Фантастика 2025-101 - Михаил Иванович Казьмин

— Просто дольше кипятить.

— Часто попадается на зоне, — вмешалась Крыса. — Я ела разок. Не сказать, что вкусно, но сытно.

— Надо душицу добавлять, — хмыкнула кулинар. — И дольше кипятить.

— У нас есть душица? — спросил я ровно.

— Командир? — вклинилась Ива. — Наверное, ты просто не встречал пастилу? На Ферме у Плешивой Кармэн фирменное блюдо…

Надо признать, пилигрим из меня не опытный. Но я хорошо убиваю. Некий вселенский компромисс. Развернувшись, потопал к спуску. Точка изучена, акценты расставлены, пора уходить. Смена № 7 поняла правильно — подтянулись и дружно рванули к Марте. Мы в плюсе — у нас молоток и пастила. А еще, блять, душица.

Выбрались из магазина и на секунду остановились. Горьковатый воздух зоны показался чистым раем. И уличный простор, где обломки лишь мирная перспектива. Эффект немного неожиданный, так скажу. Но непонятная странность в торговом намешана, признаю. А странности лучше оставлять позади.

Скрипнула ось колесницы. Третий день пути. И я сильно подозреваю, что о подручных средствах для техобслуживания Марты никто не позаботился. У команды небольшой опыт с постапокалиптическими средствами транспорта, а я тупо не подумал в стремлении уйти. Занесем в список желаемого, где и без того дохрена позиций. Хочу тяжелое вооружение, чтобы творить добро.

Мимо тянулись осевшие дома — бетонные скалы, рассеченные темными проулками. И вроде нам обещали изобилие сухих. Послать что ли Крысу — у нее талант, не иначе.

— Мелкая, не хочешь осмотреть дворы?

— Командир, — вздрогнул тощий. Марта подпрыгнула на ухабе.

— Дебил, — коротко отозвалась Крыса. — Сказали же тебе, выплеск был. Я не причем.

— Накаркали, — фыркнула Ива.

11 экземпляров сухостоя прямо по курсу. Я пересчитал. Кучкуются у опрокинутого киоска и нелепо трутся о стенку. Вроде как на якоре в последнем порту. И это хорошо. Потому что что? Правильно — рядом нет жадных до искр людишек. Время позднее, пора присмотреть живописное место для ночлега, чтобы душа отдыхала, а глаз, сука, радовался.

— Дворик слева, — присмотрелся Замес. Правильные мысли в правильных головах. — Для лагеря подойдет.

— Осмотрю. — Крыса ушла в отрыв, показав тощему ведущий и самый главный палец.

И да — есть еще 11 упырей, что начали выказывать признаки волнения. Легкое амбре прямоходящего био действовало безотказно. Поскрипывая, пощелкивая, сухостой отлип от обломков и развернулся в должную сторону. Наддал шаркающих шажков.

— Возьму. — На лице Замеса откровенное желание реабилитироваться. Понимаю, но не приветствую. У правильной драчки только одна правильная цель — убрать мешающее. Отработать и забыть.

— Ива, контроль, — сказал скупо, пока умник набирал скорость. Тускло поблескивал выставленный щит, отсекая пыхтение хозяина. Справно идет, пилигрим.

Санитарка дала короткую отмашку мечом и проследовала трусцой. Шест покосился на меня, узрел отрицательный жест и кивнул. Фрау вздохнула. Часто дышит, так скажу и все с какой-то подоплекой.

Таранный удар Замеса уполовинил команду противника. А широкий взмах мечом даровал победу. Хотя Ива из принципа ткнула железкой подергивающуюся тварь, что выпростала из брюха черные кишки. Типа милосердие? Или что-то нервное? Остановлю мысль на паре био, что прибыло в копилку смены. Позитивно? Позитивно.

Из проулка замахала Крыса — путь чист, но тернист. Ведомая Шестом колесница опасно накренилась, преодолевая развалы. Довольный Замес поспешил ухватиться за борт. Шаг и скрип, шаг и скрип. Мелодия зоны в ля-миноре.

Дворик попался удачный — несколько легко контролируемых проходов, плотные завалы из жилых массивов, которые не одолеть без специального оборудования и остатки дворовой площадки — некогда корт, песочные отвалы, седой кустарник и три потемневших лавочки. Почти ландшафтный дизайн.

Обустроились у лавки за неполный десяток минут. Крыса правильно доложила о результатах пробежки среди окрестного мусора, и довольная смена приготовилась к вечере. Накинул багрянца костерок, расплескав тени. Забулькал котелок и пряный аромат поплыл над утоптанным песком. Иными словами, мы подали миру максимальное количество знаков — осталось только поорать, радуя первобытную душу.

— Пройдусь, — объявил команде. Пусть пообщаются в отсутствие командира. Завсегда полезная практика.

Сумрак вечера отретушировал разруху, скрал детали вездесущего упадка. Углы и тени, куда не кинь взгляд. На втором кругу обхода понял, что иного не увидеть и присмотрел небольшой подъем на три этажа — при должной сноровке смогу поскакать газелью, хотя с ветхими кирпичами надо бы поосторожней. Надломятся и спланирую в незамутненной радости полета.

С высоты вид не открылся — силуэты разбитых домов скрадывали перспективу. Темнота истекала шорохами. Сиди и медитируй Джимми, приглядывайся к бездне. В округе ни единой искры, в чем хотел еще разок убедиться. Никто не идет по нашу душу — чуйка молчала, хотя в такой темноте легко надумать легион врагов.

Прицелился. Опустил оружие. Вновь прицелился.

Наверное, пора пожрать. Мысль дельная и своевременная. Отблески костра призывно манили.

Ужин прошел под нескончаемый треп Шеста и Замеса, вспоминавшими охотничье прошлое. Байка на байке и байкой погоняет. Слова смешные, смысл исконно народный. Стоит привыкнуть, потому как впереди долгая череда вечеров и стоянок. Хотя загадывать не стану — не к добру. Двигаться постепенно — помните, да? И первой значимой вехой обозначу выход к барьеру зоны по выбранному курсу.

— Дежурим в обычном распорядке, — объявил подопечным. — Но сперва, Замес, будь ласка, расскажи еще разок про синюю птицу.

— Так она не синяя, — встрепенулся умник.

— И не птица, — фыркнула Крыса.

— Насрать, — улыбнулся им одобрительно. — Расскажи.

Десяток минут степенного монолога. Под него хорошо думается или же наоборот — можно дать отдых мозгам, в которых простреливают тревожные мысли. Нехер. Новое принесет только новое, а гадать не по мне, так скажу. Глоток горького чая из помятой кружки, потрескивание углей, скрип портупеи — все простое, все свое.

— И улетела нахуй, — кивнул Замес.

— Прикольно, — в очередной раз улыбнулась Крыса. — Лады, я в обход. Будут убивать, свисну.

— Сплюнуть. — Ива покрутила пальцем у виска. — Ось слышит.

— Отставить суеверия, — хмыкнул я. — Свистеть не на надо, мелкая. Просто всех убей.

— Приняла, командир.

Важный и знаковый момент — отбой. Смог убыть ко сну — значит жив. Гражданским не понять, но и я не служил, да.

Ночь, утро, день. Цикличность, сука, бытия, если еще не поняли. Смена № 7 двигалась к цели.

Сухостоя, вопреки обещаниям, встречалось немного. Чаще попадались скелеты — белесые кости в свободных позах. Иногда со следами зубов. Еще через полтора цикла стали встречаться следы мародерки — не первой свежести, но и не то, чтобы очень давние. Мысль подцепить и допросить местного аборигена обретала под собой весомую почву. Узнать, чем дышат туземцы и кого покарать при случае. Всегда есть виноватые. Всегда.

А еще через цикл впереди показался барьер.