Ученик Белого Дьявола 5 - Джон Голд

выкачиваться кровь. Тело Кровавого Бога наделило Имлерия возможностью делать это дистанционно… так, будто кровь, текущая в телах других живых существ, УЖЕ принадлежит ему.

Личность Улисса Шеридана уже практически растворилась в том демоне, что пробудился в его теле.

…

На севере материка Крыла находился Пик Теней. В этой закрытой организации состояло всего четыреста адептов, но это не мешало их славе греметь по всему материку.

Слежка, передача тайных посланий и замаскированные убийства — Пик Теней занимался не просто устранением целей, а маскировал их под несчастные случаи.

Можно выиграть дуэль из-за того, что оппонент поскользнулся. Или напиться так, что в ходе суда человек не мог принять правильное решение. Пик Теней делал так, чтобы цели заказов совершали такие вот «ошибки».

Главной особенностью Пика Теней являлось то, что к ним принимали только адептов с корнем стихии тьмы. Лучшие из лучших и вовсе имели тело тьмы — уникальное телосложение, позволяющее адепту сливаться с тенями. Физическое тело на время становилось нематериальным.

— Во славу Пика Теней! Пусть всё тайное, покоится во тьме. — четыреста клинков из тёмной стали были подняты одновременно.

Сейчас среди членов Пика стоял и Дюран — адепт-гений, которого весь последний год тренировали только ради Турнира Континента.

В двадцать лет Дюран находился на седьмом уровне Очищения [1–7] и имел тело тени.

…

От Секты ЛедоВластие на Турнир отправят Адонис — кандидатку в следующие Ледяные Королевы. Кровь девушки холоднее снега, а эмоции ушли в тот момент, когда она впустила в себя стихию.

— Да погрузится мир Поднебесья в Вечный Холод! — прокричали адепты, собравшиеся на площади.

…

От Ордена Бесконечности, принимающего только адептов со стихией света, на турнир пойдёт только Лайтгер — адепт, имеющий тело света.

В северных странах континента Крыла он уже прославился как «ярчайшая частица света». Техники Лайтгера считаются невероятно смертоносными, а размер Ядра и вовсе легендарным.

— Мы свет Поднебесья, что показывает путь другим! — младшие ученики провожали высокого, светловолосого адепта, скрывающегося в стенах храма Ордена. — Хорошей вам медитации, светлейший!

…

Из-за Турнира Континента весь мир пришёл в движение. Аристократы, короли, дети императоров, секты готовились к тому, чтобы урвать у судьбы свой шанс стать чуточку сильнее.

Где-то в центральной части материка Небо грохотало из-за прорыва на новый уровень «тёмной лошадки». Однако из-за новостей, связанных с Фираксисом, на это никто не обратил внимания.

На юге материка тоже оказалось неспокойно. В мало кому известном герцогстве Саларион, на юге империи Колоссус, открыл глаза Михаил Войд. Не по своей воле. Парня довольно грубо разбудили.

Где-то рядом три десятка гномьих глоток, стуча кружками по столу, орали:

— Бу-хать! Бу-хать! Бу-хать!

На материке оставались те, кому плевать на Турнир Континента.

Глава 5

Община клана Глыба

15 марта (вечер)

Город Нурвад, герцогство Саларион

Открыв глаза, я понял, что нахожусь в плохо сделанном бараке. Одна койка, пара табуретов, тумба — вот и всё, что есть рядом. Внешние стены строения сколочены из плохо подогнанных досок. Оттого снаружи доносится не только свежий воздух и запахи столовой, но и крики тех, кто в ней сидит.

— Бу-хать! Бу-хать! Бу-хать!

Заметив, что я очнулся из-за шума, Глыба покраснел. Гном сидел на стуле недалеко от моей койки.

— Стыдоба-то какая! — рыжебородый коротышка поднялся и налил мне стакан воды. — С пробуждением.

— Где я? — прикрываю глаза. В голове звенит. — Что тут происходит? Кто там орёт снаружи?

Глыба покраснел ещё сильнее.

— Маркус… Я же говорил, у меня тут родня живёт⁈ Речь не об одном гноме. Наши юнцы страсть как любят камень и металл во всех формах. Лет до ста так уж точно. Одни копают шахты. Нам чем глубже, тем интереснее…

Глыба неопределённо помахал руками.

— … Не передать словами, зачем мы это делаем. Это как любопытство к даме или как мужики на рыбалку ходят. Для нас, гномов, это то же самое «xодить по пещерам и рыть их»… Это прям в любом возрасте интересно. Никогда не знаешь, что увидишь, проходя по знакомому месту. Кто-то вон даже просветление ловит.

— Мужики… Они в любом мире мужики… При чём тут крики?

Запустив сканирующую волну, я чуть сознание не потерял. Всё вокруг стало кружиться.

Глыба, и он же «Тайлер из клана Глыба», набрал воздуха в грудь и покачал головой.

— Расклад такой, Скабре. Мы сейчас в Нурваде, герцогстве Саларион. Моему братцу, почитай, три века, и он на пике Заложения Основ [2–4]. Одну жену любил, вторую любил, третью тоже любил… Ты не поверишь, но и трёх своих любовниц он тоже любил. Все под одной крышей три века жили…

Гном махнул рукой, указывая на стену, за которой слышались крики «Бухать».

— … Рабочая артель, что сейчас орёт у нас под ухом, сплошь его дети, внуки и чёрт знает кто ещё. Мой братец уже сам, поди, запутался, кто из них какой ему роднёй приходится. Короче! У гномов в Нурваде своя община… Ну-у-у… Местные клан Глыбы так называют.

До меня стало медленно доходить, что кто-то из родни знакомого мне гнома устроил эдакий гарем. Потом всех своих детей превратил в работников на шахте. Глыба явно стеснялся этого родства. Сколько мы болтали в Ностромо, но этой части своей биографии он никогда не упоминал.

— Короче, — гном указал на дверь, — Мы сейчас в рабочем посёлке моего брата. Его, кстати, Молохом зовут. Тупой, как пробка, но свой в доску!..

Хохотнув, рыжебородый хлопнул себя по бедру.

— … Инструкторы сейчас молодняк в шахты поведут. Молох сам из кузни не вылазит. У него типа «семейное предприятие». Одна часть семьи добывает руду. Другие — её в металл и сплавы превращают. Третьи куют, а бабоньки продают в лавках Нурвада. Ну-у-у… Это те, что в общине не прижились. Всё чин по чину. Молох им так поддержку от семьи оказывает.

— А ты?

— А я сам по себе, — рыжебородый усмехнулся. — Вырос уже. Мне только минералы интересны. Чего я там, в этих железках, не видел?

Глядя на меня, гном хотел было что-то спросить, но прикрыл рот. Я решил прояснить для себя другой вопрос:

— Какой сейчас день? Долго я тут валяюсь?

— Пятнадцатое марта, вечер, — рыжебородый усмехнулся. — Мы чуть больше суток как разошлись. Уймись, парень! Не проспал ты начало Турнира. У тебя ещё пять дней есть… Или шесть? Я