Зумер и Пенс - Аргус

образ жизни. Устранит дефициты, то есть выявит недостатки витаминов и микроэлементов через коррекцию питания. Сможет помочь в борьбе с пищевыми привычками, такими как преодоление тяги к сладкому, избавление от переедания и хаотичных перекусов. Ну и конечно будет осуществлять сопровождение, то есть помогать при внедрении полезных привычек, и контролировать результаты, в нашем случае — это набор массы.

— А я думал этим занимается диетолог, — сказал зумер.

— В чем разница с диетологом? — ответил Олег, — Нутрициолог — эксперт по еде и образу жизни. Часто это специалист с профильным образованием в сфере здорового питания, но без медицинской лицензии. Он консультирует, обучает и формирует здоровое меню. А вот Диетолог — это обязательно врач. Он имеет право лечить заболевания, связанные с нарушением обмена веществ (ожирение, диабет), назначать анализы и медикаментозную терапию. Но тебе, я надеюсь, он не понадобится в ближайшее время.

Нутрициологом оказалась стройная женщина средних лет. Она задавала Виктору кучу вопросов, внося ответы в компьютер. А закончив нажала какую-то кнопку стала распечатывать листки с меню. Взяв у него деньги она протянула ему стопку бумаги.

Вернувшись к Олегу он протянул ему распечатки. Тот посмотрел их и одобрительно кивнул. Потом вернул их и сказал:

— Значит жду Вас в понедельник в одиннадцать часов утра. Принесите деньги за месяц вперед. И последнее, чтобы я не забыл. Вход в зал с карточкой Петра Николаевича. До встречи, до свидания!

Когда друзья покинули фитнес центр Виктор с радость произнес, — как хорошо и здорово у нас все получилось!

— Осталась самая малость, — усмехнулся старик, — достать мою клубную карту!

— А где она? — спросил начинающий бодибилдер.

— Недалеко, — вздохнул профессор.

— Ну так идемте и возьмем ее! — воодушевленный своим будущим атлетическим преображением юноша.

— Витя, ты что, дурак? — по отчески спросил Петр Николаевич, — скажи мне родной, как ты собираешься открыть дверь в мою бывшую съемную квартиру? Там замок, конечно не как в банковском хранилище, но достаточно серьезный. Может быть ты квалифицированный шнифер? Или форточник?

— Кто? — не понял зумер.

— Форточник, это вор, проникающий в квартиры или дома через окна, форточки или балконы, хотя для отхода они часто открывают входную дверь изнутри. Килечник (от слова «киль»), это взломщик, который вспарывает металлические двери специальным инструментом (отжимным ломом). А шнифер — вор высокой квалификации, взламывающий сейфы или двери «чисто», без повреждения самого механизма или замка, — пояснил старик, — у тебя где-то лежит набор отмычек? И ты ими ловко можешь работать?

— Откуда Вы только все это знаете? Это даже подозрительно! Нет у меня никаких отмычек, я думал мы ключом дверь откроем! — растерялся Виктор.

— Может быть у тебя есть знакомый локсмастер? — поинтересовался ехидным голосом мужчина.

— Кто это? — снова не понял юноша.

— В современной лексике людей, которые профессионально и легально занимаются аварийным вскрытием замков (например, если вы потеряли ключи), называют локсмастерами или мастерами по аварийному вскрытию дверей. Вот у тебя такой специалист есть? — продолжал давить интеллектом вредный старик.

— Повторяю, я думал мы откроем дверь ключом! — стал злиться младший член ментальной команды.

— Один ключ лежит то ли в полиции, то ли в морге, со всеми остальными моими вещами. Думаю достать их оттуда пока нет никакой возможности, — вздохнул профессор.

— А второй? — сообразил Виктор.

— А второй лежит на полке кухонного шкафчика на даче в Северной Гриве, — ответил Петр Николаевич.

— Так чего мы его сразу не взяли, когда в Вашем огороде рылись? — раздраженно произнес юноша.

— Чего, чего, — проворчал обмишулившийся старик, — не сообразил я тогда, что это будет нужно. Сам подумай! Когда ты откроешь и дачу и мою квартиру, и войдешь туда то, что это будет?

— И что? — заволновался, почувствовав недоброе, Виктор.

— Это деяние квалифицируется как незаконное проникновение в чужое жилище! Наказание за незаконное проникновение в жилище зависит от обстоятельств преступления, наличия насилия и тяжести сопутствующих действий. Сроки варьируются от штрафа до реального лишения свободы. В соответствии со статьей сто тридцать девятой Уголовного Кодекса Российской Федерации, ответственность следующая. Проникновение без дополнительных отягчающих обстоятельств — наказывается штрафом до сорока тысяч рублей, обязательными работами (до трехсот шестидесяти часов), исправительными работами до одного года или арестом до трех месяцев. Если проникновение было совершено с целью совершения другого преступления (например, кражи, грабежа), эти действия квалифицируются отдельно и могут повлечь значительно более суровые сроки. Это как раз нас случай! — усмехнулся профессор.

— Не собираюсь я там ничего воровать! — возмутился юноша.

— Как не собираешься? На даче — ключ от квартиры, где клубная карта и деньги лежат, а в квартире саму карту и деньги! Состав преступления налицо! — торжественно произнес профессор, — тебя поймают и посодють! А ты не воруй! Отсидишь лет десять, тебя там перевоспитают и вернешься совсем другим человеком, — троллил Виктора словами героя Папанова, вредный дед, — но другого выхода нет! Видишь, чего нам может стоить эта Лена? Готов на такие жертвы, потенциальный лишенец?

— Почему лишенец? Что Вы все время используйте какие старорежимные слова? — рассердился Виктор.

— Лишенец — это человек, лишенный избирательных и других гражданских прав, темнота необразованная, — пояснил Петр Николаевич, — Этот термин активно использовался в СССР в тысяча девятьсот восемнадцатом — тысяча девятьсот тридцать шестом годах. В этот период советское правительство ограничивало в правах целые социальные группы. К лишенцам относили следующие группы населения. Бывших эксплуататоров: владельцев предприятий, фабрикантов, купцов. Служителей культов, священников и монахов. А также раввинов и мулл. Бывших царских служащих, полицейских, жандармов, чиновников Российской империи. Лиц, живущие на нетрудовые доходы. Например, использующие наемный труд. А также душевнобольных и уголовников. Лишенцы были поражены в правах и сталкивались с серьезными бытовыми ограничениями. Так они не имели права голосовать и быть избранными. Не могли официально устроиться на хорошую работу или вступить в профсоюз. Имели трудности с получением образования, пайков на еду и медицинской помощи. Их часто выселяли из собственного жилья.

Статус носил характер клейма или знака прокаженных, и мог распространяться на членов семьи. Это явление подробно описано в исторических исследованиях о советском сословии отверженных. В тысяча девятьсот тридцать шестом году, с принятием новой Конституции СССР, термин утратил юридическую силу, а гражданам вернули избирательные права.

А вот в современном