Ангорский - Иван Морей

Иван запер энергию внутри себя. Внутренним взором он видел, как его магические каналы начинают переполняться. Они вибрировали, натягиваясь как струны, готовые вот-вот лопнуть. Кожа покрылась инеем, а дыхание превратилось в густое белое облако.

Боль пришла не сразу, но когда ударила — мир перестал существовать. Казалось, тысячи раскаленных игл одновременно вонзились в каждое нервное окончание. Тело выгнуло дугой, мышцы одеревенели.

— Держи… еще немного, — голос Аристарха доносился словно из-за толстого слоя ваты. — Еще каплю… Расширяй!

В какой-то момент Ивану показалось, что он слышит звук рвущейся ткани. Это его собственные каналы сопротивлялись чужеродной силе. Прядущий внутри тела яростно боролся за контроль, заставляя хрупкую плоть Адепта растягиваться там, где она должна была порваться.

— Сброс! — крикнул Пушок.

Иван разом разомкнул контуры. Накопленная мощь ушла в плиты пола с резким хлопком, от которого по залу пронеслась волна инея. Ангорский рухнул вперед, упираясь ладонями в ледяной базальт. Его колотило крупной дрожью. Но внутри он чувствовал странную чистоту. Энергия по каналам текла ровным, гладким потоком.

— Живой? — Аристарх подошел ближе и ткнул его носом в плечо.

— Кажется, да, — выдохнул Иван, с трудом разлепив веки.

Через два часа, когда тарелка борща и крепкий чай окончательно прогнали слабость, Иван решил, что пришло время осмотреть верхние этажи поместья. Тело все еще ощущалось непривычно легким, а магия внутри каналов больше не жгла, а ласково пульсировала.

Они с Пушком начали подъем по широкой деревянной лестнице. Чем выше они поднимались, тем сильнее менялась обстановка. Здесь, наверху, следы катастрофы просто кричали о себе. Перила из карельской березы обрывались обугленными головешками, а потолок над пролетом был густо покрыт жирной, маслянистой копотью.

Они вошли в библиотеку, точнее в то, что от нее осталось. Иван остановился посреди этого пепелища.

— Слушай, Аристарх… — Иван вытащил из-за пазухи свиток с Ледяным Вздохом. — Где же ты его нашел, тут же всё сгорело?

— Наивный, — кролик задрал голову и поправил несуществующие очки. — Я пространственный реликт. Всё своё ношу с собой.

Он широко разинул пасть и засунул туда лапу. Через секунду он с победным видом вытащил на свет позолоченную табакерку.

— Внутри меня личный карман, размером с хороший амбар. Ваша библиотека сгорела, конечно. Но я много столетий коллекционировал книги по пространственной магии. Пойдем в кабинет твоего деда, наверняка найдем там много интересного.

Аристарх выхватил из рук Ангорского свиток и отправил в пасть вслед за табакеркой. Разбазаривать личные вещи он не собирался.

Они прошли по остаткам сгоревшего ковра, которые противно хрустели под ногами, и Иван распахнул дверь. Внутри было чисто. Огонь лишь лизнул порог и отступил, словно наткнувшись на невидимый барьер. На столе из темного камня в идеальном порядке лежали приборы, назначение которых он помнил лишь смутно. В углу замерли напольные часы с маятником в виде четырехлистного клевера.

Аристарх по-хозяйски запрыгнул на стол, обнюхал чернильницу.

Иван подошел к шкафу со стеклянными дверцами. Там, на бархатных подложках, мерцали артефакты: треснувшие амулеты связи, погасшие “вечные” светильники и пара бытовых очистителей воды. Для сильного мага — хлам, но для обычного горожанина это были статусные и дорогие вещи.

— Вот оно, — Иван протянул руку, ощущая пальцами остаточный фон одного из приборов. — Если я смогу оживить хотя бы половину этого барахла, нам не придется продавать фамильное серебро, чтобы оплатить налоги на поместье.

Кролик усмехнулся.

— Начнем с малого, Ваня. Посмотрим, насколько твои каналы справятся с тонкой настройкой.

Иван выбрал небольшой прибор — бытовой климат-контроллер в виде изящной серебряной сферы. Когда-то он поддерживал в комнате идеальную влажность и температуру, но сейчас его корпус был холодным, а внутри что-то жалобно позвякивало.

— Тонкая работа, — Аристарх кивнул на прибор. — Магические контуры внутри тоньше волоса.

Иван криво усмехнулся. Ювелирная точность у него была и раньше, а вот “трубы” подкачали.

Он коснулся серебра, и вместо привычного напряжения в предплечьях почувствовал свободу. Он пустил первый импульс — легкий, пробный. Энергия Бездны скользнула по расширенным каналам, как масло по шелку.

Переключив зрение на пространственное, Иван увидел хитросплетение рунных цепочек. В одном месте они были разорваны. Крохотный кристалл-стабилизатор сместился из-за вибрации или удара.

— Начинаю, — тихо сказал он.

Иван решил не мелочиться. Вместо того, чтобы цедить магию по капле, он приоткрыл “шлюз” чуть шире.

— Что ты делаешь? — пискнул кролик. — Слишком много, сфера не выдержит!

Но Иван не слушал. Он чувствовал, как обновленные каналы радостно принимают поток. Он подцепил кристалл мощным захватом пространства. Энергия Бездны послушно густела в его руках, повинуясь воле хозяина.

Ангорский осознанно надавил сильнее, проверяя предел. По рукам разлилось приятное, вибрирующее тепло. Мана шла полноводной рекой, и тело Ивана не отозвалось на это болью.

— Ну же, — прошептал он, подавая энергию почти на три четверти мощности.

Сфера в руках потеплела и завибрировала. Кристалл буквально впечатало в пазы. Рунная цепь замкнулась с отчетливым звоном. Сфера вспыхнула голубым светом, выбрасывая волну арктической свежести. Иван оборвал поток.

— Каналы выдержали, — выдохнул Иван, глядя на свои руки. Они даже не дрожали. — Они не просто работают, Аристарх, они поют.

Иван откинулся на спинку кресла, вытирая лицо рукавом. Он забыл отключить магическое зрение и увидел в углу возле сейфа странную складку пространства.

— А это что у нас там такое? — сказал он кролику, показывая рукой на угол.

Глава 6

Аристарх обернулся, присмотрелся и вдруг замер, вытянув мордочку. Уши его настороженно поднялись.

— Бездна меня поглоти, — прошептал кролик. — Это же заначка твоего деда. Ну-ка потяни за складку.

Иван подошел ближе. Протянул руку и осторожно подцепив складку пальцем, слегка расширил её. Из “кармана” на пол посыпались пожелтевшие листы плотной бумаги, скрепленные магическими печатями.

Кролик первым подскочил к бумагам, отпихивая Ивана задней лапой и яростно перебирая листы. Его глаза округлились.

— Святые угодники и все черти изнанки! Ваня, это же долговые расписки Ветровых, Лопухиных и даже самого графа Шувалова. Если стрясти с них все до копейки, можно купить небольшой городишко. Вместе с чиновниками и парочкой местных борделей.

Иван поднял одну из бумаг. Печать Ветровых слабо пульсировала алым — магия долга всё еще была жива. На мгновение в комнате повисла эйфория. Вот он, шанс восстановить величие рода.

Но радость на лице Ивана быстро сменилась озабоченностью.

— Приди в себя, ушастый, — глухо произнес он, — эти бумаги сейчас опасны. И за меньшее убивали.

— Да с какого перепугу? Тут же всё законно?

— Законно, вот только предъявлять такие счета нужно с позиции силы. Если я сейчас приду к Ветровым и потребую золото, они просто