Черновик для Эффы 2 - Владимир Алексеевич Ильин

— Очень рад. — Стоял я спокойно, пока вокруг меня носилась радостная мэтр, снимая оставшиеся датчики.

С двух на ногах я просто переступил в сторону.

— А, насчет твоей проблемы, — дернула она головой, будто желая убрать в сторону волосы. — Полагаю, ты достаточно потратился. Так вот, на тебе остался минимальный слой — с ним внешний контроль обязан работать стандартно. Пробуй!

— Эм. — Выразительно посмотрел я на энергоустановку за чертову кучу миллионов за ее спиной.

— Делай, я уверена!

— Под вашу ответственность, госпожа. — Отвернувшись к внешней стене, с сомнением выполнил я упражнение.

И стайка черно-белых птиц пролетела, как положено, по поверхности.

— Ух ты! — Обрадованно улыбнулся я, повернувшись к мэтру.

А та смотрела на меня с гордостью.

— Слой энергетики, который на тебе сейчас, нужно запомнить. Лучше всего — дать ему название, имя. — Деловито принялась она давать указания. — Тогда ты сможешь выделять его и работать только с ним.

— Огромное спасибо, госпожа, — поклонился я вполне искренне, хоть и неглубоко.

Та зарделась довольно.

— Ты ведь понимаешь, что это только первый шаг в изучении? — Подошла она ближе, снимая перчатки, и встала передо мной.

— Прилежание и дисциплина, госпожа, я помню, — со всей серьезностью кивнул в ответ.

— И наставник, Тан. Наставник, — ткнула она мне в грудь указательным пальцем. — Наставника найти непросто, особенно для такого увальня, — коснулась она всеми пятью пальцами кожи и огладила следы от энерговодов.

— Буду счастлив приобщиться к вашей мудрости, госпожа.

— Ты понимаешь, что это не бывает просто так? — Ладонь легла целиком и начала поглаживать сверху вниз, от ключицы, до солнечного сплетения.

От ее кожи распространялось приятное покалывание — в энергоспектре вся ладонь окуталась щеточкой из мелких-мелких ворсинок, приятно-приятно ласкающих кожу.

— Я найду деньги, госпожа.

— Деньги — пыль, Тан. Деньги мне неинтересны, — стал ее голос мягким, обволакивающим. — Но мне нравится, как ты зовешь меня. Скажи еще раз.

— Госпожа? — Удивился я.

— Я вижу, что ты далеко пойдешь, Тан. Я ограню твой алмаз. Ты будешь очень богат и влиятелен, — шептала Агалле Лунк. — Просто не забывай никогда это слово, понимаешь?

Уважение — к тому, кто его достоин, почему нет?

— Понимаю, госпожа.

— Раз так, — промурчала она, — помоги мне снять платье, — повернулась она спиной.

«А-а-а, вы про это!» — Сразу догадался я.

— Тан? Не стой истуканом, Тан! — Притопнула она ножкой. Потом, устав ждать, раздраженно обернулась, обнаружив пустой зал.

Я же, уже деловито натянув штаны, шел к парковке гравилетов, на ходу застегивая рубашку и шагая в ботинках с примятыми задниками.

Называть мэтра госпожой еще и в постели — категорически не входило в мои планы.

Надеюсь, она поймет. А если не поймет — то и ладно, зла я ей не делал, а вредить мне — что за глупость? Наказание для таких людей — забвение. Забудет и будет считать, что отомстила.

По крайней мере, я так себя успокаивал.

Моего гравилета на парковке не было. То есть — вообще.

С тоской посмотрел на открытые шлюзовые сектора метрах эдак в сорока над землей.

— Сэр? — Позвали меня со спины. — Это закрытая территория, сэр.

Обнаружил мужчину в желтоватой рубашке и серых брюках, удивленно на меня глядящего.

На рубашке было вышито «Илан Стон». Из служащих, понятно.

— Дружище, я недавно прибыл на такси и задаюсь вопросом, как отсюда буду выбираться, — с улыбкой произнес я.

— Всем транспортом заведует хозяйка, сэр. Вам следует обратиться к ней.

— О, разумеется, — сделал я улыбку еще шире. — Слушай, — сделал я тон пониже, — на самом деле мне бы в туалет. Не подскажешь, где он тут?..

— Эм… Туалет есть в особняке.

— Неловко спрашивать нашу блистательную хозяйку. Я потому и вышел на улицу.

— Тогда в пристрое, — указал он на стену прямо под шлюзами.

Решение было неприятным, но решение было рабочим.

— Благодарю! — Похлопал я Илана по плечу и устремился в ту сторону, быстрым шагом и тихонечко насвистывая.

А как тот отвернулся, перешел на бег — потому как на крыльцо поместья вышла Агалле Лунк, и выражение ее лица не предвещало мне ничего хорошего.

Терпеть не могу ругаться, особенно с симпатичными женщинами. Но, конечно, просто убегать — тоже будет бестактно.

Так что в указанном доме для прислуги быстренько нашел ручку, бумагу и написал короткую записку для мэтра, положив в центр пустующего стола — уверен, ее быстро найдут. Поглядел со стороны — выглядело все это довольно непрезентабельно.

Вышел из дома, срезал симпатичную розовую розу — одну из тридцати растущих там — и приложил сверху.

«Теперь — нормально», — оценил я.

После чего скатал штаны, обнажив икры. Пиджак снял, свернул и повязал на поясе. И — по металлическим балкам вверх. Благо, стыки, выступы, накрученные болты и горизонтальные связи там имелись в большом количестве — а если и не было, то можно было подтянуться за кабели. А что сорок метров ползти — так главное вниз не смотреть и не думать про эти расстояния. Левой рукой, правой ногой, правой рукой, левой ногой — и вверх, вверх, к цели. Нам, с энерготеха, никакой балкон не высоко — если там красивая девушка. И никакой шлюзовой проем — если красивая и злая женщина ждет внизу…

Но вроде пока не заметила — да и по поместью искать вряд ли станет. Раз у них такой порядок с отбытием — только на гравилетах — никуда я не денусь в ее понимании.

Поэтому лез себе спокойно. Даже песенку начал напевать ритмичную — под нее ползлось приятнее.

И все в самом деле было отлично, пока шлюзовые не начали медленно закрываться.

* * *

— Где он? — С арктическим спокойствием в который раз спросила Агалле Лунк у дворецкого.

Никому не нравится, когда их отвергают — а красивую женщину это вводило в тихую ярость.

Прислуга, и особенно дворецкий, отлично знали такое состояние — раньше, правда, оно редко имело персонификацию. Обычно мэтр была в бешенстве от экспериментов, которые раз за разом не получались.

Имена, достойные порицания перед слугами, появлялись гораздо реже — после кражи ее достижений, например. Ведь наука