Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

Что ж, она сама это выбрала.

— Нет, Марина, — твердо ответил, намеренно называя ее по старинке. — Пробы из баронства Капустина останутся здесь, пока я или мой начальник не увидим письменный приказ от этого самого «начальства», — я показал в воздухе кавычки. — Что, если это начальство вдруг придет к нам и тоже потребует передать пробы в другой отдел? Например, в отдел ветеринарных разработок? И мы будем выглядеть идиотами, потому что поверили тебе. Ступай обратно в свою вотчину, Марина, здесь ты ничего не получишь.

Хлебникова впилась в меня глазами, на скулах задрожали желваки. На побледневшем лице отразилась смесь эмоций: гнев вперемешку со страхом. И причина у них была одна: все пошло не по плану. Вот с чего она решила, что я просто возьму и отдам ей то, что просит? Думал, она меня хоть чуточку узнала. Но нет, похоже, новая корона сдавила череп слишком сильно.

— Исаев… — прошипела она, а затем ее перебили.

Ровно без пяти восемь в кабинет вошел Бойлеров. Он был зол и весел одновременно. Худшее его состояние. Для Марины.

— Мариночка, девочка моя! — Он обошел мой стол с другой стороны и вышел из-за моей спины, встав рядом. — Что это ты здесь делаешь в такую рань? Пришла похвастаться своим договором о продаже души? И где же он? — Бойлеров нарочито осмотрел с ног до головы уже конкретно взбешенную Хлебникову. — Нету? Ах да, он же написан твоей кровью и занял очень много листов… Поэтому ты такая бледная сегодня? А не поделишься, во сколько ты оценила свою душеньку? Миска варенья и пачка печенья?

Марина молча вздернула подбородок, и вместо нее ответил один из ее прихвостней.

— Как вы можете так разговаривать с Мариной Сергеевной? — гневно заявил молодой парень.

Второй, его коллега, был постарше и явно скучал, просто ожидая окончания цирка.

— Мальчик, — тут же воззрился на него Иван Степанович так, что тот вздрогнул от испуга, — ты разве не знаешь? Лизать туфли своей госпожи нужно только после ее команды. Иначе какая же она госпожа? — затем он снова обратился к Хлебниковой, но уже более официально. Правда, с нотками самодовольства и торжества. То есть почти обычным тоном. — А вам, Марина Сергеевна, господин Исаев верно указал на нарушение регламента. Сначала письменный приказ, а потом передача материалов, но никак не наоборот. Будем рады видеть его в ваших руках в ваш следующий визит. Хоть и не от всего сердца.

Второй, скучавший лаборант Хлебниковой, улыбался до ушей, глядя на своего красного, как пожарная машина, коллегу. Сама Марина фыркнула:

— Вы об этом еще пожалеете! — и пошла прочь, гневно стуча каблуками.

Вылетела сквозь дверь, чуть не уронив спешившую на работу Алису.

— Привет! А ты куда? — успела крикнуть Марине вслед Селезнева.

Та не ответила.

Алису галантно пропустил старший из тех двоих работников отдела качества и затем ушел за начальницей, как и его молодой коллега.

Да, не хило Бойлеров пропесочил Марину.

— Что это на нее нашло? — ошарашенно спросила Алиса, подойдя к своему рабочему месту.

— Новая должность, — вздохнул я и медленно покачал головой.

— Ваша подруга явила свое истинное лицо, только и всего, ребятки, — процедил Бойлеров, с гневом прожигая входную дверь взглядом. — Я же говорил, что ее карьера будет решаться на той комиссии. Вот она и приняла решение. Так что не удивляйтесь ничему.

— Нет. Это еще не ее истинное лицо. Вы рано ставите на ней крест, Иван Степанович.

— Исаев, — холодно ответил Бойлеров, — до пяти лет я верил в Деда Мороза, а потом увидел его спящим в подворотне в обнимку с пустой бутылкой. Так что давай, купи уже билетик на паром из страны добрых фей и ласковых щенят и возвращайся в реальный мир. У нас полно работы.

Начальник развернулся и пошел к шкафчикам, на ходу снимая куртку.

— Ничего не поняла… — похлопала глазами Алиса.

— Марина теперь начальница отдела качества, — ответил ей, садясь обратно за свой стол. — И начала повторять путь Яковлева.

— Вот блин… Тогда понятно. Я уже насмотрелась, как власть меняет людей.

— Где? — недоумевал я.

— Да так… потом… расскажу как-нибудь, — отмахнулась Алиса, а я понял, что не расскажет. Не в ближайшее время.

Дальше день пошел своим чередом. Руками и глазами я писал отчеты о нашем пребывании у Капустина, систематизировал полученные там данные, но головой был совершенно в другом месте. Где-то в большом и сером нигде. Там мы с Мариной стояли друг напротив друга.

Я уже видел подобные перемены в людях. Как и сказала Селезнева, власть меняет людей. Даже самая крохотная ее толика. Но я стоял, смотрел на Хлебникову и видел все те же сомнения где-то там, в глубине серых глаз. Правильно ли она поступает? Этого ли она добивалась всю свою жизнь?

Конечно, немного утрирую, но мой трехсотлетний опыт позволял мне это делать. Я видел, как люди даже в моей гильдии ставили карьеру превыше всего, а затем разочаровывались в своем решении, не испытав ни единой секунды радости от того, что они делают. Но как правило, слишком поздно они понимали, что карьера и любимая работа — это разные вещи. Не все, конечно. Некоторые до самого конца продолжали убивать в себе радость ради карьеры.

Вопрос лишь в том, как далеко на этом пути зайдет Марина? Повторит ли в точности путь ее начальника?

Ну уж нет, на это я не согласен. Марина, может, и не образец чести и заядлая карьеристка, но за время совместной работы я неплохо ее узнал. Ведь не ради карьеры она судила нашу с Коршуновым дуэль и не ради карьеры ходила с нами в бар после победы. Да, может, она скучная, может, подчиняет всю свою жизнь одной цели — встать на вершине карьерной лестницы. Но в ней еще живо что-то настоящее, непритворное и невымученное. Видел это в ее глазах сегодня утром, видел в танце ночью в баре…

Эх, в какую-то я лирику ударился. Тело молодое, а разум старый. Не хочу в очередной раз видеть, как такая жизнь и окружение ломают человека.

Надоело! Так надоело, что я аж зубами заскрежетал от внезапной злости. Нет, так не пойдет. Пусть подавятся все эти долбанные корпораты, которым важна только прибыль.

Что, Марина, думаешь, сделала правильный выбор? Поверь мне, очень скоро я заставлю тебя пожалеть о нем так сильно, что ты начнешь искать Маятник Времени, чтобы обернуть время вспять!

«Хозяин»! — подала голос из сумки Морвина

— Что⁈ — рявкнул от