секунды — но в этом взгляде было всё: страх потерять, гнев, вина… желание.

Астор молча наблюдал за нами с противоположной стороны. Его лицо было каменным, но в глазах — лед. Он отвернулся первым.

Симуляция завершилась успешно. На брифинге нас похвалили за скорость реакции и командную работу.

— Вы трое — идеальный пример синергии, — сказал инструктор. — Особенно при наличие личных конфликтов. Академия следит за этим с особым вниманием.

От этих слов мне стало не по себе. Они знали о нас. Или догадывались. Но отчего-то ничего не предпринимали. Или тут такое в порядке вещей?

Вечером я сидела в общей комнате. Одна, в тишине Астора всё ещё не было. Регнус прошёл мимо меня, сев у окна.

— Ты думаешь, мы справимся? — вдруг спросил он, глядя на город, усыпанный огнями. — Все трое?

Я не знала, что ответить. Потому что в груди разрывалось нечто противоречивое: вина и притяжение, нежность и тревога.

— Я не хочу выбирать, — прошептала я. — Но и игнорировать не могу.

Он медленно повернулся ко мне. Его взгляд был другим. В нём больше не было злости, только усталость.

— Тогда давай не будем торопиться. Не рушить то, что есть. Ни друг друга… ни тебя.

Эта ночь прошла без поцелуев, без объятий, но и без ревности и обвинений. И я впервые уснула спокойно. Не потому что всё стало проще. А потому что мы, наконец, позволили себе принять то, что было между нами. И всё ещё остались рядом.

Глава 17

Два дня спустя

Сигнал, который приходил на внутренний коммуникатор, оборвался в три часа ночи по стандартному времени. Регнус ушёл на задание — простая проверка спутников на внешней орбите, тренировочная миссия для курсантов старшего курса. Всё было согласовано, рассчитано. И вдруг — тишина.

Связь оборвалась, аварийный маячок не активировался. Я просто не хотела в это верить, отказывалась даже думать, что с ним могло что-то случиться.

— Это невозможно, — прошептала я, стискивая пальцы, пока ногти не впились в ладони. — Он бы дал сигнал. Он бы не…

— Я направляюсь в навигационный центр, — отозвался Астор с хрипотцой в голосе. — Идёшь со мной?

Я тут же поднялась, не задавая вопросов. Сейчас было не до разговоров и сомнений.

Путь к внешней орбите занял меньше часа. Гравитационный вихрь вокруг спутниковой зоны усложнял задачу. Из всей карты осталась только последняя точка, где условно могли находиться обломки его челнока.

Мы молчали почти всё время. Только один раз Астор нарушил тишину.

— Я не виню тебя! — произнёс он чуть слышно.

Я посмотрела на него, удивлённая этими внезапными словами.

— Я виню себя. Что не смог… сдержаться. Что втянул тебя в то, чего ты не просила.

Даже не знала, что на это ответить, и просто легонько сжала его руку. Спутник не отдёрнул её, слегка отвечая пожатием. Это прикосновение придало мне сил и немного успокоило.

Когда мы приблизились к астероиду, сканеры уловили остатки челнока. Расколотая обшивка, повреждённый корпус, но… живая тепловая сигнатура внутри.

Астор первый рванул вперёд. Я — следом, будто сердце вело меня.

Мы нашли Регнуса в капсуле, без сознания, слабо дышащего. Повреждённый скафандр был временно залатан, кислород едва шипел в маске. Его лицо было бледным, губы обветренными.

— Регнус! — я метнулась к нему, срывая дыхательную маску со своей брони и подключая к его. — Ты слышишь меня? Мы здесь. Мы нашли тебя!

Он дёрнулся, ресницы дрогнули.

— Дина? — хриплый шёпот, почти тень голоса. — Астор…

— Мы оба здесь, брат, — глухо сказал Астор, вставая с другой стороны и крепко обхватывая его за плечи. — Мы пришли.

Регнус слабо улыбнулся и вновь погрузился в беспамятство.

Уже позже на борту спасательного судна, когда Регнус, наконец, пришёл в себя, я сидела между двумя братьями, держала их за руки — и не могла отпустить ни одного.

— Не делитесь больше, — прошептала я. — Ни в небе, ни на земле. Я не могу делить вас. И не хочу!

Регнус повернул голову, чуть поморщившись, но его губы тронула слабая улыбка. Астор посмотрел на него долгим пытливым взглядом.