Лучшие из мертвых. Яд для живых - Николай Андреев

— Я понял тебя, — усмехнулся Тино. — Мы заплатим за свое пребывание. Думаю, этого будет достаточно.

Самурай вытащил из-за пояса острый, как игла, четырехгранный кинжал и показал его морсвильцу. Глаза того алчно загорелись. Он сделал шаг навстречу землянину и протянул руку.

— Нет, — покачал головой Аято. — Я отдам его тебе только после того, как мы уйдем. Благополучно уйдем. Не люблю неприятные сюрпризы.

По телу тасконца невольно пробежала дрожь. Этот желтолицый воин с раскосыми глазами словно читал его мысли. Взгляд чужака был тяжел и опасен. Шон вдруг понял, что это вовсе не простаки. Одна ошибка, один неверный шаг, и они отправят хозяина на тот свет, ни секунды не колеблясь и не сомневаясь в принятом решении.

— Само собой, само собой, — заискивающе проговорил тасконец. — У меня очень тихое и спокойное место. Никаких мутантов, никаких драк. Поднимайтесь на третий этаж и располагайтесь в любом помещении. За отдельную плату я могу предложить вам еду, воду или что-нибудь покрепче.

— Нет, — жестко сказал Кайнц. — У нас все есть. Мы нуждаемся лишь в отдыхе.

— Как угодно моим гостям…

Грязный бородач почтительно согнулся, очень резво взбежал по лестнице на второй этаж и скрылся в боковом проеме.

— Весьма подозрительный тип, — вымолвила Салан. — Слишком уж у него бегали глаза. И взгляд — алчный, недобрый…

— Разберемся, — произнес Тино. — А сейчас нам лучше подняться наверх. Честно говоря, я просто мечтаю о сне.

Разведчики довольно быстро преодолели два пролета и оказались на третьем этаже.

Когда-то он был рассчитан на три квартиры, но сейчас все двери отсутствовали, и создавалась видимость единого помещения. На полу валялся какой-то мусор, обломки пластиковых панелей, детали разбитых приборов. Некогда красивый населенный дом пребывал в мрачном запустении.

— Куда? — спросил Олан.

— Налево, — сразу ответил Храбров. — Там окна выходят на улицу. На всякий случай будем держать ее под контролем.

Группа медленно и осторожно ступила в заброшенную квартиру. В ней было семь комнат, три из которых, действительно, имели окна на боковую магистраль. Аято выглянул наружу и удовлетворенно кивнул головой. Теперь враги не могли подкрасться неожиданно. В углах помещения валялись какие-то грязные тряпки и матрасы. По всей видимости, именно они служили в качестве постели забредшим сюда путникам. Рядом лежали пластиковые миски и кружки. О том, что их никто и никогда не мыл, можно даже не говорить.

— Господи, какой ужас, — выдохнула Олис. — Подобной антисанитарии я в жизни никогда не видела. Неужели здесь спят люди?

— Именно так, — подтвердил граф, отбрасывая тряпки ногой. — И надо сказать, что постоялые дворы на Земле гораздо привлекательнее. Там хоть чистую простыню постелят, подадут горячее жаркое и нальют неплохого вина.

— Размечтался, — со смехом проговорил самурай. — Скажи спасибо, что хоть от Сириуса есть укрытие. Кстати, заметили — в комнатах гораздо холоднее, чем на улице.

— Естественно. Тень… — начала было Кроул.

— Нет, — остановил девушку Тино. — Эти здания построены из термостойких материалов. Они очень медленно нагреваются. Я заметил это еще час назад. Прислонился к стене, а она еле теплая. Древние тасконцы знали, из чего надо строить город в пустыне.

— Интересно, зачем они его, вообще, здесь создали? — поинтересовался Генрих, уже расстеливший одеяло и улегшийся на него.

— Причин много, — вмешалась в разговор Салан. — Наиболее вероятны две. Первая — чисто историческая последовательность. Сначала оазис, затем поселение, а в будущем — огромный город. С течением времени, это вполне естественный процесс. На Земле происходит то же самое.

— А вторая? — спросил Олан.

— Развитие цивилизации. Сначала построили космодром. Причем подальше от людей. Случались ведь и взрывы, не исключаем и секретность. Однако постепенно космические полеты стали нормой. Увеличились грузоперевозки, началось освоение новых планет. Маленький городок рос, рос и превратился в многомиллионный мегаполис. Заводы, фабрики, доки для космических кораблей. Все это требовало человеческих рук и мозгов.

— Ладно, хватит дискутировать, — прервал речь Линды Аято. — Пора на отдых. Дежурим по часу. На этот раз придется поработать и Олану, правда, в паре с Кроул. Остальные будут караулить в одиночку. Я первый, Олесь второй…

Указание японца было справедливо, но явно запоздало. Кайнц и Олис уже спали, а Храбров, привалившись к стене, дремал и явно ничего не слышал. Вскоре утихомирились и Салан с мальчишкой.

Тино остался один.

Он тоже чертовски устал, но прекрасно понимал, что риск слишком велик. Хозяин этого дерьмового заведения не внушал доверия. Слишком уж подлая рожа.

Самурай несколько раз выглянул в окно. Там было все тихо. Впрочем, это и неудивительно. Сириус находился почти в зените, и такая жара могла убить кого угодно.

На всякий случай Аято решил получше рассмотреть этаж. Ведь не случайно морсвилец предложил именно третий. Стараясь не шуметь, японец осторожно начал исследование. К его разочарованию, вторая квартира оказалась столь же пустынна и заброшена. Единственным отличием была планировка. Всюду грязь, мусор, обломки пластика и обвалившаяся штукатурка. Выйдя в общий коридор, Тино прислушался. Ни одного звука, ни единого шороха. Дом словно вымер, а ведь наверняка в нем есть обитатели, помимо разведчиков. Интересно, кто они? Без особых надежд самурай двинулся в следующее помещение. Одна комната, вторая… Ни малейших признаков людей. Аято уже хотел уйти, как вдруг заметил большую кучу тряпок. Вряд ли это удивительно в столь запущенном месте, но неожиданно куча зашевелилась, забормотала, взметнулась грязная рука и почесала затылок. Теперь-то японец рассмотрел голову человека и поджатые босые ноги. Тино подошел ближе. Возле прогнившего матраса стояла дырявая миска, пластиковый стакан и странной формы бутылка с мутно-желтой жидкостью на дне. Именно с нее и начал свое знакомство самурай. Понюхав запах и попробовав каплю, он убедился, что это алкоголь.

— Отвратительное пойло, — довольно бесцеремонно сказал Аято и подтолкнул ногой лежавшего морсвильца.

Тот зашевелился, попытался закрыть голову тряпками, но Тино наступил на них ногой. Осознав, что спать кто-то мешает, человек приподнялся на локтях и пьяным голосом выругался:

— Какого дьявола, Шон? Я же тебе заплатил. У меня есть еще время до наступления темноты.

— Я не Шон, — ответил землянин. Тасконец протер глаза, посмотрел на Аято и

столь же неучтиво продолжил:

— Тогда тем более, какого черта? Много я видел в своей жизни нахалов, и большинство из них уже на том свете, а Сфин еще ничего, держится. Парень, тебе что, нужны неприятности?

— Неприятности? — рассмеялся самурай, глядя на обросшее, грязное лицо человека лет пятидесяти. Вдобавок ко всему, у него отсутствовала половина зубов, и отчетливо виднелась лысина.

В это время и морсвилец, видимо, сумел правильно оценить ситуацию. Он внимательно рассматривал одежду воина, его меч,